И настало время, когда Джессики Паркенс пришлось в подробностях поведать свою необычайную историю перемещения во времени и супругу, и Иэгэну, и его новому другу-арабу, который, как заверял Дункан, должен оказаться единственным, кто истинно мог бы помочь в постигшей её беде. Супруг обещал ей объяснить всё, касающееся Зафара, позже, при первой же удобной возможности. Глазами Дункан умолял довериться ему всецело.

— Я Джессика Паркенс и я из 2019 года. В моём столетии ваш отрезок времени носит название — Средневековье. Я не могу вам рассказать многого о своём прошлом укладе жизни, многое в мире к тому времени изменится — Вам не понять будет этого сейчас… — ну как им объяснить, что она имела работу, как все цивилизованные люди современности? Или то, что монархии в том смысле, в котором средневековые жители привыкли её понимать, уже не будет существовать? И всё же в чём-то их придётся шокировать уже сейчас… — В мои дни во всём мире крепостных замков почти не останется в первозданном виде, уже никто не будет жить в таких величественных творениях зодчих, эти единичные уцелевшие архитектурные строения будут историческим достоянием стран. Люди со всех уголков Земли будут съезжаться посмотреть на эти диковинные сооружения. У нас называют таких любопытных — туристами. — Джесс перевела вдруг дыхание. — Я и мой жених Сэмюэль Декер, — рассказчица не осмелилась при упоминании этого имени взглянуть на Дункана Маккоула, если бы она решилась это сделать, то увидела бы, как мужественные скулы у супруга нервно подёрнулись, — в последние дни моего пребывания в своём времени также совершили туристическую поездку в абердинширскую крепость, Данноттар. Тогда я впервые ступнула ногой на каменное средневековое наследие… Последним вечером меня с Самюэлем ожидало увеселительное празднество в стенах Данноттара. Я сменила своё привычное облачение на средневековый наряд. В часовне замка мы условились с Сэмом встретиться, чтобы окунуться в атмосферу вашей эпохи, с трудом восстановленной заинтересованными в этом людьми. Я боялась опоздать, почему-то волновалась… Пришла раньше Сэма. Присела на скамью и замерла в ожидании. Случайно я обронила ювелирное украшение на пол. Стала искать выпавшую вещь: отодвинула скамью, за которой, как я догадалась, скрывалась злосчастная пропажа. Но кроме украшения обнаружила брешь в стенной кладке, в ней сверкнуло что-то озаренное скромным пламенем свечи. Конечно, это сверкание привлекло моё внимание, я украдкой вынула дивную вещь — этим предметом оказалась старинная книга в кожаном переплете, украшенная драгоценными каменьями. Я… изучаю старинные забытые языки, потому что безмерно люблю читать книги, они знакомят нас с тайнами бытия, открывают завесу с неведомых человеческих жизненных историй, скрытых тяжелыми тенями веков, жизненных историй целых городов, стран, материков… иногда переносят в мир выдуманных реалий, фантастичных, мифических, дерзких и глубоко проникновенных! Я не сдержалась и открыла драгоценную неожиданную находку. Сначала первую страницу, на ней было написано…

— Древние заклинания «Κληρονομιά του Хρόνος» («Наследие Хроноса») — медленно процитировал за неё задумчивый араб. Джесс удивлённо приподняла бровь. Откуда мусульманин знает это? Значит, Дункан прав — араб — тот человек, что нужен ей?

— Да. Именно эти слова были выведены на первой странице. На второй — мне не удалось ничего прочесть, я не знала того языка, — с грустью пояснила Джессика. — А любопытство разбирало! И я открыла следующую страницу уже наугад… — и рассказчица затихла, словно безмерно устала.

— Что вы прочли на ней? — стал допытываться взволнованный Зафар.

— Я могу сейчас неточно вспомнить текст, ведь я не знала тогда, что читаю непросто книгу! Кажется, там было написано что-то в этом роде:

Заклинание «Неподвластные времени судьбы»:

Если любовь устала ждать: время не лечит, время учит быть сильнее… и время меняет все…

Береги то, что стало дорого…

— Теперь всё понятно! Мне остается спросить лишь об одном. И хотя, я уверен в том, что знаю, каким будет ответ… Всё же прошу вас правдиво ответить! Вы любите Сэмюэля Декера? — обескуражил Зафар.

Джесс растерялась, густо покраснела.

— До дня осады я не знала в своём мире мужчины лучше… — искала нужные слова Джессика.

— Это не ответ! Да или нет?! Это важно, поймите! — пояснил араб.

— Нет! — облегчённо выдохнула Джесс.

— Значит, Хронос сделал выбор за вас! Он перенёс вас туда, где вы непременно должны приобрести свою истинную любовь! И как только это случится, вашей задачей станет не упустить синюю птицу[51]! Иначе Хронос может разгневаться, возмущённый, что его подарок не оценили по достоинству! Но рассчитывать на счастье, когда одной ногой стоишь в аду!.. Ожидание приговора королевского суда за подозрение в использовании заклятий чернокнижия! Лихое дело! Есть и другой выход, вернуться в своё время! В этом я могу вам помочь. Это разом решит все злосчастия, уготованные вам здесь! Выбор за вами!

— Выбор за вами!

— Я думаю, при таких обстоятельствах моя супруга может желать лишь одного — скорого возвращения домой, в своё время! — с грустью вымолвил Дункан, нисколько не сомневаясь в верности своего суждения. — Меня ждёт король! Я сделаю всё, что в моих силах, дабы вызволить вас поскорее отсюда и содействовать вашему счастливому возвращению в далёкий и недосягаемый для моих современников 2019 год! Крепитесь!

И обуреваемый горьким чувством от безысходности Дункан резко вышел из темничной комнаты, даже не дожидаясь Иэгэна и Зафара. Сейчас он не смог бы больше ничего сказать своей супруге, не смог бы видеть её опечаленное лицо и слышать её устрашающую для него отповедь, не смог бы вытерпеть еще мига вынужденного прощания! Действовать! Лишь действовать во благо ЕЁ спасения!

Он широко шагал коридорами дворцовой темницы, нервно подбирал убедительные слова для монарха и собирался духом перед неизбежным расставанием со своей честью — то, что он должен был предложить сюзерену, будет иметь свою цену — его честь вассала и звание друга короля!

— Надеюсь, теперь ты можешь высказаться! Признаться, мне не понятны твои действия! Я думал, ты не можешь меня простить за принуждение вступить в союз с одной из Гордонов, помня твою привязанность к Маргарет Маккоул! Сейчас я вижу тень жалости в твоих глазах к этой самозванке! Объяснись! — потребовал при встрече озадаченный Вильгельм.

— Мой повелитель! Я виноват перед этой леди! Впрочем, как и перед горемычной Маргарет! Но если вдова отца согласна была довольствоваться моей привязанность из жалости к ней, то Джессике Паркенс удалось возыметь надо мной власть неограниченную, без всякого колдовства и чародейства! Она не ведьма и не чернокнижница! Я готов доказать это, если позволит мой господин! — и Дункан нарочно преклонил одно колено, выказывая полную покорность и благоговение перед властителем.

— Ты заинтриговал меня, Маккоул! Как сможешь ты это доказать?! — снисходительно проявил интерес монарх, охваченный больше любопытством, нежели верой в слова фаворита.

— Вы позволили моей супруге разрешиться от бремени, пусть и в дворцовой темнице! Я глубоко признателен за Вашу милость к моему имени! И всё же я осмелюсь просить Вас еще об одном милосердном жесте — дать возможность появиться моему наследнику в стенах Крейгмиллара! К тому времени, я даю Вам слово — вы получите обещанные доказательства в невиновности Джессики Маккоул! Порукой будет моя незапятнанная доныне честь!

— Пока ты доказал лишь одно своей просьбой и пламенной речью — эта девица поработила тебя всецело! Я теряю первого фаворита! Это печалит меня! — эгоистично заметил Вильгельм. — Я не знавал тебя еще таким! Я волен допускать мысль, что ты ошибаешься в своих убеждениях по поводу непричастности своей супруги к чародейству! Я не хочу рисковать твоей головой! А здравость мыслей ты теряешь, мой друг!