Я внимательно изучил «Труды Вольного экономического общества», изданные за последние пять лет. Дело оказалось полезным, но любительским. Нужен прорыв. И его может дать только мощное хозяйство, рванувшее вперёд, опередив время. Под ним подразумевается империя Шереметевых, конечно. Но для этого нужна база, а уж землю и крестьян я всегда найду.
Предметный разговор состоялся на третий день. К тому времени мы осмотрели все делянки, обсудили статьи Болотова и необходимость передачи земли в собственность крестьянам, предложенную неким помещиком Радищевым.
Не скрою, мне было приятно вести беседы со знающим и увлечённым человеком, старающимся принести пользу стране. Это вам не пустопорожние разговоры, череда бесконечных сплетен и какие-то мелкие дрязги высшего света. Скажем так, Болотов — настоящий интеллектуал. А ещё ему ничего от меня не нужно.
Супруга Андрея Тимофеевича накрыла нам стол на веранде. Вокруг стрекочут насекомые и щебечут птички. От расположенного рядом пруда идёт приятная прохлада, день сегодня жаркий. На столе самовар с баранками и вазочками с вареньем. Классическая деревенская пастораль.
Оценив мёд с пасеки хозяина поместья, я решил сразу зайти с козырей:
— Вам известно, что мой батюшка являлся сторонником улучшения русского земледелия и сделал немалый вклад в развитие Вольного экономического общества? — Болотов кивнул. — Однако он уделял больше внимания собственному хозяйству, что логично. У отца хватало забот при дворе. Я же хочу предложить вам так называемый системный подход. Мне кажется, что нынешняя ситуация с развитием земледелия носит хаотичный характер. По идее, процесс должно возглавить государство в лице академии наук. Впрочем, это касается всех сфер экономики в целом.
— Любопытное определение, — произнёс помещик, подняв чашку с чаем. — Я так понимаю, вы хотите внедрить в России современные европейские подходы. Что очень полезно для русской державы. Например, французские ботаники Вильморен и Андриё, за чьими публикациями я стараюсь следить, в следующем году должны открыть целую компанию, занимающуюся выведением новых культур и торговлей семенами. При этом учёные пользуются поддержкой тамошней академии и даже короля Людовика. О нашем положении дел вы заметили совершенно верно.
— Поэтому я хочу основать не просто поместье с полями, а неограниченный по размеру земельный участок с множеством выращиваемых культур. Более того, при нашей земледельческой академии, как будет называться предприятие, должна открыться школа по обучению агрономов. Ещё нам нужен целый научный центр, который будет изучать и культивировать совершенно новые растения, а также пока растущие на других материках. — По мере осознания масштаба замысла глаза Болотова буквально впились в меня. — Также нам потребуется собственное издание. Предлагаю начать с газеты, а затем начать печатать ежемесячный журнал. Не будем ограничивать себя исключительно земледелием и охватим экономику в целом. Газету можно назвать «Коммерсант», а журнал — «Экономический магазин». Тем более вы сами предложили идею создания последнего.
Всё, он мой! В смысле энтузиаст стал адептом нового проекта. Надо добавить ещё елея, чтобы купить Болотова с потрохами. В переносном смысле, конечно.
— Под это дело я хочу сначала создать факультет в недавно открытом Коммерческом училище. Назовём его «земледельческим» и будем готовить агрономов. Затем перенесём факультет в расположение академии, где откроем профильное учебное заведение. И это не всё. Предлагаю объединить усилия с другими помещиками, создав единый центр по быстрому обмену достижениями и наработками. Россия огромна и богата на таланты, поэтому мы можем просто не знать помещиков, идущих своим путём. Если получится, то будем переманивать наиболее толковых людей в академию. Пусть селятся рядом, если не захотят терять независимость. Плюс надо учесть ситуацию с развитием животноводства и скотоводства. Государству необходимы мясо и шерсть, последнюю мы закупаем у англичан, что весьма накладно. Поэтому надо сразу искать большой участок земли с перспективой расширения.
— Где ж его найти, Ваше сиятельство? Все более-менее приличные угодья используются по назначению. Или придётся вырубать леса, что долго и вредно для природы, — воскликнул Болотов.
— Мы недавно разбили турок и почти уничтожили Крымское ханство. Последний набег кочевников на Русь состоялся четыре года назад. Более поганые к нам не придут. Как раз теперь Россия движется на юг, и никто её не остановит, — я достаю из портфеля карту и кладу её на стол, отодвигая чашки с вазочками. — Выбирайте. Мы можем взять сколько угодно земли, причём бесплатно. Наоборот, Коллегия экономии полностью поддержит подобный проект. Ведь я хочу переселить на юг крестьян, которых как раз не хватает. Под это дело можно выбить десятилетнее освобождение от всех пошлин. Не буду скрывать, что, помимо академии, меня заботит и увеличение собственного благосостояния. Вряд ли такой подход будут осуждать в обществе.
Кстати, Болотов сам отнюдь не бессребреник и даже даёт деньги в рост. Поэтому он одобрительно кивнул моим словам. К альтруистам в любом обществе относятся настороженно.
— Вот, — обвожу карандашом район от Полтавы до Тамбова, захватывающий Белгород, Курск, Липецк, Воронеж и Борисоглебск. — Мы можем застолбить за собой тысячи десятин земли. Главное, чтобы там была вода и рядом проходил большой тракт. Предположим, в одном месте расположится академия, а далее будут поместья наших соратников. Получается двойная польза. Во-первых, мы заработаем денег. Во-вторых, государство получит прибыль в виде освоенных земель и будущих податей. При этом я готов выделить беспроцентную ссуду помещикам, решившим поддержать наш проект. Но и это ещё не всё.
Андрей Тимофеевич смотрел на меня ошалевшими глазами. У него не укладывалось в голове, что кто-то согласится на столь огромные траты. Хотя для меня это приемлемые деньги, которые окупятся. Жаль, что в России нет нормального коммерческого банка, финансирующего земледелие, промышленность и торговлю. Вернее, есть. Но Дворянский заёмный банк — извращение, вытягивающее деньги из казны и растлевающее правящее сословие. Об этом я тоже хотел поговорить с Болотовым, но решил повременить. У нас на повестке дня всё-таки земледельческая тематика. Надо ещё добить энтузиаста очередным предложением.
Информация о перспективах получения масла из подсолнуха и сахара из свёклы действительно шокировала ботаника. Я малость приврал, что такие работы уже ведутся в Европе, но тайно. Зато перспективы возделывания картофеля и кукурузы он воспринял спокойно. Тем более обе культуры давно известны, в России и у них хватает сторонников.
Далее мы немного обсудили процесс производства и внедрения современных инструментов. Например, в России до сих пор используют соху. Я уж молчу про бороны, сеялки или средства уборки урожая. Примитивщина жуткая!
Мы расстались через три дня чрезвычайно довольные друг другом. Андрей Тимофеевич пообещал написать соратникам. Также Болотов обязался заняться поиском земельных угодий и обеспечением проекта специалистами, в том числе авторами статей. Почему-то собственная газета заинтересовала помещика не меньше академии. На том и порешили. Я беру на себя финансирование, закупку оборудования и материалов. А помещик будет отправлять ко мне потенциальные кадры. Более детально новое СМИ мы решили обсудить осенью, когда Болотов приедет в Москву.
Домой я возвращался в приподнятом настроении. Наконец удалось нащупать реализуемую тему, которая может принести пользу стране уже в ближайшие годы. Ведь у ВЭО достаточно успешных наработок, требующих проверки и запуска в работу. Пока за три месяца мне в актив можно занести только деятельность фламандца, к которому в госпитале уже выстраиваются целые очереди. Кстати, надо съездить в Лефортово и посмотреть, что там происходит. Чую, что руководство госпиталя село доктору на шею и ножки свесило. А ему вообще-то ещё двигать русскую науку.
