— Да. И именно в тот день Маверик, который, оказывается, был вхож в квартиру, сразу через стенку от твоей, первый раз воздействовал на твой Разум с целью убийства… Что-то он не рассчитал. И не только не убил тебя, но и растормошил, заставил выйти из затянувшейся депрессии.

— Я его теперь поблагодарить должен? — саркастически хмыкнул я. — За то, что он мне мозги чуть не спалил?

— Мы за тебя поблагодарим, — улыбнулся Мамонт. — Когда найдём и поймаем.

— Первый раз… а, когда второй? — подумав и помолчав, перевёл тему я.

— Второй — позавчера. Когда ты с моста в реку упал, — ответил Борис Аркадьевич. — Точнее, поза-позавчера. Вечером, накануне падения. Он знал о выходе новости про помолвку Матвея и Марии. Рассчитал время, так как в твоём новом графике это сделать достаточно легко было, и усилил своим воздействием все твои негативные эмоции по этому поводу. Утром ещё добавил, но теперь уже с конкретной установкой — бежать к Кремлю. А там уже ждал подготовленный «самокатчик»… Это, кстати, как раз Марат и был. Просто в шлеме, очках и медицинской маске. Он тебя не просто сбил, а с моста выкинул. Буквально. Руками.

— Вот пидор!.. — не смог удержаться от выплеска эмоций я. Как вспомню, что я там под этим грёбаным мостом пережил… так руки сами в кулаки сжимаются.

— Ну, ориентацию мы его как-то не додумались пока проверить, — ухмыльнулся Мамонт.

— Значит, по их плану, я утонуть должен был?

— Да. И не просто утонуть, а «совершить самоубийство». Возле самых стен Кремля. Из-за неразделённой любви. Это должно было буквально снести голову чувством своей вины и причастности Матвею. Ослепить его и сделать неосторожным. В идеале, не только его, но и Марию. Она тоже входила в заказ.

— И Матвея, и Мари… сволочи… — тяжело вздохнул я.

— У них почти получилось. Они не рассчитали, что там окажется пожарный расчёт, возвращавшийся с вызова. Без них, ты бы вряд ли смог продержаться до приезда спасателей.

— Я упёртый. Я бы, назло всем, продержался, — со злостью сжал кулаки на своей кушетке я. — Сколько смог, продержался, а потом ещё столько, сколько надо…

— Не сомневаюсь, — хмыкнул Мамонт. — Упрямцем ты был всегда. В отца пошёл… Ну а третий раз Маверик долбанул тебе по мозгам в бане, в которую ты так регулярно ходишь, что по тебе часы сверять можно. Он вбивал тебе одну единственную установку: позвонить брату. Выманить его. И ты позвонил. А тут у них уже было всё подготовлено.

— Как они могли знать, что мы гулять пойдём, а не в квартиру? — угрюмо спросил я.

— Они и не знали — квартира была заминирована. Стоило тебе только дверь открыть, как весь этаж бы на воздух взлетел. У них в команде профи-подрывник был. И у него вся ночь была в запасе — решили форсировать выполнение заказа, время поджимать стало. Вас ждали и в квартире, и на улице: бензовоз тоже был подготовлен заранее. Если бы вы в квартиру пошли, он должен был в дом врезаться. Марату, в силу его Дара, для боя с телохранителем Матвея, тоже Ратником, просто необходимо было сделать приготовления. Ему нужно было поле боя, на котором много огня. В идеале — пожар. Взрыв ведь — это не гарантия смерти Одарённого. Марат, в любом случае, должен был подойти на место и лично прикончить цель. Для того он и был нанят. Маверик — организатор и Мозг операции, Марат — «мышцы». Непосредственное орудие убийства. Ну а пожарная машина — прикрытие. Возможность быстрого отхода после завершения дела.

— Красивая схема, — проговорил я. — Красивая… Как только вы её проморгать умудрились, Борис Аркадьевич? За мной ведь присматривали? Та же Анастасия Дмитриевна? Или она тоже в деле?

— Настю мы, естественно, ещё проверим, — чуть пожал плечами Мамонт. — Точнее, её уже проверяют. Но она, вообще-то хороший специалист. И два её заключения по итогам двух последних посещений у меня лежат. И те сдвиги, которые произошли в твоём психологическом состоянии, она оценивает весьма положительно. Вот только, Юр… ты, наверное, до сих пор не понимаешь, что такое Одарённый с Даром Разума. У простого, не Одарённого человека против него нет вообще никаких шансов.

— Мысли читает? — предположил худшее я.

— Нет. К счастью или к сожалению, но нет. Зато: может чувствовать присутствие разумных в определённой области вокруг себя, может чувствовать направленное на него внимание. Может отводить от себя чужое внимание, становясь буквально невидимым, даже, если стоит напротив тебя в запертой отлично освещённой пустой комнате с белыми стенами и полом три на три метра. Это, кстати, один из тестов на ступень Гридня для обладателей такого Дара. А ещё: усиливает эмоции, внушает навязчивые мысли, внедряет поведенческие программы… И это всё даже без прямого зрительного контакта, как, к примеру, было с тобой. И это из «незаметного». Когда же Разумник не прячется и не маскируется, то он способен полностью грубо подавлять волю человека, превращая его буквально в «зомби». Способен брать под контроль чужие тела. Способен убивать на расстоянии…

— Страшная тварь, — передёрнул плечами я, представив, что один такой совсем недавно и совсем буквально за мной охотился. И спасало меня только то, что он максимально старался «не засветиться», сделать всё «красиво».

— Ещё какая, — вздохнул Мамонт. — Все наши люди, что осуществляли наблюдение и присмотр за тобой, были совершенно беззащитны перед ним, ведь среди них не было Одарённых. Маверик просто отводил им внимание ото всего, что могло его выдать. А той же Насте, скорее всего, делал прямые внушения.

— Скорее всего?

— Я жду подробного отчёта с результатами обследования её нашим Разумником…

— А у нас есть свой разумник? — нахмурился и напрягся я.

— Естественно, есть, — ответил Мамонт. — Не иметь своего Разумника в СБ — значит не иметь СБ вовсе. — И… Юр, надеюсь ты понимаешь, что обследовать будут не только Настю?

— Понимаю, — тяжело вздохнул я, поднимая глаза к потолку и сглатывая неприятный ком, вставший в горле.

— Держи, — достал из кармана и протянул мне «Молву-13» Мамонт.

— Что это? Борис Аркадьевич? — посмотрел сначала на телефон в его руке, потом на него самого я. — Это не мой.

— Теперь твой. В твоём прежнем были установлены и «жучок» и «маячок» для слежки. Собственно, из-за их присутствия внутри, непредусмотренного проектом, нарушилась прочность конструкции. Из-за этого экран и треснул — избыточное внутреннее напряжение…

— Понятно, — хмуро ответил я, беря в руки новый аппарат и рассматривая его совершенно целый, гладкий и новенький экран.

— Все твои контакты и номер перенесены. Настройки браузера, почты и других приложений тоже, — «обрадовал» меня безопасник. Блин горелый! На нормальный человеческий язык это можно было перевести, как: 'Мы перерыли и перекопировали всю твою личную информацию, переписку, почту, облака, трекеры и даже историю поиска и просмотров видео на всех видеохостингах. В том числе и порно.

— А компьютер? — хмуро уточнил я.

— Компьютер чист, — значит, и пароль от крипто-кошелька тоже…

— Спасибо, — а что я ещё мог ему сказать в такой ситуации? Не ругаться же?

— Не за что, это наша работа, — ответил мне он с лёгкой понимающей улыбкой. — Разумник освободится примерно через полчаса. Не делай глупостей, Юр, ладно?

— Не буду, — вернув голову на подушку и устало прикрыв глаза веками, ответил я. А куда мне деваться? Бронестекло головой выбивать? Так толку то: этаж двенадцатый. А в коридоре, возле единственного входа/выхода из моей палаты двое Княжьих Дружинников в ранге не ниже Гридня дежурят. А меня сейчас скрутить и Юнака хватит. Хотя, куда там Юнак? Обычного хорошо тренированного Бездаря. Юнак — это даже слишком много…

Даже после того, как отдал мне новый телефон взамен конфискованного, Мамонт всё равно не спешил уходить. Сидел себе там же, на стуле, бумажками своими шелестел, что-то в них вычитывая, что-то просто перелистывая и перекладывая.