— Может, вы даже что-то знаете об этой Звезде?

— А чего тут знать, любовь это.

— Что значит «любовь»?

— А то и значит, что это просто любовь. Только в этом случае ее символом стала Звезда.

— А как же сила, которую она дает?

— Она еще и не на такое способна. Она не переносит в другой мир, а позволяет соединить разные миры, такие же разные, как мужчина и женщина. Помогает таким дуракам, как ты, разобраться в себе. Не дает чужую дармовую силу, а помогает понять, что же для тебя важнее всего в жизни, куда с пользой направить собственную силу, которой в каждом человеке невообразимо много. Надо просто перестать бояться ее, начать делиться. И тогда любой может горы свернуть. Образно, конечно. Хотя некоторые, — он опять хитро улыбнулся, — могут делать это и буквально. Тебе повезло, ты смог понять.

— А как же упоминания в книге о том, что она была спрятана?

— Так она на дороге и не валялась никогда. У каждого к ней свой путь. Ее всегда надо искать. И бороться за нее. Кто-то находит на улице, кто-то в подземелье. И каждый после этого готов перевернуть мир, только вот в кого он при этом превратится, зависит уже от человека. И выбор мира, в котором он будет жить, тоже зависит только от него. И любовь уже не отобрать — она не на груди на цепочке, она в сердце. Звезда — это просто символ, так же как и обручальное кольцо на пальце. А любовь зарождается гораздо раньше и часто незаметно. Ее не отобрать. Ее можно потерять или разрушить, но только самому.

Он с усмешкой посмотрел на меня, затем на Таню, которая уже весьма заметно округлилась в некоторых местах, потом снова на меня.

— Береги ее, если хочешь быть человеком…

— Мне плохо, мне очень плохо –тихонечко всхлипывала Таня, уткнувшись мне в плечо — Меня всё время тошнит, рвёт, у меня ноги, спина, у меня всё болит! –всхлипы стали громче.

— Ну, маленькая, -я осторожно погладил жену по волосам –у многих женщин такое бывает, надо просто перетерпеть.

— У многих? Бывает? — Таня отстранилась от меня и обожгла сердитым взглядом — Такого как у меня — не бывает! Я вчера чуть ли не полчаса нюхала протухшую рыбу и не могла оторваться! Представляешь, нашла на помойке и нюхала!

— Ну, я всякое слышал –улыбнулся я — Бывает, и сыр с плесенью трескают так, что за ушами трещит. Золу, глину едят, клей нюхают.

Таня на мгновение замерла и тут же сделала неожиданный вывод.

— Это всё из-за тебя!

Я на мгновение опешил, но всё равно попытался приобнять разбушевавшуюся жёнушку.

— Маленькая, но ведь дети просто так не появляются. Конечно, и я к этому… хм… в этом поучаствовал. А помнишь, как нам было хорошо?

Таня ненадолго притихла.

— И всё равно ты виноват! И ребёнок у нас будет непонятно кто! И всё это из-за тебя!

Слёзы побежали уже ручьём.

— Ну почему же непонятно кто? Мальчик будет. Или девочка. Какая разница? Маленький хорошенький ребёнок, который будет тебе улыбаться и сосать грудь.

Таня отстранилась.

— Непонятно кто, потому что отец у него непонятно что!

— Танюшь, ну чего ты опять?

Жена совсем расклеилась и разревелась.

— Ты привидение, ты демон, ты… ты… Я боюсь! Я всего боюсь, я себе всякие ужасы представляю, и с каждым днём становится всё хуже. Я только представлю, что ребёнок родится, я возьму его на руки, а он… а он…

Я чуть не силком прижал к себе ревущую жену и стал поглаживать её по вздрагивающей спине.

— Так, наверное, все беременные об этом беспокоятся. Вот родишь, и сразу все страхи пропадут. Может, тебе с другими бабами поговорить? Они тебе всё расскажут — и как готовиться, и как рожать, и как ребёнка обиходить.

Жена чуть успокоилась.

— Я ведь целительница, Вань, и всё это знаю. Будь ты обычным человеком, я бы терпела и словечка не сказала, а как представлю…

Разговор в таком духе был уже не в первый раз, и я довольно легко подавил рвущееся наружу матерное «Ну и не спала бы со мной!». Что с беременной взять? Да и я, если честно, и в самом деле не совсем человек. И что у нас в итоге получится — одним богам известно. Всё было по любви, по взаимному желанию, но всё равно на душе неспокойно даже у меня. Что уж про беременную говорить.

Вздохнув, поднял Таню на руки и отнёс на лежанку. Устроился рядом, приобнял жену и стал легонько поглаживать.

— Ничего, Танюш, каждый прожитый день — уже наша победа. И срок больше, и ждать меньше. Потихонечку, полегонечку, как-нибудь переживём.

Жена долго всхлипывала, переживая свои напридуманные ужасы, но всё-таки уснула, а я всё таращился в нависший потолок, пытаясь придумать хоть какой-то выход из ситуации.

Сначала всё было очень плохо — я умер, потом Таня призвала меня в этот мир, да ещё и подмешала в меня высшего демона из другого мира. Хотела получить супербойца, но что-то пошло не так, и получилось нечто непонятное — человеко-привидение-демон. Внешне — человек, по сути — привидение, а в минуты опасности проявлялись ещё и способности демона. Потом была беготня по стране, убийства, магия, а когда стало совсем плохо, я непонятно как снова стал человеком (во всяком случае, тело стало материальным). Живи да радуйся с молодой женой, только и здесь оказалось не всё так просто. Как только Таня поняла, что беременна, она сразу перестала пользоваться магией и мне запретила. Себе — чтобы ребёнку даже случайно не навредить, а мне — чтобы внимания не привлекать (у меня и в самом деле иногда получались очень неприятные вещи даже против моего желания). Пока были деньги, на это можно было наплевать (на запрет магии), но у денег есть свойство быстро заканчиваться, и мы оказались в неприятной ситуации. Денег осталось совсем чуть-чуть, у Тани сильнейший токсикоз, постоянные тошнота, слёзы, истерики и прочие удовольствия. Таня не работник, да и я не особо-то кому и нужен. Ремёсел не знаю, в солдаты не хочу, вот и приходилось перебиваться случайными заработками за еду. В городе с работой было бы полегче, но мы из-за плохого самочувствия Тани застряли в захудалой деревушке в десяток домов, а здесь и местным дай бог прокормиться. Ладно хоть староста разрешил пожить в заброшенном домике-развалюхе, но что дальше? Скоро осень, запасов никаких, постоянной работы нет, и ещё неизвестно что будет с ребёнком. А ещё холод, грязь и полное отсутствие перспектив.

Обычно в таких случаях продают всё что можно, но нам и продавать-то нечего. У меня из одежды только то что на мне. Есть ещё меч, но я его никогда не продам — достался он мне от другого привидения, несколько раз спасал жизнь, да и не все его тайны я знаю. Не продам! У Тани чуть получше — целых два платья, но в таком состоянии, что у нас на Земле их постеснялась бы надеть даже уборщица.

Можно было бы повторить фокус с привидениями и кладами на кладбище, но и это Таня категорически запретила — она почему-то считает, что демонских сил у меня стало ещё больше, и от одного моего неосторожного слова явятся не привидения, а настоящие зомби со всех окрестных кладбищ. Не знаю, пока не проверял.

Можно было создать небольшого дракона и улететь куда подальше, но… беременная в лапах дракона — такое только в фильме ужасов показывать, а с новорождённым будет ещё хуже.

Воровать нельзя (Таня запретила), вообще ничего нельзя. Она искренне беспокоится обо мне, но я всеми этими ограничениями связан по рукам и ногам. Хотя, по-своему она и права — есть ещё один непредсказуемый фактор, который пугает похлеще голодной зимы — Наместник. Расстались мы, вроде, мирно, но кто знает, что из моих действий он сочтёт угрозой и как поступит после этого?

Я снова стал вспоминать тот недолгий разговор. Общий смысл — ты — сопляк, которого я могу раздавить в любой момент. С этим не поспоришь — для Империи я и в самом деле букашка, не стоящая внимания. Меня бы такой вариант устроил полностью, но Наместник своё внимание обратил и выразился витиевато, типа, уничтожить можно, но последствия могут быть непредсказуемыми. Тогда я его не понял, а вот сейчас начинаю находить и скрытый смысл. В открытом бою с магами мне не выстоять и нескольких минут, но кто сказал, что я должен биться честно? Даже если делать по одному дракону в сутки, я уже через месяц могу уничтожить целую страну. Зачем идти в бой, если можно просто сжигать деревни, малые города, обозы? Торговля встанет, продукты исчезнут, государству хана. Даже если убить меня (если поймают), это ничего не изменит — драконы-то останутся, а с ними воевать ещё тот геморрой. А ещё могу поднять мёртвых и отправить на города. Совершенно этого не хочется, но сколько раз уже приходилось делать что-то через «не хочу»?