— Ну ты и романтик.

— Не бросайся в крайности, Игорь. Ты не бессмертный. Умереть можно и раньше, чем планируешь. Нужно думать быстрее. Двигаться гибче. А ты пока только мечом машешь.

— Махать мечом — это, между прочим, искусство. Я тебя с ним как-нибудь познакомлю поближе.

Он хмыкнул. Глубоко, хрипло, как будто тень смеялась через сломанные кости.

Солнце поднялось выше, дорога уходила в чащу. Впереди — долина Пылающих Камней. Возможно, руины одного из самых страшных искажений прошлого. Возможно, лишь пустыня. Но если там и правда Храм Изгнанного Света — пора узнать, сколько жжет рассвет, если в нём нет тепла.

Шёл уже несколько часов. Дорога шла сквозь холмистые перелески — то ли бывшие поля, то ли просто удобные для засад участки. Птицы молчали. Слишком молчали. Иногда попадались твари — мелочь, почти без сопротивления. Пара ударов — и всё. Ядра у них были слабые, даже для продажи годились с натяжкой.

— Мог бы просто идти, не отвлекаясь на отбросы, — проворчал Нарр’Каэль. — Но нет, обязательно нужно на ком-то выместить накопившуюся агрессию.

— Ты бы тоже злился, если бы у тебя под ногами шарились монстры, которые и опасности не представляют, и дорогу засоряют, — буркнул я, вытирая меч о сухую траву.

— Слабых игнорируют. Это экономит энергию. Но ты, конечно, у нас мастер стратегических решений…

Я уже собрался отпустить очередную колкость, как впереди послышался треск. Дорога внезапно оборвалась: передо мной стояло нечто, от чего даже голос в голове на секунду притих.

Ростом с дом, с каменной кожей, трещинами по телу, из которых сочился серый дым. Верхняя часть напоминала череп монстра с тройной пастью, нижняя — обломки обожжённой скалы. Но тело было не мёртвым. Оно двигалось. Странно, неуклюже, но осмысленно. Словно это была не просто тварь, а смесь живого организма и чего-то из глубин земли.

— …Вот это уже интересно, — протянул Нарр’Каэль с ноткой любопытства. — Каменный узел, соединённый с телом. Кто-то поиграл с силой. Ритуал? Мутация? Или просто глупый эксперимент, убежавший от хозяев…

— Есть идеи, как его убить?

— Как всегда: сначала сломай всё, что торчит, потом добей то, что дёргается. Или наоборот. Ты же у нас специалист по «махать клинком».

Я сжал рукоять Каэриона. Клинок чуть дрогнул, как будто отозвался на опасность. Существо двинулось вперёд, его шаг был тяжёлым, но не медленным — как я ожидал. На его каменной груди пульсировал тусклый, но стабильный свет — возможно, ядро или связующий элемент.

— Ну что ж, дружок, — выдохнул я, переходя в боевую стойку. — Дорогу мне, похоже, придётся прорубать вручную.

И пошёл вперёд.

Бой оказался не просто тяжёлым — он был изнуряющим до последней капли. С каждой секундой я чувствовал, как каменное чудовище прирастает к этой земле, будто её часть. Меч с трудом прорезал его плоть — не камень, нет, хуже. Какая-то спрессованная магия и плоть, ставшие единым целым.

Каждый удар, которым я наносил урон, отзывался в моём плече глухой болью, словно я бил по глыбе скалы, а не живому существу. Его кулак разнес дерево в щепки, когда я едва успел откатиться вбок. Каэрион пел в моей руке, пуская тонкую вибрацию в запястье — странное ощущение, будто меч говорил: продолжай, ты близко.

— Вот это уже кое-что, — протянул Нарр’Каэль, когда я в прыжке вонзил клинок в сочленение между грудью и плечом твари. — Хоть иногда ты напоминаешь, зачем мне тебя не сжигать изнутри.

— Спасибо, мне этого точно не хватало, — прохрипел я, откатываясь и уворачиваясь от удара. — Вдохновляешь, как всегда.

Прыжок. Удар. Ещё один. Тварь замерла, как будто что-то внутри неё дало сбой. Я не стал упускать шанс — сблизился и со всей силы вогнал меч прямо в грудь. Послышался хруст. И... всё.

Монстр медленно осел, будто сдался. Прах с его плеч сыпался на землю. Пар поднимался из разломов на коже. Я остался стоять над телом, тяжело дыша, пока мышцы не перестали дрожать. Только тогда подошёл ближе и медленно разрубил его грудную клетку, уводя лезвие по линии трещин.

Под рёбрами, среди странной вязкой ткани и окаменелой плоти, что-то пульсировало. Я приподнял обломок панциря — и затаил дыхание.

Передо мной лежало ядро третьей ступени. Плотное, тяжёлое, сияющее мягким бело-золотым светом. Оно будто само знало, что я на него смотрю — и с лёгкой дрожью откликнулось, тонким импульсом, прокатившимся по моей ладони.

— Вот это уже подарок. Редко когда такую штуку просто вот так выносят на ладони. Поздравляю, смертный. Ты, быть может, и не безнадёжен, — раздалось ехидно в голове.

— Не ты его добывал, не тебе и комментировать, — выдохнул я, аккуратно поднимая ядро.

Пульсация усилилась. Я почувствовал, как что-то внутри меня потянулось навстречу. Средоточия отозвались почти с жадностью — как голодный зверь, почуявший еду.

Но нет. Сейчас не время. Не здесь.

Я завернул ядро в плотную ткань и спрятал в мешок за спиной. Каэрион тихо затих, возвращаясь в свою обычную неказистую форму.

— Пошли дальше, Шиза, — пробормотал я, вытирая лоб. — Похоже, веселье только начинается.

Следующие твари появились почти сразу — будто я потревожил улей, и теперь они стекались, чтобы проверить, кто посмел нарушить их покой.

Десять. Может, чуть больше. Не такие массивные, как первый, но всё равно неприятные. Те же каменные наросты, искажённые тела, щелкающие суставы, из-за которых создавалось ощущение, будто они вот-вот развалятся. Спойлер — не разваливались.

— О, да. Пора разминать суставы. Наконец-то ты начнёшь вести себя как живой. А не как моль, упавшая в чан с глиной, — Нарр’Каэль даже не пытался скрыть веселья.

— Напомни, зачем я тебя не выгнал после первого храма? — буркнул я, выдергивая меч.

— Потому что ты без меня бы уже сдох. Как простая, ничем не выдающаяся, разумная тушка.

Спорить было некогда. Первые монстры пошли в атаку.

Бой получился… рваным. Не из тех, где ты красиво крутишься и крошишь всё вокруг. Тут всё по-простому: удар — откатился, блок — укол, и снова. Рубка на выносливость. Эти твари не были умнее, не были быстрее. Просто настырные. Но не слишком крепкие. Каэрион входил в плоть с хрустом, рубил суставы, крошил грудные клетки, прокладывал путь через их сопротивление.

Через минут десять всё было кончено. Я стоял среди кучи остывающих тел, чувствуя, как дыхание превращается в пар, а мышцы зудят от перенапряжения. Приятно. Значит, жив.

— Неплохо. Даже для тебя, — промурлыкал голос в голове. — Правда, награда — так себе.

Я уже знал. Ощущал. Ни одна из этих тварей не имела в себе чего-то действительно ценного. Но всё равно прошёлся по телам, разбирая грудные клетки. Ядра второго порядка. Одно, другое, третье…

Когда добрался до десятого, просто вытер руки, открыл мешок и, не глядя, швырнул их внутрь.

— Ну хоть на апгрейд снаряги пойдут, — пробормотал я. — Раз уж ты решил, что я похож на мусор, может, приоденемся в что-то приличное.

— Только не говори, что ты попытаешься стать модным. Я не переживу этого позора…

Я усмехнулся и двинулся дальше. Работы впереди — по горло.

Стоило мне сделать шаг вперёд, как воздух изменился. Словно плотнее стал. А потом я увидел их.

Пламенеющее марево и десятки, сотни… нет, тысячи камней, зависших в воздухе. Они не просто лежали — парили, крутились, искрились на солнце отражениями от металлических вкраплений.

— Ну вот мы и на месте, — промолвил Нарр’Каэль с каким-то странным ожиданием в голосе. — Долина Пылающих Камней. Здесь и магия искривлена, и здравый смысл хоронят вместе с первым шагом.

— Звучит обнадёживающе, — пробормотал я, делая этот самый шаг.

Стоило только пересечь невидимую границу, как камни, словно по команде, начали смещаться. Я остановился, рука уже легла на рукоять меча. Мешок с ядрами позади тихо звякнул, словно предупреждая: «будет жарко».

Передо мной камни начали притягиваться друг к другу. С глухим стуком и скрежетом они собирались в грубую фигуру. Сначала туловище, затем руки, ноги, массивные плечи. Последним поднялась голова с зияющей пастью и двумя впадинами вместо глаз. И оно посмотрело на меня.