Поэтому целый район площадью шестьсот квадратных вёрст стал флагманом русского аграрно-промышленного сектора. Это не фигура речи. Есть академия Болотова и созданный на её базе земледельческий картель, куда входят латифундии, крестьянские артели и смешанные хозяйства, где паями владеют разные люди. Также Мальцов основал свой промышленный кластер, вложившись в ткацкое производство. Его мануфактуры, открытые на паях с несколькими нижегородскими купцами, находятся в Вязниках. Но у нас получился натуральный монстр, продолжающий расти. Я ведь скупаю огромные участки в районе КМА, где нанятые геологи ведут постоянные изыскания. Земля там пока дешёвая, а неосвоенных пространств достаточно. Поэтому надо работать на перспективу.
Касательно моих восторгов: чудесно смотреть на целый город, который вырос из небольшой деревеньки, рабочего посёлка и одного завода. Нынешнее Людиново — это населённый пункт с тремя тысячами постоянных жителей, ставший столицей моей империи. Сейчас как раз решаются юридические вопросы для получения статуса города. Это ведь частная территория, а придётся создавать самоуправляющееся сообщество в соответствии с дополнением к последнему указу о Губернской реформе. Я этот пункт сам продавил, подразумевая земства. Теперь придётся делиться властью. Ха-ха! Но это позитивный момент. Давно пора переходить на следующий уровень. Ведь новый городок возведён в четырёх вёрстах южнее завода и рабочего посёлка, прямо у нового водохранилища, названного Сукремльский в честь перекрытой реки. И пространство для роста здесь отличное.
Изначально я хотел основать административный центр района восточнее, в Ясенково. Но тут такая проблема. Сейчас нет Киевского шоссе в привычном для будущего виде. А сообщение того же Брянска со столицей происходит по Смоленскому тракту, от которого идёт ответвление на юг. Место здесь оживлённое, так почему его не оседлать, чем я и занялся, изучив статистику. Ведь зарабатывать надо не только на производстве, но и на торговле с услугами. Поэтому Людиново приросло не только целой каменной улицей, но также лавками, мануфактурами, мастерскими, пекарнями и постоялыми дворами, принадлежащими различным людям. Например, столярным цехом на паях владеют помещик Воронецкий и три его бывших крестьянина. Артель вообще достаточно любопытная штука, изрядно трансформировавшаяся в местных реалиях. Главное, я никого не душу поборами, а наоборот, помогаю предприимчивым и прогрессивным людям. Пусть платят налоги — мне же важен сам фактор развития.
— Думаете, настала пора? — спросил Болотов.
Андрей Тимофеевич прибыл накануне, отдохнул с дороги, и после завтрака мы приступили к обсуждению важных дел. Мне нельзя покидать пределы Московской губернии, за исключением Людиново. Чтобы не терять время даром, я отправил учёному гонца, а сам пробыл несколько дней в Москве и выдвинулся в промышленный район. Маша немного обиделась, но больше для приличия. Сюда она ехать отказалась, тем более после выматывающей дороги из столицы. Так даже лучше. Пускай проведёт время с дочерью. Я ведь успел перед отъездом съездить к Саше.
Относительно разговора с Болотовым я настаиваю на запуске проекта ссудных касс, долженствующих перерасти в Крестьянский банк. Опыта мы набрались, есть целевые программы для крестьян, мелких торговцев и помещиков средней руки. Часть предприятий МОП уже профинансировал. Мы даже понимаем, что вначале компания будет убыточной. Здесь главное — начать. Никто не позволит превратить её в новый Дворянский банк. По сути, сейчас у нас нет кредитных организаций, кроме Ассигнационных банков, призванных заменить монеты бумажными деньгами, и Конторы вексельного производства. Последние призваны помочь людям, дабы не возить с собой крупные суммы. Но они на ладан дышат. А Купеческий банк благополучно прекратил своё существование ещё девять лет назад.
— У нас есть не только нужные средства, но и накопился неоценимый опыт. Какой смысл тянуть? В масштабах МОП и союзных нам обществ требуется небольшая сумма. Места тоже выбраны не случайно: Новый Оскол как наша земледельческая вотчина, Нижний Новгород и Москва. В этих городах у нас самые сильные позиции, заодно готовы проекты, требующие реализации. Впрочем, вы знаете сами, — салютую гостю бокалом с квасом.
Мы расположились в моём новом кабинете на втором этаже особняка, откуда виден весь городок. Я специально выбрал место на небольшом холме, вдали от основных построек. Вокруг дома разбит красивый парк. Архитекторы грамотно использовали уже растущие деревья. Это мой пунктик. Если быть точным — экология. Безрассудное хозяйствование Демидова превратило окрестности Людиново в пустыню. Утрирую, но почти все крупные деревья здесь вырублены. Пришлось исправлять ситуацию. За два года, как земли Евдокима перешли ко мне, в районе было посажено более ста тысяч деревьев и ростков. Приехав сюда после ссылки на Яик, моему удивлению не было предела. Так изменилась местность!
Кстати, мы с Болотовым и группой энтузиастов давно пропагандируем политику восстановления лесов и просто благоустройства. Надо заметить, что усилия не пропали даром. Сейчас каждый город считает важным разбить один или несколько парков для прогулок. Естественно, всё зависит от размеров. Люди начали понимать, что природа уязвима и требует восстановления. Не всё так благостно — алчных дельцов и вандалов хватает, но мы скоро примемся за них.
В проекте Земской реформы заложен пункт о наличии природоохранного учреждения с весьма широкими полномочиями. Хочешь вырубать лес? Пожалуйста, но изволь посадить новый. Проигнорировал закон? Получи внушительный штраф. Я вообще сделал упор при пропаганде земства именно на эти моменты: архитектура городов, дорожное строительство, коммунальное хозяйство, охрана природы, система пожарной и полицейской службы. Необходимо показать, что земства не несут угрозы центральной власти, а наоборот, призваны ей помочь, разгрузив часть обязанностей. Пусть даже проект обрежут, но его введение — уже победа! Дело даже не в моём настойчивом желании провести реформу. Надо заставить Екатерину и чиновников шевелиться, оказывая на них постоянное давление.
— Вы же понимаете, что будет множество невозвратов и провалов. К тому же многие заёмщики не смогут предложить сопоставимый залог. Такое по силам только дворянам и купцам. Причём большинство помещиков решит провернуть махинацию, как с Дворянским банком. Получается, основная наша надежда — торговый люд. Может, имеет смысл сразу открыть Купеческую кредитную организацию?
Болотов сидел рядом со мной у ростового окна и продолжал наслаждаться открывающимся видом. Поэтому наша беседа текла неспешно. Периодически мы затрагивали параллельные темы. Однако торопиться нам некуда. На завтра у нас намечено посещение сразу пяти земледельческих хозяйств — в дороге тоже можно общаться.
— Именно поэтому лучше привлекать не отдельных крестьян, а группы или целые общины. Особенно тех, кто предложит любопытный проект. Вы же сами писали, что какой-то мужик начал работу над получением подсолнечного масла задолго до нас.
— И это истинная правда! — воскликнул учёный. — Представьте, каково было моё удивление. Обычный крестьянин, пусть зажиточный и свободный, но тем не менее. Жалко, что он помер. А ещё один мастеровой предложил оригинальный вариант отжима масла, очень похожий на механизм, выпускаемый вашими мануфактурами. Да, идея требовала доработки, однако это было семь лет назад! Всё-таки русский народ талантлив и смекалист!
— А теперь представьте, если бы изобретатели имели возможность получить ссуду на свои проекты. Или уже действовала Палата приёма изысканий, открытая при МОП. Экономика страны могла бы сделать шаг вперёд. Взять того же Ползунова. Мы ведь на ровном месте упустили такую возможность! Минус двадцать лет, Андрей Тимофеевич! — тут уже я начал заводиться. — За державу обидно! Англичане, голландцы и немцы не умнее нас. Они лучше образованы и давно научились быстро внедрять изобретения в промышленность. Для наших дворян многие механизмы — просто развлечение, а не возможность получать выгоду.
