— Я могу помочь осуществиться твоему желанию… — намеренно тихо проговорил Лионель. — «Наследие Хроноса» может сотворить и ЭТО чудо, заклинание я знаю. Мы можем вернуться и изменить ход событий. Твоё решение, Равенна?! Мне всё равно нет пути назад! А без тебя мне жизнь не нужна.

Как же так?! Он может… МОЖЕТ ВОСКРЕСИТЬ ЕЁ РОДНЫХ!!! Разве в праве она размышлять в таком случае над выбором?! «Прости, Сэмюель Декер, что нет смелости даже проститься! У меня есть шанс их воскресить! Прости…»

— Хочу скорее обнять родных, — безжизненно вымолвила Равенна. Где же должная радость? Она появиться. Лишь бы эта трепетная минута настала!

Но Лионель просиял. Затараторил о том, что Равенна никогда не пожалеет о своём выборе, что впереди их ждёт лишь счастье. И что-то в таком роде…

Гордон не слушала. Взяла телефон и поставила на беззвучный режим. Иначе не сдержится — возьмёт трубку, если услышит звонок Сэмюеля. Как же выдержать дорогу дальнюю, когда говорить не хочется, а только плакать, плакать!? Навзрыд. Как скрыть предательские слёзы?! Притвориться, что хочешь спать, разместившись на заднем сидении. Там слёзы лей вдоволь! Только не всхлипывай, Равенна, не выдавай своих настоящих чувств, человеку, которому отныне решила вверить свою судьбу…

Около десяти часов дорога выматывала безмолвных путников. Равенна была настолько отрешённой, что казалось, никогда и не вспомнит, как они делали кратковременные остановки, как Лемминг покупал провизию в дорогу (на перекусы в кафешках он боялся тратить время). Он гнал автомобиль без устали, даже не ел ничего. Равенна также отказывалась что-либо поесть. Боролась, как могла, с желанием взять в руки свой мобильник и проверить его журнал. Её мучила совесть. Как же она может покинуть это время, не попрощавшись ни с кем?! Ведь не только Сэмюель стал ей дорог здесь, в 21 веке! Эмма, Джулия, миссис Хилл, Стивен и, несомненно, Беатрис стали ей непомерно близкими. Она не имела право злиться на Беатрис за то, что та стала смыслом жизни для Сэмюеля. Вины Сэлинджер в том нет. Равенна подумала о том, что всё-таки должна послать прощальные весточки всем им. Она не стала скрывать от Лемминга своего последнего желания. Взяла в руки телефон, чтобы написать всем месседжи и обомлела, увидев ТАКОЕ количество пропущенных звонков. Конечно же, почти все они были от Сэмюеля Декера. От него же было единственное душу рвущее сообщение.

Равенна прочла его и не смогла сдержать слёз.

— Ты сказал, что Эмма ничего не знает о «Наследии Хроноса», в отличие от Декера …и ему не трудно будет догадаться о главном. Что это значит? Сэмюель знает, что ты — Страж?

— Думаю, догадывается. Джафар Али — верховный Страж, уверен, Декер воспользуется его помощью, чтобы помешать нам с тобой перенестись во времени… Но, кажется, им не удастся сорвать наши планы. Мы уже на месте. Узнаёшь окрестности?

Гордон стала всматриваться вдаль, на горизонте вырисовывался неприступный, потрёпанный ветрами Данноттар. Родовое гнездо клана, которое она уже в скором времени увидит прежним, целым, крепким, готовым простоять тысячи лет.

Торопливо Равенна написала свои короткие, но трогательные прощальные сообщения друзьям из 21 века, который добровольно покидала. Лишь Сэмюелю оставалось ответить. НО РАЗВЕ МОЖНО НАЙТИ ПОДХОДЯЩИЕ СЛОВА ПРОЩАНИЯ С ЧЕЛОВЕКОМ, КОТОРОМУ ОСТАВЛЯЕШЬ НАВЕК СВОЁ СЕРДЦЕ?! Что бы ни было написано, оно скроет главное между строк. Поэтому Равенна, поторапливаемая Лионелем, который успел уже припарковать авто близ замка, написала первое, что затуманенный разум выдал: «Сэмюель, я благодарна тебе за всё: за то, что подарил луч солнца в кромешной тьме, за силу, что придал, когда её совсем не осталось, за надежду и веру в завтрашний светлый день в своём времени. За то, что позволил коснуться огня, о котором говорила моя кормилица! Будь счастлив! Пусть этот же огонь тебя согреет! Со мной всё в порядке. Не ищи меня!»

Две крупные слезы проложили путь по щекам Равенны. Вот и всё! Телефон ей теперь не спутник, не друг… Она умышленно оставила его на сидении машины. Подав руку Лионелю, Равенна Гордон не очень уверенно ступила на землю предков и, теперь можно быть уверенной, потомков…

Не успели Лионель и Равенна шагнуть в тёмное каменное строение Данноттара, как из тени его высоких рельефных стен им навстречу вышли две мужские фигуры. Лемминг, опасаясь беды, сразу же загородил собою Равенну. Она даже не успела разглядеть лиц поджидающих.

— Лионель, дай Равенне услышать правду, — громогласно раздался под строгими сводами замка голос Джафара Али.

— Ей не нужна ваша правда! Она сделала свой выбор! Сделала добровольно его! Подтверди, Равенна! И мы не станем напрасно терять времени! — воспротивился Лемминг, готовый к защите.

Равенна из-за плеча своего спутника отчётливо увидела обратившегося к ним человека, лицо ей показалось слишком знакомым. Перед её глазами встала картина, как отец накануне судьбоносной осады Данноттара с радушием и почестями принимает в его стенах азиатского гостя. Именно этот гость искал информацию о пресловутом артефакте Хроноса. Она запомнила его имя — Зафар из Аль-Джана. Отец утаил тогда, что книга у него. Неужели это и есть тот самый верховный Страж, о котором упоминал Лионель некоторое время назад?! ЗНАЧИТ, ТОТ, ВТОРОЙ, ВОЗМОЖНО, СЭМЮЕЛЬ! Не сдерживая своего радужного эмоционального порыва, Равенна стала нетерпеливо искать глазами другого мужчину. Так и есть! Сэмюель! Но как же он не похож сам на себя! Лицо мертвенно-белое, безжизненное, с каменным выражением. Этот леденящий, безэмоциональный взгляд был настолько пугающим, что Равенна даже отступила на шаг назад.

Подтверждающие слова, которые она готовилась сказать, застыли на губах.

— Сэмюель… — только и смогла выдохнуть Равенна.

— Да, СЕМЮЕЛЬ ДЕКЕР — глупец, который всё еще думал, пока не получил твое прощальное смс несколько минут назад, что Лемминг насильно тебя удерживает возле себя!

Её слова в сообщении: «…за то, что позволил коснуться огня, о котором говорила моя кормилица!» он не так понял. Сэм был уверен: Равенна благодарила его за то, что он смог помочь ей найти свою любовь — Лемминга. Всё повторяется, как с Джесс! Пусть так! Её выбор, её счастье. Но не дать объясниться, не попрощаться по-людски! Не позволить взглянуть на неё ещё раз! Этого он простить не мог никак!

Тут не выдержал и вступил Лемминг:

— А ты думал, один — светило в нашем времени! Да, она выбрала жизнь со мной, среди СВОИХ — горцев клана! И я не дам тебе помешать осуществиться её желанию! Прочь с дороги!

Лионель, стиснув пальцы в кулаки, стал угрожающе надвигаться на Сэмюеля.

— Лионель! — опомнилась Равенна и схватила его за руку, чтобы не позволить натворить глупостей. — Постой! Сэмюель вправе держать обиду на меня. Он волновался, был долгое время в неведении, что со мной. Дай мне время объясниться и извиниться перед ним! Прошу тебя! Я не изменю своего решения, будь уверен!

— Нет! Это всё уловки, Равенна! Неужели ты забыла, о чём я тебе говорил?! Милая, ты рискуешь потерять тот миг, о котором больше всего мечтаешь!

Лемминг намерено не уточнял, какой миг имеет в виду, пусть Сэм с Джафаром думают, что она так страстно желает ВЕРНУТЬСЯ ДОМОЙ, а не увидеть живыми родных.

Из страха, что Равенна вдруг передумает, он подхватил её за локоть и стал вести вглубь замкового коридора.

Сэм, несмотря на то, что внутри кипел от обиды, разочарования и ярости, как и обещал, Равенну не неволил. Где же тот бунтарский огонёк её, что привлёк его еще в первый день их знакомства? Неужели уступит Лионелю? Лишь одно её слово, указывающее на протест Леммингу… и Леммингу не жить!

— Оставь её, Лионель! — вмешался вдруг Джафар. Он громко хлопнул в ладоши и, как по волшебству, из затенённых мест рельефных стен вышли люди, в одинаковых просторных белых одеждах. Орнамент песочных часов на одежде позволил понять, что это воины оккультного ордена «Стражи Хроноса». Они безмолвно полонили Лемминга, не дав ему даже пикнуть. Рот его перевязали какой-то светлой тканью, лишив его возможности говорить. — Не волнуйся, Равенна, он будет ждать тебя в часовне, если не передумаешь!