Дальнобойщик решил, что это и есть засланные казачки, и спросил зачем посылать такой крупный отряд, неужели транспортные сообщения между поселениями стали настолько опасными? К его удивлению, выяснилось, что никто никакого гонца с этим отрядом не отряжал. Уехали свободные рейдеры, а всучить им в нагрузку бойца гарнизона или хотя бы конвер, попросту не успели. Проворонили момент. Да и не факт, что эта группа кого-то взяла бы к себе на борт. Их командир не любитель чужаков в своей команде, все об этом знали. Поэтому воронили почти сознательно.

- Свою машину послали, что ли? - спросил Дальнобойщик, предполагая, что машину от администрации могли и не оформлять на КПП.

- Да, нет. Своя техника по хозяйству занята, а транспорт Хмурого решили не трогать, пока новое руководство не пришлют.

- И когда же вы в таком случае отправили весточку? - после небольшого культурного шока, уже с сарказмом поинтересовался Дальнобойщик.

- Дык, с ближайшим караваном торговцев собирались, знамо дело.

- Ну и дисциплинка у вас. Тут убили главу стаба, а им понимаешь ли свою машину отправить жалко! На торговцев надеются! - Дальнобойщик покачал головой и вновь погрузился в журнал, может пропустил чего? Но нет. - Что-то я записи о торговцев не нахожу. Или они у вас тоже особенные?

- Кто? - Дуся в недоумении, захлопала глазами.

- Торговцы.

- Ничего не особенные, как все.

- Так что же они у вас за поселением что ли стояли, как цыгане в палатках, раз не записали? - теперь уже недоумевал Дальнобойщик.

- Да ничего не в палатках! - Дуся, смотрела на него, как на дурака. - Вон у них ряды на рынке по центру города, и несколько квартир куплено. А если места не хватает, так в гостинице поселяются или снимают хату.

Дальнобойщик мысленно выдохнул. Наверное, все же пропустили торговцев без записи в журнале. Ведь как-то же Игумен и Десятник узнали о случившемся, значит новость кто-то передал им? Правда, у него начали закрадываться на этот счет сомнения.

- Так когда отправили-то?

- Кого?!

- Да, гонца вашего!

- Дык, говорю же, не отправляли еще.

- Как это, не отправили, если ты сама только что сказала, что с ближайшим караваном торговцев отправили?!

- Не говорила я такого! - с еще большим подозрением в умственных способностях собеседника, возмутилась Дуся. - Торговцы-то уехали раньше, через неделю после перезагрузки, а новые неизвестно когда еще приедут!

Дальнобойщик впервые в жизни испытал конъюнктивный диссонанс.

- Ничего не понимаю! - сдался он.

- Дык чего тут понимать-то? Я же говорю: собирались отправить отчет вместе с караваном торговцев, как делаем это всегда. Как придет караван, поторгует тут, так на обратном пути пакет с донесением о случившемся и отправим. Нам и людей посылать для этого не обязательно.

Дальнобойщик вновь нашел в себе силы испытать шок от услышанного. Такого раздолбайства он еще не встречал. А может быть остатки администрации просто не спешили обременять себя новым главой стаба? Ладно, пусть с этим Хрящ разбирается.

И тут до Дуси дошло:

- А вы-то как узнали?

Теперь дурака уже включил Дальнобойщик:

- Что узнали?

- Ну то, что Хмурому кердык пришел? Вы же поэтому здесь?

И правда, если никто из Питера весточку не передавал, то как глава Крыма об этом умудрился узнать? Известия, тем более срочные, конечно, можно передавать не только посредством караванов, учитывая, что скорость их передвижения между стабами занимает дни, если не недели. Есть те же телепорты, арканы, бегунки, в конце концов. Но обычно это привилегия поселений "десяток", где всегда находятся представительства ордена, который как раз и обеспечивает подобные способы передачи информации. Но здесь-то никого из братии не было. Или Игумен просто не счел нужным поставить Дальнобойщика в известность?

Но тут Дуся сама ответила на свой вопрос:

- Аа. Ну так, наверное, Сухарь, когда до Горы добрался, передал эту новость.

В ее взгляде читалось сомнение, но это для нее было единственное разумное объяснение столь быстрого появления новых ставленников Крыма в Питере.

- Что еще за Сухарь?

- Дык командир отряда, который в Гору поехал.

Так в отчете Дальнобойщика и появилась запись об этом отряде. А памятуя этот разговор, и что бы проверить свою версию, каким образом информация все же дошла до руководства, он, в последствии, будучи в Горе, проверил факт появления там команды Сухаря, и дополнил свой ежедневный доклад Игумену этими сведениями.

За два дня пребывания в Питере, все детали дела были разложены по полочкам и доведены до Игумена, на вечерних сеансах связи. Дальнобойщик уже достиг того уровня развития своего дара, когда тот открывал возможность использовать телепорт не только для мгновенного перемещения тела носителя, но и поддерживать некоторое время канал связи в виде небольшого экрана. Правда для этого его собеседник должен был иметь не менее развитый дар, так как им приходилось состыковывать фокусы наведения порталов для образования устойчивой сессии.

Минусом было то, что "наводиться" Дальнобойщик, на своем уровне развития способности, мог лишь на заранее известную и оговоренную оппонентами точку на местности. В его случае, и скорее всего для всех диаконов, входящих в состав ордена в Крыму, и обладающих данным талантом, это был рабочий кабинет Игумена. Вторым, закономерным, минусом становилось уменьшение энергии, которую можно было вложить в способность, для максимальной дальности прыжка. Но это были издержки производства. Что бы уйти от опасности, не нужно прыгать на десятки километров, полностью истощая себя. Опытный телепортер, как раз наоборот, если нет острой необходимости, распределит свои силы на несколько небольших прыжков, и всегда оставит запас на "прыжок надежды". Его так и называли, при обучении использования дара в ордене. Надежды, что он станет крайнем, а не последним.

Утром третьего дня, перед отбытием обратно в Гору, Дальнобойщик посетил местную лечебницу, где в свое время провел не мало времени. Он знал, что Склифосовский, глава данного заведения, живет через дорогу от него, и поэтому шансы застать его были очень велики.

Так и произошло. Добравшись до лечебницы, Дальнобойщик попросил дежурного санитара позвать главного лекаря. Уточнив, по какому вопросу, так как, судя по внешнему виду, клиент не нуждался в срочном лечении, санитар бодро отрапортовал по рации, что прибыл бывший пациент для внеочередной консультации. После чего, выслушав ответ, который так же прекрасно слышал и Дальнобойщик, попросил того дожидаться снаружи в "уличной приемной".

Уличная приемная представляла из себя стоящий недалеко от входа в здание, прямоугольный стол из нержавейки, размером примерно два на четыре метра. Вокруг него стояли легкие скамейки, на тонких ножках, обитые дермантином. Над всем этим возвышалась деревянная двускатная крыша, опирающаяся на четыре столба и прикрывающая собой площадь, достаточную, что бы можно было свободно передвигаться внутри, обходя стол и скамейки. Под крышей были смонтированы мощные прожектора, а снаружи, по периметру карниза, была смотана в рулоны прозрачная пленка, во время непогоды позволяющая прикрывать площадку от дождя.

Судя по всему, "приемная" большую часть времени эксплуатировалась как курилка и место игры в домино или другие игры, требующие ровной поверхности. Как бы то ни было, в летнюю погоду, всяко приятней было проводить время на воздухе, чем в скучной палате. Да и, судя по всему, некоторых больных внутрь и не пускали, проводя лечение прямо здесь. А может и какие-то легкие операции. Не зря же стол был из нержавейки.

Склифосовский появился спустя несколько минут, выйдя из калитки дома напротив, окруженного сплошным высоким забором. Он, не торопясь перешел дорогу, приблизился к сидящему за столом Дальнобойщику, и уселся на против него, всматриваясь в лицо, чуть прищурив глаза. После чего легонько кивнул сам себе, вытащил из воздуха сигарету, точно так же в другой руке у него возникла бензиновая зажигалка. Откинулась крышка, чиркнул кремень, появилось пламя. Склифосовский поднес его к кончику сигареты, прикурил. Сделал глубокую затяжку, выпустил густую струю дыма в потолок, и неторопливо убрав зажигалку в клапан нагрудного кармана, ткнул сигаретой в сторону улыбающегося Дальнобойщика, с интересом наблюдающего за этим представлением: