– С пастырями, – машинально поправил он.

– И с ними тоже, – послушно согласилась я, – хотя ослов было больше.

– И судя по всему, я оказался одним из них?

– Рой! – голос все-таки дрогнул. – Я…

– Не пытайся разжалобить меня, радость моя, – тихо предупредил он. – Я еще слишком зол на тебя.

– Почему?

Он шумно вздохнул и провел рукой по волосам, будто это могло помочь избавиться от гнева.

– Ты хоть понимаешь, что ты наделала! – напустился Рой на меня. – Вчера я еще мог перенести тебя в безопасное место! Сейчас я связан словами древней клятвы! Я не могу использовать магию!

– В Междумирье зима, а я не люблю холод, – повторила я его слова, сказанные мне, когда я уходила в свой мир. Улыбка скользнула по губам Роя, но он снова нахмурился:

– Лиза, ты просто не понимаешь, как рискуешь!

– Неужели? Ты считаешь меня такой глупой?

Он вновь отвернулся к окну:

– Скорее, наивной. Ты не знаешь, что здесь будет происходить! Выборы Истинного Пастыря – это сложнейшая игра, в которую вовлечены все без исключения.

– Но раньше ты хотел, чтобы я была рядом, – напомнила я ему, – ты же сам говорил, что так будет спокойней.

Граф вновь одарил меня мрачным взглядом:

– Но не тогда, когда ты носишь моего ребенка! Послушай, я сегодня же прикажу Боно, и он увезет тебя обратно, в Лагомбардию. Там Карисса.

– Которая лежит пластом! – возразила я.

– Которая так же, как и ты, ждет ребенка, только в отличие от тебя не рискует. Лоренцио и Козимо об этом позаботились, подставив под удар одну хорошенькую дурочку! – отрезал он.

– Я сама согласилась, и ты прекрасно знаешь почему! – От обиды я готова была расплакаться.

Пытаясь оставаться беспристрастным, Рой прикрыл глаза.

– Лиза, пойми, я не хочу рисковать!

Я вздохнула и, чувствуя слабость, все-таки присела на кровать:

– Рой, послушай…

Я хотела возразить, привести массу аргументов, что мне будет безопаснее рядом с ним, когда вдруг услышала шум и возмущенные возгласы, затем двери распахнулись, и в комнату вошли двое незнакомых мужчин, при виде которых Рой явно напрягся. За этими двумя маячили взволнованные лица людей графа.

Незнакомцы были одеты во все черное, они показались мне очень зловещими, присмотревшись, я поняла, что в их одежде не было ставших уже привычными для меня разрезов, сквозь которые было видно ткань белоснежной рубашки. Лишь тонкие гладкие воротники белели над дублетами, словно ошейники.

Даже лица у вошедших были схожи: темные волосы, темные глаза, правильной формы носы, только губы у того, кто шел позади, были пухлее. Гончие Псы Создателя. Инквизиция этого мира.

– Граф Алайстер? – поинтересовался один из них, с тонкими губами, его взгляд невольно задержался на мне, с распущенными волосами, в одной рубашке сидящей на краю кровати. Стало очень неуютно. Захотелось сдернуть покрывало и закутаться в него, я сдержалась.

– Чем обязан? – Рой шагнул вперед, намереваясь закрыть меня от чужих взглядов. – С каких пор Гончие Псы имеют право врываться в дома граждан?

– С момента предъявления обвинения, мэссэр!

Я хотела вмешаться, но Рой бросил на меня предупреждающий взгляд, требуя, чтобы я молчала.

– Какое обвинение мне предъявляют? – холодно поинтересовался он.

– Сегодня рано утром пастырь Иеронимо нашел своего собрата в плачевном состоянии.

– Кого именно?

– Пастыря Джерардо. Судя по всему, он был отравлен.

– И какое отношение к этому имею я? – Граф был очень спокоен, лишь глаза чуть сузились, я знала, что сейчас он раздумывает, как поступить. Еще один взгляд в мою сторону, словно приказ не высовываться.

– Он ел и пил в вашем доме, мэссэр! Вы лично наливали ему в кубок фьен!

Слуги возмущенно зашумели, оскорбленные самим предположением о том, что их хозяин, могущественный граф Алайстер, глава Совета десяти, может быть отравителем.

– Это вам сказал пастырь Иеронимо? – Теперь граф даже не скрывал насмешки. – Умно!

– Пастырь Иеронимо направил известие пастырю Горгонзо, который на правах личного секретаря покойного Истинного Пастыря исполняет надзор за Лаччио. Он подписал приказ о вашем аресте. – Пес протянул свиток с магической печатью. – Вашу шпагу, мэссэр!

– Как видите, у меня ее нет, – Рой развел руки в сторону, призывая убедиться. Свиток он даже не стал брать в руки. – Впрочем, если вы настаиваете, я могу сходить за ней.

– Не стоит. Нам хотелось бы быть уверенными, что вы не сбежите…

– Вам достаточно моего слова? – перебил граф Алайстер.

– Вполне. Следуйте за нами, мэссэр! – Человек в черном направился к выходу.

Слуги спешно расступились, никто не хотел лишний раз попадаться на глаза карателям. Даже не взглянув на меня, Рой направился за ним, второй Пес замыкал шествие. Я так и осталась сидеть на кровати, затем, спохватившись, бросилась следом.

В доме царил хаос. Слуги столпились у лестницы, наблюдая за тем, как Псы Создателя заполняют дом. Их было очень много, этих людей в черных одеждах. Судя по грохоту, они начали обыскивать комнаты. Я слышала встревоженный голос графини, кажется, Рой ее успокаивал.

Как бы мне ни хотелось оказаться рядом с ними, я сдержалась, понимая, что сейчас не место эмоциям. Заметив, что люди в черном направляются к лестнице, я бросилась прочь, надеясь, что успею раньше к единственному человеку, который мог хоть как-то помочь.

Дважды мне пришлось спрашивать, где спальня принца Риччионе, еще раза два я находила путь сама, руководствуясь здравым смыслом. Кто-то из служанок испуганно схватил меня за руку, причитая о моей чести, но я стряхнула девушку и побежала дальше. Наконец, я влетела в комнату.

Козимо спал, лежа поперек кровати, совершенно обнаженный. Алебастрово-белое поджарое тело на темном шелке, рельефные мышцы спины и ягодиц, лепные икры.

Судя по запаху, витавшему в спальне, а также по пустым бутылкам, валяющимся на полу, ночью принц скрашивал свое одиночество фьеном.

– Козимо! – я затрясла его за плечо. Он пробормотал что-то невразумительное, приоткрыл глаза, с секунду фокусировался на моем лице. Затем выругался и вскочил с кровати, моментально закутываясь в покрывало:

– Вы с ума сошли! Что вы здесь делаете? Немедленно уходите!

Признаюсь, в другое время я не отказала бы себе в удовольствии поиздеваться над ним и, возможно, отомстить за тот случай с Гаудани, но сейчас все мои мысли были о Рое:

– Здесь эти люди в черном, Гончие Псы. Они арестовали Роя, обвиняют в отравлении пастыря Джерардо! – выпалила я.

Козимо посмотрел на меня как на умалишенную:

– Что за бред?!

– Можете встать и убедиться сами! – я кивнула в сторону двери. Принц подошел и прислушался к шуму, голубые глаза яростно сверкнули:

– Где мой кузен?

– Они его арестовали. – В носу противно защипало, а грудь сдавило от рыданий, я глубоко вздохнула, пытаясь совладать с охватывавшей меня истерикой, но все-таки всхлипнула. Это послужило решающим аргументом для Козимо.

– Успокойтесь! – одернул он. – Порыдать сможете и позже! Где сам Джерардо?

Резкий тон сработал. Я успокоилась и смогла спокойно продолжить разговор:

– Не знаю. Я его не видела. Как, впрочем, и других. Дом полон Псов. Я еле успела проскользнуть к вам.

Принц помрачнел и прошелся по комнате, собирая раскиданную одежду.

– Отвернитесь, – приказал он. Я пожала плечами, но повиновалась. Шорох ткани подсказал мне, что Козимо спешно одевается.

– Идемте! – бросил он, на ходу пристегивая шпагу. Распахнул дверь и замер: на пороге возникли две фигуры в черных одеждах. Принц бросил на меня предупреждающий взгляд.

– Ваше высочество, доброе утро, вижу, вы куда-то собрались? – Гончие Псы хотели переступить порог, но Козимо не сдвинулся с места.

– По какому праву вы здесь? – холодно поинтересовался он.

– По праву Святой Паствы! – человек в черном явно наслаждался моментом. – К сожалению, в этом доме произошло преступление!