— Мои⁈ — Майяри так громко поразилась, что Мариш бросил на неё укоризненный взгляд. Поди пойми ещё, что именно ему не понравилось: либо то, что она оскорбила криком слух его госпожи, либо её несдержанность. Ведь девушкам благородного происхождения таким высоким тоном говорить не полагается. Но скорее всего ему не понравилось и то, и то.

— Ты у нас теперь важная особа, — Шидай, посмеиваясь, потрепал ошеломлённую девчонку по волосам. — Мы с Ранхашем предпочитаем путешествовать налегке, а его охране приходится ныкаться по укромным уголкам. Он, видишь ли, не любит, когда за ним следуют по пятам.

— Так я тоже не люблю!

— Но ты же не Ранхаш, — лекарь нагло ухмыльнулся.

— Что такое? — харен наконец-то отвлёкся от разговора с плечистым серьёзным мужиком (Майяри почему-то заподозрила, что тот является главой охраны госпожи Лоэзии) и вернулся к ним.

— Ей не нравится охрана, — наябедничал Шидай.

— Мы же обсуждали это, — Ранхаш приподнял брови и с холодным укором взглянул на Майяри. — И вроде бы договорились, что вы не имеете ничего против неё.

Та малость смутилась.

— Ранхаш, ты не понял, — Шидай так пакостно улыбнулся, что насторожился даже случайно взглянувший на него Мариш. — Они ей внешне не понравились. Не красавчики.

Ранхаш и Майяри с одинаковым удивлением посмотрели сперва на ухмыляющегося Шидая, потом смерили взглядами друг друга и уже после этого уставились на охранников, явно увидев их в новом свете.

— Очень даже ничего, — осмелилась опровергнуть заявление лекаря Майяри.

В глазах Шидая мелькнуло торжество, и он уставился на Ранхаша с лихорадочным ожиданием. Но тот его расстроил.

— Вот и прекрасно. Шидай, проводи её в трапезную. Пока обедаем, нам сменят лошадей. А я ненадолго отойду.

И, оставив досадливо скривившегося лекаря, направился к ярко вспыхнувшей Лоэзии. Майяри едва сдержала любопытный взгляд. Всё же харен, и жених… В её понимании это было нечто несовместимое. О чём они между собой говорили, слышно не было, но госпожа Лоэзия расцветала на глазах.

— Ладно, пошли, — не очень довольно протянул Шидай. — Они сейчас к нам подтянутся.

Харен, Мариш и юные оборотницы действительно присоединились к ним очень скоро. Расторопные прислужницы даже ещё не успели до конца накрыть стол. Черноволосая красавица надменно сморщила носик, увидев приготовленные блюда, и с ещё большим недовольством взглянула на столовые приборы. Интересно, она когда в Санариш ехала, так же себя вела? Майяри, расположившись рядом с господином Шидаем, без стеснения рассматривала девушку, когда-то покушавшуюся на её «жениха», и пришла к выводу, что та очень и очень красива, но малость испорчена высокородным воспитанием. А вот её рыжеволосая, слегка полноватая подруга была куда приятнее. По сторонам она посматривала с интересом, на накрытый стол — с одобрением, а на сидящих за другими столами охранников — со смущением и волнением.

Брюнетка замерла рядом со столом и окинула стулья таким растерянно-возмущённым взглядом, словно ни один из них не был достоин принять на своё сиденье её величественную особу. Её замешательство разрешила рыжая подруга, просто подпихнув ей под коленки стул.

— Садись, Диэна, у нас не так много времени. Поешь или просто посиди.

Диэна, не устояв, совсем неграциозно плюхнулась на стул и едва удержалась от вскрика.

— Благодарю, Элда, — сдержанно прошипела она.

Рыжая весело улыбнулась и села напротив господина Шидая, который тут же добродушно улыбнулся ей. Лицо Диэны слегка утратило свой смуглый цвет, когда она обнаружила напротив себя ласково улыбающуюся Майяри.

— Ох, Диэна, Элда, познакомьтесь, это госпожа Амайярида, — Лоэзия наконец-то опомнилась и оторвала взгляд от жениха, который только что помог ей избавиться от шубки и присесть. Судя по мрачному взгляду оставленного не у дел Мариша, поведение харена он не очень одобрял. — Я вам рассказывала о ней, помните?

— Да, что-то такое припоминаю, — холодновато ответила Диэна.

— Конечно! — куда искреннее выдохнула рыженькая. — Позвольте представиться, Элда Оздар. А это Диэна Дорый.

— Очень рада познакомиться, госпожа Элда, — вежливо отозвалась Майяри. — Можете обращаться ко мне госпожа Майяри.

— О, это значительно проще. У вас своеобразное имя, — рассмеялась девушка, чем ввела в смущение Лоэзию и в возмущение — Диэну. — Такое звучное!

— И известное, — мрачно добавила брюнетка.

За столом повисла тишина. Такая заинтересованная тишина. Испуганной выглядела только Лоэзия, которой выпад подруги пришёлся очень не по душе. И господин Ранхаш сперва нахмурился, но, посмотрев на невозмутимую Майяри, почему-то решил повременить и не вмешиваться.

— Да, в последнее время я знаменита, — спокойно согласилась Майяри. — Господин Шидай, передайте, пожалуйста, мне хлеб.

— О вас много говорят, — продолжила Диэна, изящно, двумя пальчиками поднимая со стола серебряную вилку. Похоже, хозяин достал приборы, специально припрятанные для высоких гостей.

— Правда? О, спасибо, — Майяри с благодарностью приняла хлеб. — И что же говорят? Просто вокруг меня витает столько слухов… Не все из них я слышала.

— Да разное говорят, — поспешила вмешаться Элда, испугавшись, что разговор приведёт к ссоре. — Порой противоречат друг другу.

— Например, что вы чем-то завлекли господина Викана, — тонко улыбнулась Диэна. — Прошу прощения, говорят даже, что вы его соблазнили. Такая чушь, но об этом болтают очень упорно.

— Ну чем-то, конечно же, завлекла, — не стала спорить Майяри. — Порой я спрашиваю Викана, что же он во мне нашёл, но он в ответ говорит столько прелестных глупостей, что остаётся только таять от нежности, — девушка тихо рассмеялась, словно бы вспоминая нелепые признания Викана и не замечая, как болезненно искривились губы Диэны. — Викан — истинный Вотый и если чего-то желает, то добивается этого всеми способами. Даже зная его репутацию, я не смогла устоять.

— Вот и мне показалось это такой глупостью, — с преувеличенным воодушевлением затараторила Элда. Майяри заподозрила, что она пнула свою подругу под столом: та болезненно поморщилась. — У господина Викана, простите, что упоминаю об этом, такая репутация… Мне кажется, он уже так искушён, что соблазнить его не просто.

— Госпожа, вы зрите в корень, — восхищённо протянул Шидай. — Сложнее всего соблазнить соблазнителей на свадьбу.

— Вот-вот! — обрадовалась его поддержке Элда. — Господин Викан же так долго избегал брачных сетей. Я слышала, он отверг очень много предложений. О, простите мой неуёмный язык! — теперь, похоже, пнули её.

— Но всё же немного странно, что вы, госпожа Майяри, проживали в доме харена, — голос госпожи Диэны звучал очень вежливо, невероятно вкрадчиво, но желание зацепить всё равно ощущалось.

— Диэна, я же тебе объяснила! — не сдержала возмущение Лоэзия. Мариш успокаивающе коснулся её плеча.

— Но, Лоэзия, люди же будут болтать, — печально возразила подруга.

— Не стоит принимать это так близко к сердцу, — Майяри тонко улыбнулась, и девушка напротив вдруг ощутила холодок. — Сплетни распускают глупые люди, которым нравится чесать языками. Они совершенно упускают из внимания, что дом, в котором я жила, принадлежит не харену, а его семье, и они жили там с Виканом вместе. Кроме того, у моего возлюбленного, — Диэна дёрнулась, — такая репутация, что никто не позволит мне жить в его доме до свадьбы. Хотя мне хотелось бы быть ближе к нему, но господин Шидай и господин Ранхаш считают это преждевременным.

— Не стоит так доверять Викану, — холодновато отозвался харен.

— Да, Майяри, — согласился с ним Шидай. — Если серьёзен — потерпит.

— Но слухи… — Диэна с жалостью взглянула на Лоэзию.

— Хоть мне повезло несколько больше вашего и я, рождённая среди простого народа, не скована высокородными приличиями и правилами, но всё же мне известно, что слухи и сплетни — удел людей глупых и низких. Высокородные господа не могут позволить себе запятнаться такой гадостью.