- Да кто ж его знает. Ведь могут и следственную группу прислать. А, ты знаешь их руководителя. Для него даже свои коллеги - придурки и быдло. Что уж про нас говорить. Столько новых знаний про себя получим, что лучше сразу повеситься. А он ведь по любому отыщет какой-нибудь компромат, это его хобби, хлебом не корми, дай утопить кого-нибудь, да карателей на зачистку прислать. Как тебе перспективка?

- Что-то не очень, - поежился Пулеметчик. - Наслышан я про Берию. Ну его нафиг. Ну так что делать-то предлагаешь?

Десятник был отличным управленцем в своей сфере деятельности, но зачастую решения в их тандеме принимал Игумен, хоть и был из другого ведомства.

- Да ничего ни делать. А то как начнем что-то делать, так и попадем на события.

- Ну и стоило тут тень на плетень наводить, - моментально повеселел Пулеметчик, принимаясь за уже почти остывшую еду. - У меня с людьми все на мази. Хмурого подменил, а сборщиков и так несколько отрядов, заменить и добавить народа хватает. А у тебя как с монахами?

- С монахами... - проворчал Игумен, почему-то не очень любивший, когда так называли его подчиненных. - С паствой тоже проблем нет. У нас вечно половина в дороге, хрен со стороны уследишь кто и где сейчас находится, а желающих вступить в орден и послушников, достойных принять сан Диакона, не то, что бы толпа, но хватает, рассматриваем сейчас несколько кандидатур.

- Ты там что-то еще про какой-то отряд рейдеров базарил. С ним что не так?

- Все так. Давай, как приедут в Крым, - Игумен сделал паузу, и поставив на стол рюмку, махнул официанту, что бы тот наполнил ее из стоящего рядом графина. - Если приедут сюда, то надо их задержать и подробно расспросить, где были, да что видели.

- Ну и ладушки, дам распоряжение, все устроим. А что думаешь делать по поводу пропажи, как его, Водилы кажется ты говорил?

- Дальнобойщика, - усмехнулся Капуста. - Временно приостановлю расследование. Подожду с недельку-другую. Может он еще объявится. Хотя и странно, что ничего о себе не дал знать.

*****

Дальнобойщик и не мог дать о себе ничего знать, так как был, кажется, мертв. А виною тому стал Бабник, похоже сошедший с ума. Сейчас он ползал на карачках по полу возле Пилы, и умолял ее дать ему сексуальное удовлетворение, как не так давно это случилось в переулке, когда они с Монахом и его подчиненными напали на нее.

Пила была в шоке от происходящего. И Бомба. И не понятно, от чего сильнее - от только что завершенного боя или от низости пытающимся поцеловать ее берцы пакостника.

Бабник и правда сходил с ума всю эту неделю. Он влюбился!!! Влюбился в ненавистную ему Пилотку! Как это могло произойти он не понимал, но это случилось точно после событий в ту памятную ночь, когда они охотились на Пилотку вместе с Монахом. И, как и водится, для извращенного сознания, любовь приобрела корявую, маниакальную форму. Ему нужно было от нее удовлетворение, какое она принесла ему, когда заставила фонтанировать спермой, а затем сломала нос и чуть позже отбила яйца. Болезненные удары сейчас казались справедливой платой за ту эйфорию, что дала ему Пилотка. Такого острого ощущения кайфа он еще ни разу не испытывал. А боль от ушибов перемешалась с этим чувством и стала некоей потребностью для больного мозга. Боль и унижение. Пожалуй, он сейчас попросил бы Пилотку обойтись без обезболивающего на ежегодной экзекуции, лишь бы она подарила возможность вновь испытать вожделенное блаженство.

Больше он не желал ее смерти, так как это означало бы навсегда потерять источник удовольствия. Но вот сделать Пилотку рабой, что бы всегда иметь возможность собственного удовлетворения, стала для него идеей-фикс. Неудачную попытку Монаха заарканить Пилотку, он списал на появление чужаков. Что, по сути, было недалеко от истин. Не смотря на то, что всех тонкостей той встречи Бабник понять не мог, кто сумел довести его до сумасшедшего оргазма, он точно знал. И, кажется, чувствовал эту связь теперь постоянно. Что, подсознательно, так же подталкивало его на мысль об аркане. Поэтому слух о появлении орденской братии в стабе его обрадовал.

Хотя у Бабника и не было в поселении друзей, да и вообще большинство относилось к нему с долей брезгливости, но не с ненавистью, не зная толком всей подноготной давно минувших дней, находились так же и доброходы, жалеющие его, и осуждающие видео, которые ежегодно Пила выкидывала в местную сеть. Так что добыть информацию кто и зачем приехал особой проблемы не составило. Вот только главный из прибывших как появился в первый день, так и исчез. А Бабник решил, что ему нужен именно он, а не его подчиненные. И он принялся ждать, вполне справедливо полагая, что тот явится обратно за своей командой. И дождался.

Он целыми днями околачивался возле гостинцы, где обитали орденские, и не пропустил появления их главаря, которого звали Дальнобойщик. Осталось привлечь его внимание, когда их компания пойдет ужинать в популярное кафе, напротив здания гостиницы.

***

Дальнобойщик.

Из Крыма до Горы добрались, использовав шесть переходов. Митяй, Щуплый и Горох выдохлись полностью, по очереди "таща" на себе друг друга и Дальнобойщика. Так и было рассчитано Игуменом, что бы не распылять имеющиеся ресурсы. Трое монахов послабже были нацелены на Гору, а более сильный и опытный Дальнобойщик - дальше, в Питер. Дальнобойщик мог бы сразу из Горы прыгнуть в Питер, так как преодолеть такое расстояние в один прыжок как раз было ему по силам. В Питере у него имелись два репера - официальный и тайный, в лечебнице, где он когда-то очень давно провалялся с месяц, пока ему отращивали оторванные конечности, и он очень хорошо запомнил это место.

Но Игумен наказал ему начать вести расследование, и отправляться в Питер в течении следующих суток, начиная отсчет после телепортации отряда пернатых в Гору. Дела передать Митяю, если не возникнет никаких осложнений. Сначала Игумен планировал заслать в Питер спарки послабее, но поразмыслив решил использовать старшего диакона, кстати еще одного претендента на вторую молнию - Дальнобойщика, так как тот, помимо развитой способности телепортера, еще умел и думать, прежде чем действовать. А в обоих стабах ему в помощь будут приданы люди Десятника, которые как раз делают все наоборот. Так Игумен ему и сказал.

Оказавшись недалеко от ворот поселения, Дальнобойщик по астральному каналу подали сигнал Игумену, и тот создал портал, из которого выскочила пятерка бойцов, обвешанных оружием.

Существовало правило, по которому нельзя было организовывать порталы в поселениях. Каждый посетитель стаба был обязан пройти контрольный пункт. Если портал создавался на территории города, то все его население было обязано тут же, без рассуждения, применять оружие и свои способности против пришельцев. Это считалось прямой угрозой вторжения. Но любые законы и правила всегда можно обойти. Кто отследит прыжок, если он совершен внутрь здания, где никого нет, или есть, но это твой союзник?

Тем не менее, таких способов переправки старались избегать, дабы не создавать прецедентов с властью, учитывая, что орден и сам был представителем этой власти. Более того, населению внушали мнение, что создать телепорт в закрытом помещении не возможно. Отчасти это было правдой. Многие носители подобного дара не могли поставить репер в точке, где было много неизвестных переменных, вроде мебели, которая со времени могла поменять свое место положение, не говоря о вечно перемещающихся живых объектах. Для таких и лес был сильно не удобен. Другое дело - пустая, специально выделенная и обозначенная знаком, площадка где-нибудь метрах в пятидесяти от городских ворот. Для официальных визитов. И гарнизону спокойнее, когда есть время взять на прицел неожиданных пришельцев, и братьям не надо беспокоиться, что на месте построения портала изменилась местность.