Я молчал. Не стал оправдываться. Не стал убеждать.

Пусть думают, что хотят.

Пусть живут, как хотят.

Я уже развернулся и пошёл прочь. К воротам. К выходу из этого города.

Пусть этот мир сам себя лечит… если ещё умеет.

Дорога под ногами казалась слишком ровной. Даже воздух был… слишком чистым. Я шёл прочь от города и не оборачивался. Не потому что боялся увидеть последствия. Просто… не хотел.

А в голове крутилась одна мысль за другой.

Почему?

Почему разумные так отчаянно стремятся уничтожить самих себя?

В этом мире и без того хватает угроз. Монстры. Аномалии. Миры, сшитые из обрывков реальностей. Боги, что забыли имена своих созданий. Но, несмотря на всё это, разумные всё равно убивают друг друга.

Ставят опыты.

Режут. Вживляют. Ломают.

Ставят галочки в журналах.

И всё это — во имя выживания. Во имя силы.

«Мы просто хотим спасти остальных», — говорят они.

«Пожертвуем десятком, чтобы спасти сотни».

«Создадим идеального солдата».

«Откроем тайны разума».

«Это необходимо…»

А я вспоминаю детей.

Маленьких. С грязными руками и открытыми глазами.

Тех, кто ещё не знает, как устроен этот мир.

Они растут, впитывая всё.

Они видят, как взрослые рвут других на части и называют это наукой.

Как продают силу, как будто это обычный товар.

Как становятся чудовищами…

И верят, что поступают правильно.

И вот ты уже видишь не ребёнка —

а нового маньяка.

Нового «спасителя».

Очередного безумца, который искренне верит, что делает всё ради мира…

…до тех пор, пока не уничтожит его.

Или себя.

Я сжал кулаки.

Ненавижу.

Даже не самих людей…

А то, во что их превратила эта реальность.

И себя — тоже. За то, что понимаю их.

Интерлюдия: Визит

Зал наблюдения был погружён в сумрачное свечение. Пространство дрожало на уровне ощущений — не от движения, а от плотности тишины. Здесь никто не дышал зря.

Фигура в тёмном стояла у сферической проекции — витая гроздь миров, словно серебряные нити, переплетённые с чёрными каплями реальностей. Одна из них пульсировала нестабильно, как сбившееся сердце.

— Неужели ты не чувствовал? — произнёс голос за спиной.

Пришедший появился без предупреждения. Он не из тех, кого замечают по прибытии — он просто есть. Мягкий, плоский голос, лишённый интонаций, но не смысла.

— В одном из твоих секторов зафиксировано пробуждение нестабильного фокуса. Отголосок масштабируемых структур. Мы сверяли с архивом — не зарегистрирован.

Фигура у проекции не обернулась.

— Один?

— Возможно, два. Один из сигналов периодически исчезает — будто что-то его экранирует. Маскировка? Утерянный артефакт? Локальное искажение? Пока неясно. Но второй сигнал — стабильнее. Он растёт. Неровно, но быстро.

Наблюдающий медленно провёл пальцами по воздуху, и проекция сжалась, концентрируя изображение на внутренней зоне. Несколько пересекающихся миров, разрозненных, но соединённых незримыми импульсами.

— Претенденты? — сухо спросил он.

— Подтверждение ещё не получено. Но характер развития соответствует: спонтанное формирование средоточий, нестандартное распределение энергии, сопротивление откату. Всё говорит о потенциальной угрозе.

Гость сделал шаг вперёд. Его плащ не шелестел, тень не касалась пола.

— Согласно протоколу, подобные должны быть немедленно идентифицированы, ограничены в развитии и переданы под клятву. В противном случае — устранены. Это не обсуждается.

Фигура у проекции молчала.

— Мы надеемся на твоё благоразумие. Ты знаешь, как это работает. Если мы найдём их без твоего содействия, решение будет вынесено без твоего участия.

Небольшая пауза. Ответ прозвучал негромко, но без тени сомнения:

— Я в курсе.

— Ты должен будешь сделать выбор. Прежде, чем сделают его за тебя. Время пошло.

И гость исчез. Без звука, без света. Даже воздух не дрогнул.

Фигура осталась наедине с проекцией. Один из нестабильных импульсов на мгновение угас. Второй — вспыхнул ярче. Затем оба исчезли, как будто кто-то наложил вето на сам факт их существования.

— Два возможных исхода, — прошептал он.

— Или два пути… к одному финалу.

Я заметил их сразу — группа из восьми разумных, измотанных, но хорошо вооружённых. Они бежали, не слишком умело отбиваясь от стай мутантов. Решил вмешаться. Не из жалости — просто не люблю смотреть, как кого-то рвут на части. Слишком уж часто видел это.

Пара огненных ударов, несколько разрывных потоков — и всё стихло. Из монстров остались лишь обугленные обломки и зловоние.

— Спасибо, — сказал один из бойцов, высокий парень с серыми глазами. — Без тебя бы нас не осталось.

— Куда идёте? — спросил я, стряхивая с перчатки слизь.

— К порталу. Старому. Он когда-то вёл домой… в большой мир. Мы хотим проверить — вдруг снова заработал.

Я нахмурился.

— Портал?

— Ты не знал? — удивился он. — В северо-западной части третьего кольца. Мы наткнулись случайно, когда ещё были со старым отрядом. Только он… он не работает.

Я молча кивнул.

— Покажете дорогу?

Парень с готовностью кивнул.

— Конечно. Нам будет только спокойнее с таким, как ты рядом.

Портал оказался древним. Высокая арка из чёрного камня, вся испещрённая резьбой. От неё тянуло силой… но какой-то угасшей, будто застывшей во времени. Я обошёл конструкцию и пригляделся к верхней части — в самом центре была выемка. Прямо под печать.

Сердце ёкнуло.

Она была пугающе похожа на те фрагменты, что я нашёл. В хранилище торговцев — первый. В лаборатории учёных — второй.

И теперь… вот он. Артефакт, которому, возможно, суждено открыть путь домой.

Я достал оба фрагмента и прикинул по форме. Они действительно подходили.

Но вместе составляли лишь часть. Может, сорок процентов от всей мозаики. Остальное… разбросано где-то в руинах. Или надёжно спрятано.

— Ну как? — подбежал ко мне один из бойцов. — Получится?

Я медленно покачал головой.

— Пока нет. Часть печати есть, но её не хватает. Ещё процентов шестьдесят.

— То есть, если её собрать…?

— Возможно. Не обещаю, но шанс есть.

Я поднял взгляд на них. Усталых. Упрямых. Тех, кто цеплялся за идею дома, даже если сами родились уже здесь.

Они всё равно хотели уйти. И я их понимал.

Может, стоит попробовать?

Если не ради себя — то ради них.

Я долго смотрел на портал, на выемку в арке, куда так идеально подходили найденные мною фрагменты. Они начали проявлять слабое свечение, когда я поднёс их ближе. Не активировались — просто отреагировали. Значит, всё-таки это и есть части печати.

Остальные… Где их искать?

Два города уже отдали свои куски. Торговцы — почти случайно, сами не знали, что у них в хранилище. Учёные — и вовсе прятали как артефакт без ясной функции. Значит, ещё два возможных источника — военные и религиозные.

У первых всё просто: если у них есть что-то странное и потенциально опасное, они охраняют это с маниакальной одержимостью, а иногда и используют без понимания сути. У вторых — всё сложнее. Они могут поклоняться печати, считать её божественным знаком или проклятием. И ни за что не захотят делиться.

Я вздохнул.

Если эти два города действительно владеют недостающими частями, придётся действовать аккуратно. Либо убеждать. Либо забирать силой.

Скорее всего — оба варианта.

Но если собрать все части…

Возможно, я смогу активировать портал. Не просто для себя — для всех, кто захочет выбраться из этого мира.

И это был бы шанс. Небольшой, но реальный.

Я убрал фрагменты обратно и взглянул на горизонт.

Пора навестить военных.

Я шёл в сторону города военных. Ноги несли вперёд, а мысли всё ещё крутились вокруг печати и портала. Два города — торговцев и учёных — уже передали свои части. Если уцелевшие хотят домой, стоит проверить, нет ли чего у оставшихся. Военные, возможно, и не знают, чем обладают… или просто не желают делиться.