И вот один такой «оценщик» уже топал ко мне. Из компании Чернова. Молодой, лет тридцати, с лицом, как у недоваренного баклажана и походкой человека, уверенного, что любая его глупость — повод для восхищения.

— Ты чё тут встал, как деревяшка? — начал он с порога. — Переодетый слуга, что ли? Или просто затесался к благородным?

Я бросил на него короткий взгляд и пожал плечами.

— Ты слишком быстро с выводами. Я хотя бы рот закрыл, прежде чем делать вид, что знаю, с кем говорю.

Он сделал вид, что не услышал.

— Без рода, без флага... Кто тебя вообще пустил? Или ты новый формат мебели — говорящая?

— Возможно, — кивнул я. — А ты, судя по всему, — первый в мире табурет, который решил залаять. Редкое зрелище, стоит отметить.

Он резко подобрался, в голосе зазвенела злость:

— Ух ты какой... дерзкий. Думаешь, раз тебя кто-то одел — ты можешь рыпаться?

— Да нет, — я развёл руками. — Просто наблюдаю, как ты выпрыгиваешь из своей самооценки. Она явно тебе велика.

Он, конечно, закипел.

— Дуэль, щенок! Прямо здесь!

Толпа зашумела. Кто-то с ухмылкой кивнул, кто-то откровенно обрадовался. Им хлеба не надо — подавай шоу.

— Ладно, — согласился я. — Только сначала объясни местные правила. А то вдруг я по старинке — с отрубленной головой и драматичным монологом.

К нам подошёл один из организаторов, седой мужчина с тяжёлым взглядом.

— Дуэль проводится до сдачи или потери боеспособности. Без убийств. Нарушение карается. Бой можно вести с оружием или без, магия допускается.

— Принято, — кивнул я. — Без трупов, значит. Ну, постараемся.

Я посмотрел на своего оппонента. Он светился от возбуждения, явно думая, что меня сейчас размотает под одобрительный гул зала.

А я просто ждал.

Пусть первый ходит тот, кто думает, что у него есть шанс.

Я вышел на центр площадки, не торопясь. Противник уже стоял в боевой стойке — чуть на цыпочках, руки в стороны, пальцы подрагивают от избытка желания показать, какой он крутой. Щека ещё дёргается — видимо, злость кипит.

Я не стал доставать оружие. Ни меч, ни магию напоказ вытаскивать смысла не было. На таких лучше действует простое, без прикрас.

Просто вдохнул чуть глубже, запитав тело энергией. Плотно, точно, но без блеска и вспышек. Публика любит шоу — а я как-то не настроен радовать клоунов.

Он начал первым.

Сначала — огненная стрела. Я шаг в сторону. Потом — огненный шар. Я шаг в другую.

Щит сформировал — пылающий, красиво, с завитушками. Я ткнул в него пальцем, потом кулаком. Потом коленом. На пятом ударе щит лопнул, как пузырь.

Он понял, что всё идёт не по плану — и начал паниковать. Удары становились всё более хаотичными. Магия — всё менее сфокусированной. Я не торопился. Просто сближался и бил. Мягко, точно, по ребрам, по ногам, иногда по плечу — чтобы выбить равновесие. Никаких эффектных ударов, только работа.

Толпа сначала загудела, потом затихла. Минуты через три стало ясно — я не собираюсь никого убивать. Просто методично вычеркиваю его из списка дерзких.

Через пять минут он уже лежал, раскинувшись на спине. Дымок шёл от поджаренной мантии, лицо в крови, изо рта — хрипы. Не в отключке, но подниматься не собирался. Да и не смог бы. Глаза бегали, как у подстреленного зверька, который только сейчас понял, что охота — это не про него.

Я вытер костяшки о край пиджака и повернулся к публике.

— Всё? Или кто-то ещё хочет проверить, работает ли у меня правая?

Тишина.

Потом где-то в стороне кто-то хмыкнул. И пошли аплодисменты. Не буря оваций, но достаточно, чтобы я понял — своё место в этом зале я теперь точно занял.

И я остался стоять в сторонке, наблюдая. Толпа аристократов снова разбрелась, кто к еде, кто к сплетням. От группы Чернова на меня продолжали коситься — злые, укоризненные взгляды. Один особенно ярок, прямо прожигающий затылок. Ну да, не я же начал.

Но подходить больше никто не спешил. Видимо, даже самым горячим головам хватило ума сделать паузу. Или просто искали нового дурачка, кого натравить. Их дело.

А я, честно говоря, думал. Вот так, между блестящими кубками и шелестом бархатных мантий.

Барон. Безземельный, конечно. Почётный титул, почти ни к чему не обязывающий, но дающий проход в нужные двери. Или же продолжить действовать как сейчас — полным одиночкой, со своей армией, городом, амбициями?

С одной стороны — если принять титул, упростится общение с верхами. Будет официальный статус, меньше вопросов. Станет проще легализовать город, получить доступ к порталам, торговле, ресурсам.

С другой — я не люблю ошейники. Даже мягкие, бархатные.

Взвесить всё стоило бы спокойно, но здесь, среди этой шелковой суеты, выбор казался особенно резким. Или в их систему, пусть и на правах условной независимости, или дальше — по краю, но по-своему.

Надо подумать. Взвесить ещё раз. Желательно, без фоновой музыки из чужих интриг и дешёвого пафоса.

Марфа появилась неожиданно, как будто и не уходила вовсе. На лице её играла лёгкая улыбка — не издевательская, скорее… удовлетворённая?

— Ну что, — сказала она, подходя ближе. — Умудрились-таки нарваться на «проверку» от черновых. Поздравляю, Игорь.

— Проверку? — переспросил я, приподняв бровь. — Это так у вас называется попытка показательно избить человека на людях?

— А как же, — усмехнулась она. — Классика. Подходит один из ихних «породистых», наглеет, нарывается, а если всё идёт по плану — избивает новичка. Авторитет, мол. Только ты, кажется, немного испортил сценарий. Победа без единого заклинания… Уж не хочешь сказать, что ты не владеешь магией?

Я покосился на неё и пожал плечами.

— А разве против такого… позёра требовалась магия?

Марфа задумчиво улыбнулась. Глаза её чуть прищурились, но голос остался мягким:

— Вот в этом ты и опасен. Спокойный, сдержанный… и, похоже, не по годам умный. Плохо, что таких мало. Хорошо — что пока ты на моей стороне. Хотя кто знает, как всё повернётся.

Она на секунду замолчала, потом добавила:

— Я, кстати, пообщалась с несколькими нужными людьми. Попыталась выяснить, где сейчас Царь… Хотела представить тебе официально. Но, увы, он в составе делегации ушёл в один из других миров. Когда вернётся — никто не знает. Информации минимум, даже у родов.

— Удобно, — хмыкнул я. — Как в анекдоте: «А царя нет дома, заходите завтра».

Марфа рассмеялась.

— Вот-вот. Только у нас «завтра» может длиться месяцами.

Я кивнул. Всё шло не по плану, но это не было неожиданным. Придётся скорректировать курс. Пока царя нет, можно поднакопить авторитет, разведать обстановку… и, быть может, заявить о себе немного громче.

Я попрощался с Марфой, поблагодарив её за приглашение и компанию. Её улыбка была сдержанно-доброй, как у человека, который понимает, что это прощание — не навсегда.

— Если что — ты знаешь, как меня найти, — сказала она. — И не нарывайся больше. Хотя... это было весело.

Я лишь кивнул и шагнул за пределы замка.

Стоило пересечь ограду, как я ощутил знакомое — взгляды. Слишком сосредоточенные, слишком направленные. Повернув за угол, я мельком заметил несколько человек, что двигались с «естественной» небрежностью, держась чуть позади. Не приближались, но и не отставали. Странно. Слишком слаженно для простых зевак. Слишком неумело — для профессионалов.

Я сделал вид, что ничего не заметил, и продолжил путь, как обычный гость, решивший прогуляться по вечернему городу. Благо, Марфа, как оказалось, была не только красноречива, но и практична — на выходе сунула мне электронную карту. На ней были не только улицы, здания и названия районов, но и отмечены основные сектора влияния — родовые кварталы, торговые зоны, научные кластеры, даже приблизительное размещение военных гарнизонов. Такой подарок сложно переоценить.

Город был огромным. Настоящая столица нового мира, сверкающая огнями и утопающая в переплетении архитектурных эпох — от советских коробок до маготехнологичных шпилей. Улицы кипели жизнью: одни обсуждали сделки, другие тренировались на импровизированных аренах. Здесь можно было найти всё — от артефакторских лавок до уличных артистов, показывающих неумелую, но яркую магию.