– Они мертвы, оба… – Голос графа звучал глухо.
– Да.
– Я не мог оставить их в живых, это расценили бы как слабость, – он словно оправдывался передо мной. Я кивнула:
– Знаю.
Это было правдой. Джемма умерла, Карисса, по всей видимости, сбежала, опасаясь за свою жизнь, да и я сама… Если бы не забота графа, я бы не стояла сейчас в шатре и не разговаривала с ним. И можно было все время напоминать себе о том, что именно он притащил меня в этот мир, но это не отменяло того, что Делрой Алайстер действительно оберегал меня.
Кажется, Боно выскользнул из шатра. Пройдоха всегда чуял, когда становился третьим лишним.
– Лиза, это… – Рой обреченно махнул рукой, обрывая сам себя. Я вдруг заметила, что черты его лица заострились, а под глазами залегли темные круги.
Мне захотелось подойти к нему и провести рукой по его лбу, разглаживая морщины, вызванные напряжением и усталостью. Но я просто стояла и смотрела на него.
Где-то снаружи негромко переговаривались люди, фыркали кони. Рой молчал, ожидая моего решения. Я невольно бросила взгляд на кулон, лежащий на сундуке. Заметив, что я сняла украшение, граф приподнял брови, выражая удивление:
– Зачем?
– Я… я полагала… – Я почувствовала, как краснею. – Неважно…
– Ты думала, я применил магию, чтобы приворожить тебя? – голос графа стал ледяным. – Считаешь, что я лишь на это и способен? Играть судьбами и колдовать?
Я промолчала, чувствуя себя слишком опустошенной, чтобы спорить, но Рой воспринял мое молчание, как ответ.
– Понятно, – процедил он, подхватывая плащ. – В таком случае, мадонна, не смею вас больше беспокоить!
Он вышел. Я медленно присела на походную кровать, провела рукой по простыням, разглаживая складки. В памяти возникли его темные от страсти глаза, его губы, его руки. Я вдруг поняла, что не хочу отказываться от всего этого просто потому, что не хочу. Плевать, что, возможно, это будет одна ночь, которая никогда больше не повторится, но она должна быть!
И это только моё желание. Ни кулон, ни Карисса не имеют к этому никакого отношения. Я решительно поднялась, накинула плащ, спрятала волосы под берет и вышла. Найти графа не составило труда.
Он сидел у костра, привалившись спиной к дереву, и снова что-то рисовал в своем альбоме. Его движения были очень резкими, словно он вымещал свою злобу на листе бумаги.
Я не стала подходить к огню, чтобы не привлекать внимание людей, сидящих рядом со своим господином. Они негромко переговаривались, наверняка обсуждая то, что произошло. В лагере уже ничто не напоминало о случившемся, только несколько клочков ткани белело с той стороны костра. При их виде меня пробрала дрожь. Я обхватила себя руками и посмотрела на Алайстера.
Словно почувствовав что-то, он поднял голову, нахмурился, затем отложил альбом и подошел ко мне.
– Что-нибудь еще? – голос звучал очень сухо. Я нерешительно коснулась его пальцев:
– Прости меня.
Его взгляд мгновенно потеплел, плечи расслабились. Он улыбнулся и нежно провел рукой по моей щеке, прошептал:
– Подожди здесь…
Он сразу же вернулся к костру, на ходу отдавая распоряжения. Подозвал Боненвенунто, что-то коротко сказал ему. Художник нахмурился и бросил взгляд в мою сторону, за что заслужил резкий окрик. Он пожал плечами и отошел к остальным. Граф вернулся ко мне и крепко взял за руку:
– Пойдем!
– Куда?
– Туда, где нам никто не помешает, – ответил он и еле слышно добавил: – И где мы будем счастливы.
Я посмотрела на него, ожидая пояснений, но Рой лишь покачал головой:
– Пусть это будет сюрпризом.
Он небрежно махнул свободной рукой, в воздухе возникло белое сияние портала. Я замешкалась, граф подхватил меня на руки и шагнул туда. Яркие вспышки перед глазами, а потом нас обступила тьма. Шорох листьев подсказал, что мы в лесу. Когда глаза привыкли, я увидела небольшой дом, стоящий в окружении деревьев.
Рой, все еще держа меня на руках, прошел ко входу. Перехватив меня, приложил ладонь к двери, прошептал несколько слов, наверняка снимая какую-то магическую защиту, переступил порог и осторожно поставил меня на пол.
Даже в неровном свете луны, проникавшем через огромные полукруглые окна, было видно, что дом прекрасен. Небольшой, но очень уютный. Наверняка с фресками на стенах, которые в темноте невозможно было рассмотреть.
Центральную часть атриума занимал прямоугольный бассейн, посередине которого находился фонтан. Черные с прожилками колонны окружали бассейн, поддерживая стеклянный купол, через который можно было смотреть на звезды.
Я прошлась к фонтану, затем обернулась. Рой стоял, прислонившись к одной из стен, и смотрел на меня, хищно прищурившись.
– Чей… – я прикусила губу, понимая, что глупо задавать вопрос, на который знаешь ответ, но все-таки продолжила: – Кто хозяин этого дома?
– Когда-то отец построил этот дом для моей матери… В последнее время она не любит бывать здесь, я тоже редко появляюсь.
– Вот как?
Я выдохнула, Рой это все равно заметил. Усмехнувшись, он подошел и обнял меня, прижимая к себе.
– Лиза, я не вожу сюда любовниц. – Как бы банально ни звучало, но от хрипловатого голоса по коже пробежали мурашки.
– Но мы в Лагомбардии? – прошептала я, чтобы сказать хоть что-то.
– Не совсем, – покачал головой граф. Прекрасно разгадав мой маневр, он готов был проявить великодушие и немного подождать, пока я успокоюсь.
– А где?
– Сама увидишь… позже, – пообещал Рой, поправляя мне выбившуюся прядь волос.
Его рука скользнула по скуле, кончики пальцев очертили губы, вынуждая меня приоткрыть их, я подняла голову и встретилась с его взглядом. Ставшие вдруг темными глаза манили.
Меня словно кто-то толкнул в спину, я потянулась, прильнула к его губам, желая сполна насладиться. Граф выдохнул, пробормотал что-то неразборчивое и с силой обнял, заставляя всем телом вжаться в него, затем подхватил на руки и понес куда-то вглубь дома. Мы буквально упали на кровать.
С этого момента я перестала принадлежать себе. Его руки, его губы, его тело – все опьяняло. Темнота обостряла чувства, побуждая снова и снова прикасаться друг к другу, убеждаясь, что это не сон.
Он не торопился, намеренно растягивая удовольствие, то привлекая к себе, то отстраняясь. Умелый любовник. Он вел меня по грани между пыткой и наслаждением. В этом извечном танце двоих я следовала за ним, уже не принадлежа себе. Рой становился все более требовательным, и я подчинялась, желая полностью раствориться в нем, стать его частью… В тот момент, когда он окончательно овладел мной, я вдруг поняла, что все было предрешено… а затем наступило блаженство…
Небо за окном светлело, становясь из темно-фиолетового розовым. Я лежала на спине, накрытая легкой шелковой тканью, приятно холодившей разгоряченное тело.
Золотые херувимы, надув толстые щеки, с укором смотрели на меня из-под потолка. Я отвернулась от них и встретилась взглядом с Роем. Он лежал рядом, поверх простыней, подперев голову рукой, второй медленно перебирал мои волосы, раскинувшиеся на подушке. В полумраке его полностью обнаженное тело казалось темным.
– Уже утро? – совершенно неромантично зевнула я.
– Рассвет. – Он чуть придвинулся и поцеловал меня в макушку. – Надеюсь, я утомил тебя. Спи.
– Неужели нам не надо вскакивать и ехать? – пробормотала я, хотя глаза слипались.
– Не сегодня. – Он притянул меня к себе, заставляя прижаться к его плечу. – Сегодня нас точно никто не потревожит…
Он шептал еще что-то, но я слишком устала, чтобы вслушиваться в слова.
Когда я проснулась, было уже светло. Лучи солнца проникали сквозь неплотно задернутые шторы, и по стенам плясали оранжевые блики. Я приподнялась и осмотрелась.
Жемчужно-серые стены без ставших уже привычными фресок, лакированная мебель из орехового дерева, инкрустированная оранжево-розовым перламутром. Огромная кровать без балдахина. Я оглянулась на резное изголовье, а потом провела по нему ладонью, проверяя нет ли насечек, и усмехнулась. Пора бы уже научиться отличать правду от вымысла.
