Однако, последний пост занимал сам Бушенин и никуда уходить с него не собирался. А ещё Андрей очень надеялся, что Альберт Иннокентьевич будет трудиться на благо Имперского банка ещё много-много лет. Потому что у них сложились очень добрые и надёжные деловые отношения.
— Сегодня у вас назначены две встречи, Андрей Николаевич, — немедленно ответила Людмила. Довольно молодая женщина работала секретарём Груздева уже не первый год и отлично знала, что больше двух дел в один день её начальник ставить в расписание не любил. Поэтому ей приходилось растягивать обязательные визиты на недели и месяцы. — В полис приехал барон Ушков. Он заранее сообщал, что ему понадобится договор займа. Все необходимые документы я подготовила. Также вечером должен прийти представитель рода Очеровых.
— Знаю-знаю… — тут же остановил девушку Груздев. Очеровы были близки к Овчинниковым, и эта встреча также могла решить многое в жизни и карьере Андрея. — Спасибо, Людочка. Мне нужно подготовить ряд документов, сделай так, чтобы меня не беспокоили.
— Как скажете, Андрей Николаевич, — кивнула секретарь и покинула кабинет, плотно прикрыв за собой дверь.
Андрей сделал ещё один глоток кофе и развернул кресло к окну. Погода была просто отличная. Серый город неприятно шумел и утомлял своей суетой. Груздев всегда знал, что он рождён для тишины и неспешности Белого города. Что вся эта суета удел черни и идиотов, которые не знают, как правильно прокладывать себе дорогу в светлое будущее.
Самое интересное, что все эти завораживающие перспективы появились благодаря всего одному человеку. Вот только далеко не каждый сумел бы понять, как воспользоваться таким шикарным шансом.
Андрей тоже сначала запаниковал, когда к нему в кабинет пришёл неизвестный парень, который запросто вскрыл все невыгодные пункты договора. Это могло превратиться в серию выговоров и падение доверия перед руководством, но всё повернулось иначе.
Оказалось, что барон Орлов нужен чуть ли не каждому значимому аристократу в Московском полисе. Андрей сам не ожидал, что на него обрушится такой шквал внимания и интересных предложений. Некоторые имели довольно серьёзные противоречия с регламентом банка, но нельзя же отказывать, когда к тебе напрямую обращается представитель великого рода!
Почти два дня сотруднику банка пришлось мучаться под давлением аристократов. А потом с ним связался господин Бушенин и пригласил на обед.
Андрей невольно улыбнулся и покачал головой. Как же сильно он нервничал, когда шёл в ресторан! Сколько всего успел вспомнить и сколько оправданий придумать! Но встреча прошла лучше, чем в самых смелых мечтах Груздева.
Альберт Иннокентьевич не просто похвалил младшего коллегу за стойкость и чёткое исполнение регламента. Глава экономической безопасности прямым текстом дал понять, что стоит пойти навстречу просьбам. И даже намекнул, что это скажется на росте Груздева внутри банка. Ну не прелесть ли⁈ А нужно для этого было только перерезать финансовые потоки барону Орлову. Этот мальчишка даже не поймёт, что с ним случилось и почему он вдруг оказался в долгах по уши. Всего через месяц вступят в силу дополнительные пункты кредитного договора и тогда Орлову уже ничто не поможет.
— Доброе утро, молодой человек, — вдруг послышалось из соседнего кабинета. — Андрей Николаевич сейчас занят и никого не принимает. Подождите. Молодой человек!
Андрей резко обернулся к дверям и моментально натянул маску большого и очень недовольного начальника. Вот только эта маска моментально дала трещину, когда дверь распахнулась, будто от пинка, и с грохотом ударилась о стену.
На пороге стоял парень в том же самом наряде, который был на нём в прошлую встречу. Андрей даже успел подумать о том, что у барона Орлова всего один комплект одежды, что не удивительно для подобного выскочки. А потом взгляд банковского работника наконец поднялся к лицу посетителя и все мысли моментально куда-то исчезли. Потому что из глаз барона на Груздева смотрела сама смерть.
— Доброе утро, Андрей Николаевич, — произнёс гость и рванувшая ему наперерез Людмила замерла, будто наткнувшись на каменную стену. — У меня к вам серьёзный разговор.
— Люда… — произнёс Андрей, но продолжить не смог. Ощущение было такое, словно его кто-то схватил за горло и медленно душил. Груздев попытался повернуть голову, чтобы отвести взгляд, но глаза, как приклеенные смотрели на барона. — Кхе-кхе… Люда, оставь нас, пожалуйста.
— Но… — начала было девушка и тут же прервалась. Орлов повернулся к ней, вежливо улыбнулся и опытную секретаршу будто сдуло потоком ледяного ветра.
— Итак, Святослав Иванович… — воспользовавшись этой паузой, чтобы немного прийти в себя, попытался изобразить располагающую улыбку сотрудник банка. — Что привело вас ко мне в такой ранний час?
— Я хотел обсудить вопрос ваших махинаций, Андрей Николаевич, — демонстративно взглянув на часы, которые показывали четверть первого, ответил барон. Понятие «раннее утро» у них явно отличались. — И о ваших отношениях с великими родами в плане сохранения банковской тайны.
— О чём вы, ваше благородие? — изобразил удивление Груздев. — Все данные о ваших операциях и состоянии финансовых счетов хранятся в строжайшей тайне. Что же касается так называемых «махинаций»… Это очень серьёзное обвинение не только в мой адрес, но и в адрес всего Имперского банка. Я, разумеется, не буду говорить о встречном иске. Хорошо понимаю, что вам, в текущем положении, не с руки судиться с такой серьёзной структурой. Все мы иногда совершаем ошибки. Для этого…
— На каком основании были заблокированы счета моих людей? — без спроса усевшись в кресло напротив, жестко спросил барон. Он опустил на пол сумки, которые всё это время держал в руках и закинул ногу на ногу. Сумки были под стать их хозяину — грязные и потёртые, будто их нашли на свалке.
— Этот пункт предусмотрен в кредитном договоре, который заключён между вашим родом и моей организацией, господин барон, — любезно объяснил Андрей. Он чувствовал себя на своём поле, поэтому с каждой секундой восстанавливал потерянную в начале встречи уверенность. — Когда банк взял на себя ответственность за ваши долги перед родом Овчинниковых, никто другой вам бы помочь не сумел.
— Вы говорите о том договоре, которые я не видел и на котором не стоит моя личная подпись? — неожиданно уточнил барон и Груздев вдруг отчётливо услышал хруст тонкого льда под своими ногами.
— Банк имеет право… — начал было Андрей Николаевич, но увидел саркастическую улыбку на лице гостя и тут же попытался понять, где он мог ошибиться, но сходу этого сделать не сумел. Правда, Орлов охотно пришёл на помощь.
— Согласно пункту одиннадцатому, подпункту седьмому договора между банком и моим родом, банк имеет право подписывать кредитные продукты в одностороннем порядке только если на это получено одобрение главы рода, — слово в слово повторив текст договора, произнёс Святослав Иванович. — Я такого согласия не давал и в этом пункте написал полный отказ от такого рода услуг.
— Это решение не имеет обратной силы! — будто поставив точку в разговоре, ответил Андрей. Все его планы, все его надежды на будущее ощутимо пошатнулись. — Когда речь идёт о кредитных обязательствах выше двух миллионов рублей, банк имеет право принимать решения в одностороннем порядке.
— Глупо обсуждать документ, который я в глаза не видел, Андрей Николаевич, — удивительно спокойно ответил барон. — Это противоречит вашим же правилам. Дайте мне ознакомиться с договором и, возможно, я принесу вам свои извинения за клевету.
— Будет очень разумно с вашей стороны, господин барон, — ответил Андрей. Впервые за годы работы, у него не было никакого желания давать документы клиенту. Обычно, Груздев даже испытывал некоторое удовольствие наблюдая за тем, как люди игнорировали один важный пункт за другим и при этом делали вид, что в чём-то разбираются. А здесь… Здесь предсказать, как повернётся ситуация он не мог.
Тем не менее, хозяин кабинета поднялся из своего кресла и прошёл к шкафу с документами у окна. У себя он хранил только самые важные контракты и весь пакет документов барона Орлова был как раз из таких.
