«О нет! Так и есть: я просто схожу с ума!» — подумала Паркенс, безвольно входя в ту же комнату, что по праву туристки теперь принадлежала ей. За ней захлопнулась дверь, оставляя за пределами порога провожатого. Снаружи послышался звук закрывающегося засова деревянной двери. Теперь она еще и пленница! Осматривая усталыми глазами слабоосвещенную от горящего камина комнату, Джессика обратила внимание, что интерьер комнаты несколько изменен, мебель практически та же, только другие ткани постельного белья, покрывала и балдахина кровати. Мелкие убранства комнаты тоже были иными. А на постели уже отсутствовала ее современная одежда.

«Как же можно было за такое короткое время, все переменить здесь?»

Джессика почувствовала, что нервы ее были совсем уже на пределе. Она резко взметнулась к двери и начала барабанить кулаками по ней, выкрикивая непрестанно:

— Эй, откройте! Достаточно уже! Я хочу покинуть замок! Сэмюэль! Ты слышишь? Я хочу домой! Назад в Англию! Сэмюэль, если ты сейчас же не прекратишь свои дурацкие «сюрпризы», я никогда больше с тобой не заговорю. И не выйду за тебя замуж! Сэ- э-мюэль! Мне страшно!

Еще с минуту она молотила в дверь руками. Затем привалилась к ней спиной и, уставшая, съехала от чувства безысходности почти до самого пола. Так она просидела в растерянности около пятнадцати минут. Что только девушка не передумала за это время! Каких только гипотез не строила! Воспоминания и страхи навязчиво лезли в голову. Потом ее вдруг начало трясти то ли от стресса, то ли от пронизывающего холода каменного пола средневекового строения. Еле держась на ногах, она доплелась до массивной кровати с плотным пологом и забилась прямо в платье под одеяло. Зубы ее беспрерывно стучали. Это подступала к напуганному необъяснимым рассудку спасительная лихорадка.

Около двух часов ее знобило и ломало в полном одиночестве. Следом ей мерещилось, что в комнате было по очередности достаточно много ряженых: прислуг, женщин и мужчин, воинов. Среди них часто мелькало лицо незабываемого Дункана Маккоула. Даже в бреду его загадочный образ не оставляет ее! Только взгляд его был несколько другим в видениях: не грозным и свирепым, а перепуганным и мягким, излучающим сочувствие и жалость к ней.

Во время этих галлюцинаций ее мозг рисовал смысл отрывков мнимых бесед Маккоула с присутствующими в ее комнате. Сначала с первой появившейся молоденькой служанкой:

— Я прикажу тебя высечь на глазах у всех, дрянная девчонка! Сколько ты будешь твердить, что больная леди, не является леди Равенной? Решила спасти свою госпожу таким образом, чтобы ввести меня и моих людей в в заблуждение? А как же другие обитатели замка? Они готовы тебя поддержать в твоей лжи?

Затем с истерзанным и окровавленным воином, связанным по рукам и ногам:

— Кто эта леди, Седрик?

— Я не знаю, Дункан! — отрешенно выдохнул израненный пленный.

— Не зли меня парень! Твоя жизнь весит на волоске! И только я могу ее сохранить тебе. Ну же признайся! Кто она?

— Я же сказал, не знаю! — упрямо отвечал невольник.

— Уведите его и заприте в темнице без воды и еды до тех пор пока не сознается! — скомандовал взбешенный Маккоул.

Затем с каким-то худощавым старичком-монахом:

— Чем ты можешь ей помочь, Иэгэн?

— Все в руках Господа Бога, Дункан! Разве тебе не ненавистен этот вынужденный брак с ней, Маккоул? Что-то я тебя не пойму! — неподдельно удивился монах.

— Я задал тебе вопрос, Иэгэн? — сквозь зубы процедил Дункан.

— Если причина лихорадки девушки — пережитое потрясение, думаю я с легкостью смогу ей помочь, но если, вмешались силы небесные… — он не договорил, намекая на ясность своих мыслей.

— Ты вернешь ее к жизни любым способом, старик! У тебя в запасе есть три дня. Король Шотландии ждет моей помощи у границ, в Джедборо. К моему отъезду она должна быть на ногах и носить имя Маккоул! Донован достанет тебе все необходимое! Действуй, Иэгэн!

Впоследствии этот Иэгэн, словно колдун, долго вился над Джессикой, вливая в нее целебные снадобья.

Больше Джессика не видела никаких «картин» своего воображения, вскорости она забылась чудодейственным сном.

Через два с половиной дня Джессика снова открыла глаза. Она долго соображала, где находиться и почему в помещении несколько мрачновато.

Оглядевшись по сторонам, девушка начала что-то припоминать: она с Сэмюэлем в туристической поездке, в Шотландии. Сейчас она в арендованном Декером замке. Прошлым вечером они благополучно добрались до него. Ее ждал сюрприз, уготованный Сэмом, но она, уставшая с дороги, крепко заснула. Очевидно, Сэм будет дуться на нее! Но что она может поделать? Разве ее вина в том, что дальняя дорога в край вымотала путницу? Видать, она сильно выбилась из сил, потому что спала беспробудно и видела кучу ярких сновидений.

Джесс встала с кровати, удивляясь, что на ней незнакомая ей странного покроя белоснежная ночная сорочка. Осмотрев себя в зеркале, она пришла в неподдельный ужас! Опухшие глаза, волосы слипшиеся, спутанные, словно неделю не мытые.

Девушка покрутила головой в поисках возможности совершить утренний туалет, чтобы поскорее исправить свой жалкий вид. Но огромный кувшин с водой, из которого она накануне вечером принимала «душ», был наполовину пуст. Вода оказалась ледяной. «М-да, этого едва хватит, чтобы умыться!».

Приведя себя в некое подобие порядка с помощью этого мизерного количества воды, Джессика теперь мечтала о двух вещах: вымыть-таки хорошенько волосы и что-нибудь перекусить. У нее было такое ощущение, что она ничего не ела уже неделю.

На массивном готическом сундуке на ножках, соседствующем возле резного дубового шкафа, лежало средневековое бархатное платье василькового цвета. В наряд Джессика с трудом облачилась, и сидел он на ней совсем не идеально (хоть размер и был подобран мастерски). И все потому, что шнуровка по всей высоте спины оказалась ей не по зубам. Почему Сэм до сих пор не прислал ее личные вещи? Или такие условия в этом туре проживания в замке? Выход один — прибегнуть к чьей-то помощи.

Джессика бесшумно вышла в коридор замка, освещенный лишь несколькими настенными канделябрами. Несмотря на то, что было уже далеко не ранее утро, сюда дневной свет не проникал из-за отсутствия каких-либо окон. Вообще всё строение замка было темноватым. Даже те окна, что были в комнате Джессике, или любых других, также давали мало света, так как были настолько узкими, что больше походили на бойницы.

Джессика помнила, что соседняя комната принадлежала Сэмюэлю. Она тихонько постучалась в его дверь, но никто не ответил. Тогда Джессика решилась войти без приглашения. Девушка осторожно приоткрыла арочную дверь, еще раз скромно окликая Декера. Снова тишина. Джесс вошла в комнату и не увидела никаких следов пребывания Сэма. Она хорошо знала его натуру: где бы он ни был — разбросанные шмотки по комнате, обязательное наличие в комнате какой-нибудь «жратвы», по типу бургеров, чипсов и пепси, и, в противовес всему, спортивный инвентарь — таков его привычный стиль жизни. А здесь не просто отсутствовала его привычная обстановка, но и не было видно ни единой вещи, напоминающей о нем. Зато комната привлекла внимание своим впечатляющим размером и убранством. Обыденная меблировка средневековья, только вдвойне роскошнее, с рядом заполненных под завязку книжных полок, пришедшихся так по душе вошедшей Паркенс. На стенах висели красивые гобелены, с батальными сценами, выше них в одном месте геральдические щиты. Рядом специальное деревянное сооружение — подставка для хранения трофейных и диковинных рыцарских мечей. С остальных стен на гостью смотрели грустные глаза чучел животных: различной дичи, голов лося, оленя, козла и даже медведя. Жалкое зрелище. «Средневековый хозяин этой комнаты, явно, был холостым! — подумала Паркенс. — Разве назовешь эту комнату супружеской спальней? Хотя кровать в комнате может позволить себе разместить не двух спящих, а целую дюжину! Как Сэм здесь спал всю эту ночь?»