— У Мудрого, — с умиротворяющим спокойствием отозвался господин Товий, — это же подношение.

— Но остальное на месте?

— Значит, ему понравилась только она, — жрец знаком велел убрать остальные подношения. — В последнее время Мудрый привередничает.

Майяри в очередной раз тихонечко приподнялась, но спящий лекарь опять зашевелился во сне и страдальчески застонал. Казар с вполне искренним беспокойством посмотрел на него и с лёгким укором — на Майяри. Стиснув зубы, девушка вновь плюхнулась в кресло. Она тоже переживала за господина Шидая, но сейчас подозревала, что имеет дело с двумя искусными лицедеями. Увы, доказать это она не могла, иначе бы уже бросилась на поиски Ранхаша. Но если больной господин Шидай увяжется за ней… А если с ним что-то случится, пока их не будет…

Томимая и раздираемая беспокойством с разных сторон, Майяри прожигала взглядом дверь и бдительно прислушивалась к силам, чьи щупы распустила на пятьсот саженей вокруг. Они улавливали дрожь от множества шагов, стуков колёс и копыт, но выделить из них знакомую, такую желанную поступь не могли.

— Спать бы шла, немочь, — в холл заглянула госпожа Пандар. — Не мучь мужиков и позволь уж мальчишке спокойно решить проблемы. А то разъерепенилась!

Майяри поджала губы и, не удержавшись, жалобно посмотрела на домоправительницу. Страх за Ранхаша мутил мысли. Её, конечно, поразило, как он разобрался с равнинными хаги, смог проникнуть в их дом, почти одержать победу и даже разрушить особняк. Но сумеречники — это уже другой уровень силы.

«В мире нет силы, кроме божественной, способной нам противостоять».

Уверенный голос деда добавлял сумятицы в голове. Майяри, правда, не верила его словам, но и в то, что Вотые будут той самой силой, способной противостоять сумеречникам, она тоже не шибко верила.

Действительно ли не приехал старейшина?

Когда она впервые почувствовала силы вновь прибывших и совершенно не скрывающихся хаги, то сразу опознала сумеречников. Их сила простиралась вглубь земли, в тёмные, страшные, но могучие недра. А у равнинников силы больше по поверхности стелились, но расходились весьма широко.

Сразу позабылись и школьная стена, на которой Майяри сидела и сверху проверяла, ровно ли наметили расположение новой секции, и нежданно приехавший Рехей, от которого они все, кроме Мадиша, и сбежали на стройку: брата-близнеца белобрысого друга опасалась даже Майяри. При рождении боги не стали заморачиваться и всё безрассудство отдали Мадишу, а вот чрезмерной рассудительностью наградили его брата. Рехей частенько заместо отца мылил шею Мадишу, а заодно и его друзьям. Майяри не трогал, но смотрел так, что чаще всего безгрешная в проделках парней девушка чувствовала себя главарём банды. В этот раз он, правда, явился по почти невинному поводу: до Санариша дошло письмо от ещё господина Аврезия, где тот уведомлял, что Мадиш становится личным учеником мастера Илиша и продолжит обучение на отделении артефактологии. Не избалованные хорошими новостями родственники Мадиша заволновались и отправили узнать, что произошло в школе, Рехея. А тот по пути ещё и поймал весть о волнениях в Жаанидые.

Он-то и занимал все мысли Майяри, пока она не почувствовала «гостей».

В одну секунду в голове промелькнули события не только текущего дня, но и нескольких прошедших. Страдающий от безделья господин Шидай, мечтающий хотя бы в сопровождении сына погулять по городу, пусть и по его делам… Немного напряжённый Ранхаш… Госпожа Пандар, неожиданно заявившая, что девушке её положения загорать не пристало, и заставившая её надеть лёгкий плащ с капюшоном… Пройдоха Казар, вдруг отказавшийся от прогулки… Боги, даже хайнес, запретивший ей появляться в дворцовой библиотеке!

Отпираться Казар не стал, и Майяри, немного обезумевшая от страха, едва не придушила его голыми руками. Хаггарес, не думавший, что госпожа попытается убить его таким примитивным способом, едва смог вырваться, и не без помощи добросердечной Лирки. А потом уже сам скрутил потерявшуюся от страха Майяри и отнёс её в Особняк с Елями.

Выломать Майяри успела только одно окно. Потом явилась госпожа Пандар с разделочной доской наперевес и ласково попросила немного пофантазировать и представить, как отреагируют сумеречники, если перед ними предстанет сама Майяри.

«Мальчишку подставишь и сама попадёшься!»

— Да что с ним будет? — не проявила сочувствие домоправительница. — Утекёт как вода. Да и поостерегутся мерзавцы в открытую лезть. Тут на них управа всяко найдётся.

— Вы их плохо знаете, — зашипела Майяри, впиваясь пальцами в подлокотники. — Тёмные, я же так раскрылась… всем себя показала…

Ну что ей стоило быть чуточку осторожнее?

Кто-то торопливо взбежал по ступенькам, и в следующий миг дверь распахнулась так стремительно, что шарахнулась о стену. Вбежавший Ранхаш остановил горящий взгляд на Майяри и — девушка даже не успела привстать и высказать своё возмущение — подскочил к ней и, сгребя в охапку, впился в губы поцелуем.

Майяри ахнула, от неожиданности пихнула мужчину в плечи, пытаясь отстраниться, а затем сама с жаром прижалась к жадным губам, которые до боли смяли её собственные губы, раздвигая их, и обвила шею харена руками. Страх и тревога выпорхнули из головы, и переставшая соображать Майяри попыталась повалить Ранхаша, позабыв, что они не одни и вообще-то находятся не в спальне.

— Я так понимаю, всё прошло хорошо?

На краткий миг девушке захотелось сделать что-нибудь с господином Шидаем. Ранхаш оторвался от неё, несмотря на сопротивление и жалобный всхлип, и уставился на отца шальными от возбуждения и радости глазами.

— Он вошёл в храм, — подтвердил харен. — Вошёл…

— Пандар, нам нужно вино! — бодрый, будто бы и вовсе не спавший Шидай сел на диванчик и радостно потёр руки.

— Поздравляю, госпожа! — широко улыбнулся Казар.

— А? — встрёпанная Майяри непонимающе посмотрела на него.

— Вы теперь свободная женщина.

— Ты о чём? О чём он, Ранхаш?

Вместо ответа Ранхаш ещё раз коротко, но крепко поцеловал её в губы.

— Что происходит? — опасения перед неизвестностью — сюрпризы Майяри не любила — пересилили возбуждение, и девушка настороженно осмотрела мужчин.

— У тебя больше нет мужа, — тихо-тихо прошептал Ранхаш.

Пару секунд девушка тупо смотрела на него, а затем, разъярённо зашипев, повернулась к Казару:

— В городе хаггаресы-сумеречники⁈ Ты! Гадёныш! Я плачу тебе за то, чтобы ты уши мне крутил⁈

— Вы платите мне, чтобы быть счастливой.

Ведь точно же, хаги и хаггаресы должны были собраться для переговоров. Викан говорил ей!

— Вы что натворили? — у Майяри пальцы похолодели. — Они же это так не оставят. Переговоры… Здесь самые-самые… Хрибный вас побери, они же отомстят! Надо было выждать, к чему так торопиться? Где вы его убили?

— Майяри, ты не вдова, — Шидай шкодливо улыбнулся. — Не вдова же?

Ранхаш отрицательно качнул головой.

— Ты теперь разведённая женщина!

— Фу, непотребство какое, — насмешливо прищурилась госпожа Пандар. — И кто тебя, брошенку, замуж теперь возьмёт?

— Как… — Майяри растерянно закрутила головой. — Вы меня обманываете! Не может быть всё так просто… Ты сказал, через два месяца! — она уставилась на Ранхаша.

Тот склонился к её лицу и едва уловимо улыбнулся.

— Не хотел, чтобы ты волновалась раньше времени.

— А то выкинула бы ещё что-нибудь, — добавил Шидай. — В панике разум тебя покидает.

— Вы мне врёте! — Майяри не могла поверить.

Она свободна? Быть не может! Не может всё так просто произойти. Нет! Ещё утром она с тоской думала, как плохо быть замужней женщиной, когда тебе страстно хочется соблазнить совсем не мужа. А сейчас… Слишком неожиданно! С запозданием до неё дошло, что в городе Агарес Изирш, и Майяри почувствовала головокружение.

— Мне это снится…

— Не забудь сказать спасибо дедушке Шереху за то, что муж дал тебе развод и ещё подумал, что это полностью его идея. Пандар, ну где вино? Да, и Казара не забудь поблагодарить.