Постоянно в Крыму проживало около двухсот тысяч человек, а еще сто тысяч было вот такими контрактниками, которые, к слову сказать, через год сами, для свежаков, становились теми самыми тренерами и опытными бойцами что водили новичков в относительно простые рейды (читай контракт, пункт 12.1.2). Умные дяди и здесь предусмотрели экономию ресурсов за счет этих же ресурсов.

Так что, при желании, Пулеметчик, мог организовать небольшую армию одаренных, даже не прибегая к поддержке гарнизона. Но армия ему была не нужна, а нужно было где-то набрать с десяток людей способных ставить силовую защиту, причем не абы какую, а способную выдержать не один удар, сопоставимый с силой пробивания бронебойной пули. Они со Старычем хорошо помнили результат атаки первого скреббера. Щитовиков различных стихий среди контрактников было много, но одной красной жемчужины и два года было не достаточно для развития умения такой силы. А если такой бриллиант и появлялся среди новичков, то его тут же перехватывала к себе Москва, не дожидаясь окончания контракта.

Так же произошла небольшая заминка при разделении отряда Старыча. Естественно, все бойцы, что входили в состав его отряда, при нем же и хотели остаться. Но отправлять в рейд новый отряд, без опыта охоты, и не знакомый с ее тактикой, пусть и сформированный из бывалых бойцов, Пулеметчик тоже не желал. Лишние потери ему были не нужны. А обойти обе точки, предполагаемых мест появления скребберов, со всеми предосторожностями, одним отрядом было не реально, слишком далеко друг от друга они отстояли.

Пришли к следующему компромиссу: две трети отряда Старыча без командира, но забрав с собою восьмерых из десяти щитовиков, и пополнив ресурсы из уже известного и давно проверенного списка желающих, выдвигаются в дальнюю точку, а Старычу оставить ближнюю, что бы за день-два добрать свой отряд из того же списка, попутно кинув клич вольникам имеющим дар «щит», и забрав из гарнизона еще двух щитовиков. Пулеметчику пришлось немного «надавить» на состав основного отряда Старыча, пообещав повышенный процент премии за рейд.

Через два дня отряд вышел к локации, где следопыты Давида обнаружили признаки прибывания неназываемого. В районе пятнадцати часов разведка доложила, что сведения верные, и хозяин Стикса здесь. Прикинув на карте все более-менее удобные точки для боя, Старыч дал приказ разведчикам и мобильным группам на джипах, выдвинуться на каждую из них, и провести рекогносцировку местности. На это ушло еще четыре часа, и два часа на то, что бы добраться до выбранного места дислокации, с соблюдением всех мер предосторожности. Пять минут на выверение действий с новыми членами команды, которые малость охреневали (и это слабо сказано) от той позиции, на которую они забрались, еще пять-десять минут на расстановку позиций, и можно начинать.

Как обычно, предпочтение отдали возвышенности над лесом, с которой скреббер был виден как на ладони, потому что в этот раз к нему подобрались на самое короткое расстояние, какое было за все года охоты. Их отряд отделяло от хозяина Стикса не более трехсот метров.

Эта точка оказалась единственной удобной для атаки. С других двух холмов неназываемого вообще не было видно, а еще одна главенствующая высота была в пяти километрах, что делало ее фактически бесполезной. Разве что скреббер прискачет посмотреть на салют. Зная, что хозяева Стикса относятся к Старычу с каким-то непонятным почтением, тот сильно сомневался, что он станет это делать. И исходя из этих же ощущений, Старыч знал, что может позволить своему отряду подойти на очень близкое расстояние к монстру.

Вот и сейчас он чувствовал, что тот, как и все другие скребберы, не станет нападать, пока они сами не предпримут к нему враждебных действий. В последнее время это стало его немного напрягать. Бывало такое на зоне, когда подсядет один седелец к другом по душам поговорить, о себе рассказать. Раз подсядет, другой, десятый, смотришь уже и кореша. Тот к кому он подсел, всю свою подноготную выложит, по секрету, а ему потом предъяву кидают. Вот такое ощущение и стало появляться, будто он и есть та самая подсадная утка, играющая на чужом доверии.

Старыч отмахнулся от дурацких мыслей. Лучше бы подумал, как он будет потом объяснять бойцам как так получилось, что они настолько близко сумели подобраться к монстру. Любой элитник уже давно мчался бы в их сторону. Свои еще промолчат, не дураки, столько рейдов было уже сделано вместе, а вот новенькие? Он знал, его считают счастливчиком, типа Паука, которого он лично не видел, но лет десять назад ходили слухи о таком бойце, с которым будто бы удача ходила под ручку, и всегда сопутствовала отряду в котором он находился. Но что бы настолько? Но и другой удобной точки-то нет. Вообще. Если идти по лесу, так нужно точно так же выходить прямо к скребберу, еще и ближе, нос к носу. А при таком раскладе он уже и сам боялся за последствия операции. К тому же это будет выглядеть еще более подозрительнее.

Что сделано, то сделано. Отряд завершал последние маневры, и Старыч, выкинув все ненужные мысли из головы, залюбовался, глядя на скреббера, и ожидая когда техника займет свои. Это был первый монстр, который казался не страшным, а ужасно красивым.

К этому времени уже начало вечереть, и солнце, клонящееся к закату, розовым цветом подсвечивало редкие рваные облака, застывшие в небе над лесным массивом, освещая при этом и верхушки деревьев, тогда как нижняя часть леса тонула в темноте, напоминая океан с глубинными впадинами, страшащими своей неизвестности, и тем что в них может скрываться.

А над самыми верхушками деревьев, плавно покачиваясь и изредка и лениво шевеля плавниками дрейфовал кит. Самый настоящий, огромный кит, левитировал в воздухе, словно находился в родной среде обитания — под водой. Он и своими размерами ничуть не уступал размерам настоящего кита. Ладно, не совсем кит, но это было наиболее близкое сравнение. В отличие от кита у чудовища вдоль тела размещалось несколько десятков плавников, и они в хаотичном порядке постоянно перемещались вокруг оси туловища кита. Само темно-синее тело монстра как будто состояло из тысячи пазлов, некоторые фигурки которых встали на свои места, образовав оранжевые линии на стыках, а некоторые, словно только собирались занять нужные позиции, и витали на небольшом расстоянии от туши. Но вот хвостовая ласта, глазки и пасть, были точь-в-точь как у обыкновенного кита.

Зрелище было настолько завораживающее, что Старыч на какое-то время выпал из реальности. Но доклады командиров экипажей о готовности тут же вернули его на грешную землю.

Расчет еще не закончился, когда в эфире прозвучал незнакомый голос. Вернее, не так. Большинство голосов и так были не знакомы, так как Старыч еще не привык к новым членам экипажа, да этого и не требовалось, так как доклад каждой единицы отряда начинался с ее кодового обозначения. Очередной доклад был не по форме. От слова совсем.

— Приветствую, славяне, — раздалось в эфире, — хотелось бы пожелать вам удачной охоты, но не могу это сделать, так как сначала нужно обсудить условие дележки добычи.

Возникла пауза. Что за посторонний мог влезть в выделенный канал связи? Его еще найти нужно, а просто перещелкиванием частот эфира в рации это не сделать. Значит чужак знал расклады гарнизона. Да какой, к черту чужак?! Откуда ему здесь взяться? Может это какая-то шутка новичков? Но они вроде как все из проверенного списка. Или не шутка, а желание нажиться? Так из-за этих мудаков можно всю охоту запороть.

Старыч прочистил горло. Давно его не выводили из себя.

— Что за идиотские шутки перед боем? — выдал он в эфир гневно. — Какой борт говорит? Кого условия не устраивают?

— Спокойно, командир! — ответил ему все тот же голос. — Твои здесь не причем. Просто прибыла еще одна команда по добыче белой жемчужины. Давайте не будем ссориться, и обсудим условие сделки.

Старыч моментально успокоился, приняв свое обычное состояние трезвой оценки ситуации и ее раскладов. Еще одна команда охотников, и понятно, что не из Крыма и ближайших городов к востоку от Пекла, хотя бы потому, что в тех городах, так же, как и ранее в Крыму, охотников на неназываемого просто не существовало. Значит эти товарищи с запада. Что они тут делают? Идиотский вопрос, да то же что и они. Если в города после перезагрузки выдвигается куча разных команд, то почему бы и скреббера не вычислить нескольким охотничьим отрядам? Эта мысль позабавила его, поэтому он спросил: