— Мне? — неверяще переспросила Майяри. — Дракона? Мне?

— Вам, — спокойно подтвердил харен.

— Но… — девчонка растерянно, даже как-то стыдливо моргнула. — Я же… Не страшно?

— Страшно, — признался господин Ранхаш, — но ведь он вам нравится?

Майяри с силой закусила губу, ощущая, как заходится барабаном сердце в груди, и едва слышно призналась:

— Очень.

Дракон. Её собственный дракон. Наверное, должно быть стыдно и неприлично принимать такие дорогие подарки, но Майяри даже подумать не могла отказаться. Впервые за многие годы после казни брата ей подарили именно то, что она хотела. Всем сердцем хотела! И это несмотря на её побеги, несмотря на отвратительное поведение! Ей подарили дракона. Того самого, санаришского. Самого дружелюбного, самого красивого.

— Спасибо, — прошептала Майяри, утыкаясь лицом в чешуйчатую шею. — Обещаю, я больше не буду сбегать. Никогда…

— Вы даёте мне надежду, — харен улыбнулся, и девушка поспешила зажмуриться, чтобы не видеть ямочки, лишающие её силы воли. Иначе она точно не удержится и со слезами признается во всём.

А Ранхаш почему-то припомнил зелёного плюшевого дракона, живущего в спальне Майяри, и испытал лёгкое торжество. Его-то подарок живой.

Воздух сотряс возмущённый рёв, и Майяри, вскинувшись, увидел над дверью одного из денников голову обиженного ящера. У того была такая расстроенная и оскорблённая морда, что девушка почувствовала себя изменщицей. На её лице так ярко отразилась вина, что Ранхаш проследил за её взглядом и, подумав, сообщил:

— А это мой дракон. Надеюсь, вы больше не будете его обижать? Иначе я буду вынужден наказать вас за издевательство над слабыми.

На лице девушки отразилось радостное облегчение, и она поспешно замотала головой.

— Разбалуешь, — предрёк Шидай, воспользовавшись тем, что Майяри отвлеклась на свой подарок и с серьёзным видом полезла осматривать его крылья. — Его научили?

— Да, — Ранхаш качнул подбородком. — Меня как раз у входа дрессировщик поймал.

— Ну, внимание девочки ты весьма успешно отвлёк. Так что там с дворцом?

— Я же сказал.

— Ранхаш, я — наивная юная девочка? — лекарь насмешливо приподнял брови. — Я тебя ходить учил, и ты думаешь, я не знаю, как ты что-то исследуешь? Ты аккуратист, мой мальчик, и так изгваздать мог, только если исследование было… не очень спокойным. Или даже вынужденным?

— Весна, грязь. Я был не очень осторожен.

— От тебя болотом несёт, а не уличной грязью, замешанной на конском дерьме. Признайся, провокация удалась?

Ранхаш промолчал.

— Не удалась? — вновь предположил Шидай. — Упустил? И где?

— Во дворце.

Шидай вскинулся.

— Ты серьёзно? — шёпотом уточнил он. — Во дворце? Под самым носом у хайнеса?

— Потом, — Ранхаш прохладно посмотрел на него. — Нам нужно съездить к деду. Срочно.

Тут уж Шидай совсем изумился. Чтобы Ранхаш сам рвался в гости к Шереху? Не то чтобы между ними были плохие отношения, просто сын вообще ни с кем из семьи не стремился общаться.

— Но без Майяри. Должен прийти хайнес.

— На кого мы её оставим? Ты же отпустил Рладая, — напомнил Шидай.

Дверь в ангар с грохотом распахнулась, и внутрь, возмущённо вереща, влетел дракон. Ему навстречу, затейливо ругаясь, бросился смотритель, а из седла на пол скатился мужчина с длинной, почти до колен, серебристой косой.

— Да что с тобой случилось, скотина⁈ — разъярённо гаркнул перепуганный Викан. — Чем тебе загон не понравился⁈

Смотритель выглянул наружу и побагровел от гнева.

— Какая сука цацаку[4] бросила⁈

— Ой, Викан, прости! — прокричал кто-то с улицы. — Это наши собаки растащили недавние улики. Запах им не по нутру.

— Я щас вам… — смотритель, закатав рукава, бросился на улицу, и говоривший испуганно охнул.

— О! — усталый Викан обернулся и удивлённо посмотрел на брата и дядю.

За время отсутствия щёки его успели обрасти щетиной, и выглядел оборотень очень странно. То ли как женщина, приклеившая бороду, то ли как мужчина, нацепивший женский парик.

— Ты очень вовремя, — в кои-то веки одобрил его появление Ранхаш.

— Так, я ещё с драконьими кражами не разобрался, поэтому даже не пытайся что-то на меня спихнуть!

— Я хотел попросить тебя взять Майяри и отвести её к твоим родителям.

— К моим? — поразился Викан, и из денника выглянула не менее удивлённая девушка.

— Да, — спокойно подтвердил Ранхаш. — Мне хотелось бы, чтобы этот фарс с вашей помолвкой наконец-то завершился. Ты же вроде сам как-то просил разрешения забрать Майяри?

— Мне ехать к его родителям? — девушка малость испугалась.

— А вы хотите и дальше морочить им голову? — харен холодно посмотрел на неё.

— Но прямо сегодня…

— Завтра вам в школу и будет не до этого. Почему бы не сегодня?

— Как тебя прижало, — усмехнулся Викан. — Не бойся, Майяри. Отчитаемся перед старшими, избавим душу от греха, — прозвучало это слишком уж пафосно, — и отправимся развлекаться.

— Я тебе развлекусь, — Шидай нехорошо прищурился. — Чтоб вечером была дома!

— Но… — Майяри беспомощно посмотрела на лекаря.

— Я присмотрю за ним, — правильно понял её тот. — Давай, разберись хотя бы с этой проблемой.

И девушка сдалась.

— Отлично! — хлопнул в ладоши Викан. — Тогда я сейчас заскочу в сыск, и мы поедем в моё гнёздышко. Мама с папой будут рады видеть свою дочку, — нагло подмигнув невозмутимому брату, оборотень поспешил на выход.

— Майяри, поаккуратнее с ним, — попросил Шидай. — Будет лезть — не убивай до смерти.

Та мрачно просмотрела на него.

— Избавиться от меня хотите, ведь так?

— Что⁈ — лекарь с искренним возмущением взглянул на неё, а Ранхаш лишь слегка приподнял одну бровь.

— Я не дура, — Майяри прищурилась и сложила руки на груди.

— Ну хорошо, — прекратил притворяться Шидай и совершенно серьёзно спросил: — Выбирай: с нами к Шереху Вотому или с Виканом к его родителям?

К Шереху Вотому? Майяри зябко повела плечами. Не то чтобы она боялась прославленного патриарха рода Вотый, но… Как-то она не чувствовала себя готовой к встрече с ним. И торопливо пробормотала:

— С Виканом.

— Вот и отлично. Закрывай дракона, на постой он определён здесь, и пошли обратно.

Шидай первым направился на выход, а Ранхаш задержался, помогая девушке задвинуть тяжёлый засов.

— Ведь ничего не случилось? — совсем тихо спросила девчонка.

— Ничего страшного не произошло, — уверил её Ранхаш. — Просто есть над чем подумать.

— Так, может…

— Может, — жёлтые глаза спокойно посмотрели на неё, и мужчина начертил сапогом на усыпанном соломой полу извилистую линию с двумя веточками. — Знаете, что это? Я видел его в записях хайрена.

Майяри присмотрелась, старательно выуживая из памяти всё, что успела заучить.

— «Здесь», — девушка подняла голову. — Это означает «здесь».

— Вот как? — Ранхаш помедлил и затёр символ ногой.

— Говорить будешь сам! — решительно заявила Майяри, потирая нервно трясущиеся ладони. — Слушай, ты в самом деле им ничего не рассказал? Почему? Столько времени прошло!

Экипаж тронулся, и девушка заволновалась ещё сильнее.

— Ну а зачем? — Викан откинулся на спинку и с удовольствием растрепал коротко обрезанные волосы. Майяри невольно припомнила самые цветистые выражения дежурного, когда из камина в холле сыска потянуло жжёным волосом. — Вдруг всё бы изменилось, и ты действительно стала бы моей невестой?

— Это что ж должно было измениться? — прищурилась девушка. — Или я с ума сойти должна была?

— Мы же были такой прекрасной парой, — с укором протянул мужчина. — Между прочим, по городу ходит слух, что ты меня зачаровала. Я уже столько времени храню тебе верность…

— Приятно знать, что мои зелья отлично работают, — криво усмехнулась бывшая невеста. — Ещё не закончилось?

— Нет, я экономный. Да и с моим образом жизни в последние месяцы развлечься можно только с будущими висельниками, — Викан печально поморщился. — То дядя полечит, то дорогой брат отправит в путешествие по самым живописным лесам. Я уже начал засматриваться на женщин совершенно не в моём вкусе. В прошлую вылазку, когда мы выискивали в Чевыйском лесу поехавшего головой оборотня, убившего и изнасиловавшего шестерых женщин из Олѝшек, встретил наш отряд прелестную женщину. Тогда она мне показалась просто очаровательной, — оборотень закатил глаза. — Высокой, с широкими плечами, сильными руками… Такая полная здоровья и жизненной силы госпожа! На полголовы меня выше, а я люблю тоненьких, стройненьких, таких, как ты. Но как меня повлекло к ней! Аж дурно от желания было! Воистину, чем реже мы, мужчины, видим женщин, тем неприхотливее становимся в выборе. Эта баба, кстати, потом нашего насильника приволокла. Убила одним ударом, когда он вздумал к ней со спины подкрасться!