Я замер, всматриваясь. Там не было следов — камня, воды, даже энергии. Просто чёрная прореха, затягивающая взгляд. Секунды две — и она схлопнулась. Но стоило воде стекать дальше, как новый участок снова начинал искрить и гаснуть.

— Взаимное уничтожение, — выдохнул я, сам себе.

Получалось, что эти источники не просто противоположны — они несовместимы в принципе. И если скрулам нужен именно чёрный… значит, золотой для них — помеха.

А для меня это звучало как возможность.

Я опустился на камень у самого края золотого пруда и какое-то время просто смотрел, как прозрачные струи сливаются в поверхность, оставляя на ней лёгкие рябящие круги. Мысли крутились сами собой.

Чёрный источник явно был чужеродным. По своей природе он не просто влиял на энергию — он её искривлял. Если люди вокруг заражались, то, скорее всего, именно он и был первопричиной. Скрулам зачем-то нужна эта дрянь. Может, они сами уже заражены и ищут способ стабилизировать себя? А может, наоборот, используют его как топливо. Я понятия не имел, потому что никогда всерьёз не разбирал энергетическую структуру скрулов. Всё, что видел — уродливые, тяжёлые линии, но, будь они заражены или нет, я бы всё равно этого с ходу не заметил.

По-хорошему, чёрный источник следовало уничтожить. Только вот как? Сам пруд можно высушить или взорвать, и усилий на это уйдёт немало. Но ведь источник течёт откуда-то снизу. Уничтожь пруд — и он появится снова. Значит, старик не зря тут сидел, не зря умирал и воскресал на охране. Его работа — держать эти потоки под контролем. И выходит, он делает это до сих пор.

Меня же другое заинтересовало: что будет, если использовать золотой источник? На человека он действует так же разрушающе или наоборот?

Я вытянул ладонь, поднял небольшую каплю прозрачной жидкости и осторожно капнул на поверхность щита. Взглянул в энергетическом зрении — ничего. Просто скатилась вниз. Тогда я отключил защиту и позволил капле упасть прямо на кожу.

Она впиталась мгновенно, словно вода в сухую землю. На миг сверкнула золотым огнём — и я вздрогнул. По телу прошла мягкая волна тепла, и я заметил, как в энергетических линиях начали затягиваться старые микротрещины. Те самые повреждения, что я копил месяцами, накапливая их после каждого боя. Они не мешали в повседневности, но постепенно ослабляли основу. И вот теперь они начали исчезать, словно кто-то аккуратно подлатал ткань моего собственного ядра.

Я замер, не веря глазам. Это был не простой источник — это было лекарство, настоящее.

Я решил не торопиться. Золотой источник выглядел слишком уж благостным, чтобы верить ему с первого глотка. Мало ли, может эффект обманчивый — затягивает раны, а потом через день развалит основу, или вовсе привяжет к себе. Поэтому я просто уселся рядом, позволив ощущению тепла утихнуть, и стал наблюдать. Никаких побочных последствий пока не проявлялось, но внутренний скепсис не отпускал. Проверять на себе дальше — глупо. Сначала надо понять природу самого места.

А для этого следовало разобраться с чёрным источником. Если золотой лечил, то чёрный, скорее всего, калечил. И если он тянул заражение снизу, значит, где-то глубоко в породе скрывался исток.

Я отмерил несколько шагов от края чёрного пруда и начал копать. Не руками, разумеется — магией и резцом, но всё равно приходилось помогать себе физически: камень словно сопротивлялся. Каждый удар отзывался вязкой тяжестью, словно сама порода была напитана той же мерзкой субстанцией, что и вода. Он не крошился, не ломался легко, как обычный базальт, а будто жил своей тёмной жизнью, выгрызая у меня силы.

Я углублялся медленно, прокладывая тоннель чуть ниже уровня пруда. По логике, если источник действительно питается снизу, я должен был наткнуться на жилу. Но чем глубже я пробивался, тем сильнее ощущал давление. Словно сам камень не хотел раскрывать тайну.

Иногда я останавливался и вглядывался в трещины в энергетическом зрении. И видел: чёрные прожилки, уходящие вниз, словно корни. Живые. Они слабо пульсировали, то расширяясь, то сжимаясь.

И тогда меня накрыла мысль: а если это не просто вода? А если чёрный источник — живой?

Я выбрался обратно к залу и рухнул на камень рядом с золотым прудом. Тоннель отнимал слишком много сил — камень сопротивлялся, как живая плоть. Да и зачем гнать? Всё равно придётся ждать, пока ядро старика опустошится.

Минуты тянулись, я прислушивался к телу. Никаких побочных эффектов от золотой влаги не чувствовалось. Наоборот — внутри было легче, будто кто-то прошёлся по изношенным связкам энергетических каналов и починил их. Может, я зря напрягался? Конечно, бывает и так, что под маской света скрыта тьма, но здесь всё ощущалось куда проще, прямее.

Я зачерпнул ладонью ещё несколько глотков. Жидкость была прохладной, почти безвкусной, но с каждым глотком по телу разбегалось ощущение свежести, как после долгого сна. Живительная влага действительно работала.

Решив не упускать возможность, я набрал ведро воды из золотого источника и поднялся наверх. На этот раз не для себя — ради эксперимента.

Старик лежал там же, его тело давно уже было пустой оболочкой, держалось только за счёт ядра. Я вылил содержимое ведра прямо на него. Часть жидкости просто стекла, не дав никакого эффекта — энергетического тела не осталось. Но другая часть впиталась в ядро.

Яркая золотая вспышка пробежала по его поверхности. На мгновение показалось, что трещины начали стягиваться, как заживляющиеся раны. Но сразу же изнутри ударила волна той же гнетущей энергии, что раньше, и золотое сияние тут же распалось, свёрнутое чужой силой.

Источник пытался лечить, а ядро отторгало любое вмешательство. Получалось, они гасили друг друга.

Я стоял и смотрел на это зрелище, и внутри росло неприятное чувство: старик действительно был не просто сторожем. Он был завязан на эти источники куда глубже.

Мысль, конечно, выглядела как бред, но от неё трудно было отделаться.

Я смотрел на ядро старика, на то, как золотая влага пыталась его исцелить и каждый раз отбрасывалась прочь, будто чужеродное вторжение. Для обычного человека это выглядело бы спасением — но тут, похоже, всё было наоборот.

— Может, ему и правда нужна чёрная жидкость? — пробормотал я себе под нос, тут же поморщившись. — Чушь какая-то. Он же человек, а не скрул.

Но чем дольше я думал, тем настойчивее эта идея сидела в голове. Возможно, ядро за долгие годы охраны источников напиталось их силой и теперь жило по их законам. И то, что для меня смертельно, для него могло быть подпиткой.

Я решил проверить гипотезу хотя бы на полшага. Аккуратно накладывал латки на ядро, потом добавлял несколько капель золотой влаги. Результат был странным: золотая энергия пыталась срастить трещину, но от внутреннего сопротивления латка тут же распадалась. Будто я пытался починить ткань клеем, который отталкивается от самой материи.

От этого в висках неприятно заныло. Попробовать чёрную жидкость напрямую? Да ну его… Я сам едва не угодил в тот пруд, и только щит спас от полного разложения. Рисковать так глупо.

Я сидел над ядром, глядя на него и чувствуя, как внутри спорят два желания: проверить до конца и отойти подальше, пока не поздно.

Я копал медленно и упрямо. Камень сопротивлялся — не просто плотный, а словно пропитанный чёрной дрянью. Каждый удар резца отзывался глухим, вязким эхом, будто я лез не в скалу, а в живое тело, которое не желает, чтобы его вскрывали.

Дни тянулись один за другим. Я возвращался к прудам, отдыхал, жевал сухой паёк, проверял, как чувствует себя старик. Его ядро оставалось таким же разбитым, но ещё теплилось — значит, время у меня есть. Потом снова в тоннель — долбить, грызть, пробираться вперёд.

Неделя прошла прежде, чем мне улыбнулась удача. За стеной послышался иной звук — шорох воды. Я с удвоенной силой врезался в камень и наконец пробил проход. Передо мной открылась небольшая подземная река. Вода в ней была обычная, без той мерзкой примеси, что текла в пруды.