щёлк, выстрел. Болт впился под ключицу, глубоко, с хрустом.

Молчун отшатнулся, но не упал. Второй уже обходил с тыла.

Я вытащил кинжал — и развернулся, вонзая его в щель между рёбер.

Бой был быстрым.

И уверенным.

Не победа — работа.

Молчуны лежали у моих ног, их тела испарялись с тихим шипением, но внутри оставалось главное.

Я опустился на колени. Осторожно.

Рука вошла в грудную клетку первого — словно в мягкую глину.

Там, глубоко, светилось ядро.

— Первый порядок, — пробормотал я.

Ядро дрогнуло в моей ладони, перед тем как я опустил его в мешок. Затем — второе. Третье.

Все слабее, чем мне нужно. Но…

Это валюта.

В любом мире. В любой гильдии. Даже в гильдии богов.

Я затянул шнурок на мешке и поднялся.

В бою я не дрогнул.

Давление не прошло. Оно просто… стало неважным.

Я был другим.

И лес, похоже, это почувствовал.

Теперь он не пытался испугать — он вслушивался.

Я пошёл дальше.

Я заметил её с холма — деревню, или то, что от неё осталось.

Полуразвалившиеся дома, крыши покрыты мхом, балки прогнили, словно стояли здесь века. Сквозь сорванные ставни прорастали ветви, окна зияли чёрными провалами, будто смотрели на меня.

В легендах говорилось: храмы не строились в изоляции.

Люди всегда жили рядом. Молились, прислуживали, оберегали.

Теперь же — только мертвая тишина.

Я спустился осторожно. Шаги по гнилым доскам казались слишком громкими.

Рука легла на рукоять меча, и я отпустил дыхание.

Не один.

Я чувствовал это — чужое присутствие, тягучее, хищное.

Оно не бросалось в глаза, не выдавало себя звуком или движением, но воздух... он был неправильным.

Я остановился у покосившегося колодца. Рядом — три тела.

Старые, почти рассыпавшиеся.

Одежда исчезла, остались лишь остатки кости, и... след.

Длинные, глубокие царапины по камню, словно кто-то проволок когтистую лапу.

Царапины шли от тела — и обрывались.

Он утащил их.

Я поднял глаза.

На втором этаже одного из домов — мелькнул силуэт.

Не молчун. Не человек.

Слишком высокий. Слишком изогнутый.

Тварь сильнее.

Возможно — один из тех, что когда-то были служителями.

Мой палец сам собой лег на спусковой крючок арбалета, но я не стрелял.

Нет, не так. Он хотел, чтобы я выстрелил.

Я шагнул назад, прижавшись к стене, и замер.

— Ладно, — шепнул я. — Играть так — играем так.

Существо не напало. Оно следило.

Я двинулся дальше, стараясь не смотреть в окна. Пусть считает, что я не заметил.

Но внутри я уже знал:

Я вхожу в зону храма.

Это был страж.

И следующее наше столкновение — будет насмерть.

Я почувствовал границу кожей.

Не магия. Не барьер. Просто…

мир изменился.

Трава стала тише. Воздух — плотнее. Деревья — неподвижнее, будто и сами затаили дыхание.

Я сделал ещё шаг — и тень сорвалась с крыши разрушенного дома.

Он летел на меня беззвучно, как копьё, брошенное из прошлого.

Монстр.

Высокий, искривлённый. Обтянутый серой кожей, будто натянутой на кости.

Маска с чертами зверя, и отголоски человеческого лица — остатки служителя.

Я рухнул в сторону, перекатом уходя из зоны удара, и в тот же миг арбалет рванулся вперёд.

Болт врезался в плечо твари — и не пробил.

— Твою же...

Он оказался быстрее, чем казался.

Меч вылетел из ножен, встретив удар когтей, и отбросил их в сторону.

Жестокая сила. Бешеное давление.

Мы кружили по развалинам, и каждый мой промах стоил мне боли.

Когти прочертили щеку.

Удар в рёбра сбил дыхание.

Но с каждым движением я изучал его. С каждым взмахом — искал щель.

Он был силён.

Но я уже был другим.

Когда меч вошёл в основание черепа, мы оба рухнули.

Я сверху. Он — мёртвый.

Подо мной расползалось тепло, не кровь — энергия.

Тело дрожало от усталости.

Руки болели. Доспех был потрёпан.

Но в груди билось ядро, пульсировало изнутри, словно призыв.

— Второй порядок, — выдохнул я, вытаскивая трофей. — Ты был достойным ублюдком.

Я не стал использовать его здесь.

Вернулся в деревню. Тихо. Быстро.

И лишь когда закрыл за собой старую дверь, опустился на пол и достал ядро, я позволил себе вдохнуть глубоко.

Энергия вошла в меня легко.

<25-й уровень средоточия…>

Вы преодолели первый порог.

<До следующего уровня: 1 ядро второго порядка.>

<В течение следующих суток тело, разум и дух будут адаптированы под новые возможности.>

Я замер, чувствуя, как волна силы пронизывает до костей.

Пальцы задвигались быстрее.

Мысли стали глубже, яснее.

Тело — словно точная, холодная машина.

— Первый порог… — пробормотал я.

— Что же будет на втором?

Я знал, что тело должно адаптироваться. Знал, что нужно хотя бы сутки покоя.

Но…

мир не даёт отсрочек.

И я не собирался сидеть в гниющей деревне, пока внутри бушует сила, требующая выхода.

Я шагнул через границу снова. Теперь она отзывалась глухо, давяще, как предупреждение.

Не готов.

Не сейчас.

— Заткнись, — пробормотал я самому себе. — Готов настолько, насколько нужно.

Прошёл метров двести.

Трава исчезла, уступив сухому мху. Воздух стал холоднее.

И в этот момент — резкий удар справа.

Я не увидел врага — только мощный толчок, от которого меня отбросило в бок.

Перекат. Болезнь в плече. Взгляд вперёд —

и вышедшая из тумана тварь.

Высокая. Массивная.

Тело покрыто пластинами, будто из дерева и кости.

Глаза светятся зелёным, но не светом — ядом.

С первого взгляда понял — не служитель. Не остаток.

Созданный. Собранный. Чистый страж.

Он атаковал молча, без звуков. Мощь — не меньше, чем у прошлого. Но стиль… другой.

Он не бесился.

Он анализировал.

Я бросился в сторону, едва увернулся от удара, что вдавил в землю целый валун.

Меч отлетел от следующего удара.

Арбалет — бесполезен: стрела отскочила от брони, оставив лишь царапину.

— Серьёзно? — выдохнул я. — Ну ладно.

Я вытащил кинжал.

И прыгнул в сторону, оказавшись сбоку.

Удар — скользящий, под сухожилие. Почти. Не пробил.

Бой затянулся.

Каждое движение — как через раскалённый песок.

Каждый прыжок — на грани.

Я пятился, кружил, втыкал, отскакивал, ждал ошибку.

И она случилась.

Тварь замахнулась на разрушенный столб — и я вонзил кинжал под пластину, в сочленение.

Дёрнул. Повернул.

Всплеск тьмы.

Тварь рухнула.

Я опустился на колени рядом, тяжело дыша. Плечо болело. Пальцы дрожали.

Но ядро — светилось.

Я вытащил его. И не колебался ни секунды.

Приложил к груди. Почувствовал вспышку тепла. И силу.

<Получен 26-й уровень средоточия.>

<До следующего уровня: 1 ядро второго порядка.>

Я медленно поднялся, глядя на тело чудовища, что уже начинало рассыпаться.

— Даже не знаю, что хуже — ты… или я.

Огнём жгло в груди. Сила входила не так плавно, как раньше. Я чувствовал перегруз.

Но держался.

Храм близко.

И я стану сильнее.

Или сдохну у его порога.

Я шёл сквозь лес, что с каждым шагом становился мрачнее, плотнее, будто сам хотел остановить.

Корни вздымались над землёй, будто ловушки.

Листва глушила звуки. Даже моё дыхание звучало глухо, как под водой.

И всё чаще — враги.

Не молчуны. Не те, что были у деревни.

Новое племя боли.

Они шли парами, иногда по трое. Когти длиннее, удары быстрее. И каждый бой — дольше, тяжелее.

Я ощущал, как мышцы ноют, движения становятся чуть медленнее.

Средоточия всё ещё пульсировали, но где-то в глубине теплилось сомнение:

Я слабею?

Или это они — эволюционируют?

Ответа не было. Только следующий бой.