Майяри виновато опустила взгляд.

— Нужно проверить всех учеников господина Ахрелия и расспросить его старых знакомых, — решил Ранхаш.

— У него было очень много учеников. Он преподавал восемьдесят лет в жаанидыйской школе магии, брал на личное обучение и покровительствовал молодым талантам.

— Нужно разузнать обо всех и отобрать из них тех, кто имеет хоть какую-то связь с правящей семьёй. Кто-то знал о хранимых господином Ахрелием артефактах. Вряд ли он рассказывал об этом какому-то ненадёжному знакомому. Возможно, это был кто-то, в ком он видел следующего хранителя. Он не стал бы выбирать болтуна, способного выдать секрет в пьяном угаре. Значит, это должен быть кто-то, кто либо оставит это знание при себе, либо использует в своих целях, а в этом случае он вряд ли будет делиться информацией с посторонними, либо расскажет об этом кому-то, кого посчитает достойным этого знания.

— Почему ты решил, что он присматривал серьёзного и надёжного? — заинтересовался Шидай.

— Он выбрал Майяри.

— Ах, ну да, ну да… Значит, нам нужен список тех, с кем Ахрелий имел близкое знакомство, выделяем из них наиболее подходящих на роль будущего хранителя и тех, кто имеет связь с правящей семьёй. И список близких знакомств Райша Давыя. Посмотрим, в чём они пересекутся. И ещё список сильных магов.

— По поводу артефактов, — Ранхаш пристально посмотрел на отца. — Ты нашёл хранителя?

— О, ещё до побега Майяри, — лекарь улыбнулся. — К его выбору я подошёл не так предсказуемо, как господин Ахрелий.

— Надеюсь, он надёжный?

— Не очень, — не стал врать Шидай. — В пьяном угаре, может, и разболтает. Да не переживай. Сдохнет, но не отдаст. Так, по санаришскому делу с действиями определились. Теперь по заданию хайнеса. Да, кстати, Майяри, ты включена в следственную группу по расследованию убийства главного артефактчика хайнеса и попытки проникновения в его сокровищницу.

— Я⁈ — поразилась девушка. — Да чем я там буду заниматься?

— Мне нужен надёжный артефактчик, — ответил харен.

— У меня нет необходимого опыта! — категорично отмахнулась Майяри. — Я неплохо разбираюсь в артефактологии, но этих знаний недостаточно, чтобы заниматься делами такой важности.

— К группе приписаны опытный артефактчик и его ученик, вам нужно проверять, достоверна ли та информация, которую они нам предоставляют. И это не обсуждается. Как ваш начальник я могу дать вам любое задание.

Майяри стиснула зубы и не стала напоминать, что и в сыске-то работать не хотела.

— Нам нужно вычислить предателей во дворце и выйти на главных, — поставил задачу харен. — Есть предположение, что это наши санаришские знакомые, так как в сокровищницу пытались проникнуть после того, как туда переместили «наши» артефакты. Но это только предположение. Ворам могло понадобиться и что-то, что лежит в сокровищнице давно. Главный хранитель пока не может точно сказать, что всё на месте, ему нужно время, чтобы проверить. Поэтому начнём с убийства. Вероятно, это кто-то, кого господин Олеш хорошо знал и не ожидал удара. Иначе непонятно, почему он не уклонился. А судя по ране, удар нанесли… неумело. Или из неудобного положения.

— Понять бы ещё мотив… — потянул Шидай.

— Не убийство хайнеса? — удивилась Майяри.

— Это может быть целью, а вот мотив… Здесь сложнее. Если понимаешь мотив, можно выбрать тех, кому это нужно. Например, власть, месть лично хайнесу, месть всему правящему роду, ненависть к власть имеющим…

— Возможно, ко всей семье. Помните, в книге написано, что артефакт — убийца крови хайнеса? — напомнила Майяри.

— У меня был сегодня разговор с хайнесом, и он сказал, что это не совсем так, — ответил харен. — Сохранились записи допроса создателя артефакта. И он говорил, что смерть — это слишком легко. Самое страшное в пустоте.

— В пустоте? — озадачилась девушка. — Может, имеется в виду смерть зверя? У оборотней же бывает так, что зверь умирает раньше… э-э-эм-м-м… двуногого тела?

— Бывает, — подтвердил господин Шидай. — У меня едва так не случилось.

Ранхаш так взглянул на Майяри, что та сразу поняла: лучше не спрашивать.

— Но снежные совы относятся к тем немногим видам, которым это не грозит. В каком бы разладе ни были зверь и его разумная половина, сова не умрёт. И мне весьма сложно представить себе убийство совы без убийства двуногой ипостаси. Между ними сильная связь: умрёт один, умрёт и второй. Кстати, а взрыв на дне рождения тоже передают нам?

— Да.

— Так, убийство хайрени и детей хайнеса. Его самого в зале не было.

— Хайрена Узээриша тоже там не было, — заметила Майяри. — Он был в библиотеке. Туда взрыв бы не дошёл. Может, это он?

— Маловероятно, — сразу отверг идею господин Шидай. — Убийство детей. Мужчины снежные совы очень привязаны к детям одной с ними крови. И особенно к собственным детям или младшим сёстрам и братьям. Снежных сов мало, часто избранницами мужчин становятся не птицы, и заботу о птенцах на себя берут самцы. Поэтому привязанность к детям у них необыкновенная. И у детей к родителям. Далеко за примером ходить не надо. Мама хайрена Узээриша была слаба здоровьем, рождение сына подорвало его ещё больше, и она умерла, когда ему было всего четыре. И он всегда был рядом с отцом. Всегда и везде. И когда пятнадцать лет назад хайнес встретил свою вторую жену, хайрен невзлюбил её сразу же. Они с хайнеси никак не могли между собой поделить внимание хайнеса. Он ревновал отца к его жене. Но когда родились близнецы и объектов для внимание стало трое, они наконец пришли к примирению. Как видишь, хайрен очень привязан к отцу и брату с сестрой.

— И всё же мне не совсем понятно, — Майяри недовольно уставилась на дверь. — Вот вы говорите про необыкновенные чувства мужчин белых сов. Что они очень привязаны к своим детям. Если это так, то почему прежний хайнес выдал свою младшую дочь против её воли за хаги? Разве он мог так поступить со своим драгоценным ребёнком? Или я что-то не понимаю?

Господин Ранхаш и господин Шидай обменялись взглядами, и ответил лекарь:

— Видишь ли, он не мог этого сделать. В правящей семье очень редко вынуждают вступать в браки по расчёту. Редко и в исключительных случаях. Но хайнес сошёл с ума после смерти брата. Это стало трагедией для всей страны. Хайрена Игренаэша убили, и первым его тело обнаружил хайнес. Его брат-близнец. Представь, какая между ними была связь. Хайнес помешался и отказался верить в смерть брата. Увы, но его помешательство отразилось не только в этом.

— А кто убил хайрена?

— Это до сих пор неизвестно, — ответил харен. — Хайнес запретил проводить расследование смерти его «живого» брата. Кое-кто из верных сторонников пробовал по собственной инициативе заняться этим, но хайнес узнал, рассвирепел и вырезал их подчистую.

В кабинете повисло скорбное молчание словно бы в память об убитых.

— А потом стало только хуже, — Шидай поморщился. — До сих пор последствия аукаются.

— Так запутанно всё… — Майяри была искренне растерянна.

— И зачинщики очень осторожны, — харен недовольно нахмурился. — Один укус и сразу в тень. Ни одного шевеления. Почти месяц назад покушение на детей хайнеса, менее недели назад попытка проникновения в сокровищницу, сегодня покушение на вас. И во всех случаях непонятно, кого хватать.

— Раззадорить бы их, — задумчиво протянул Шидай. — Только чем?

— Может, откровенным расследованием?

Мужчины непонимающе посмотрели на Майяри. Та сама была удивлена, что предложила такое.

— Чтобы об этом расследовании говорили все, — пояснила она, — и чтобы у зачинщиков сложилось впечатление, что мы действительно что-то нашли. Если они зашли так далеко и так смелы, то они постараются расправиться с нами. А нам же нужно столкнуться с ними, верно?

— Ловля на живца? Мне не нравится, — отверг господин Шидай.

— Мне тоже, — поддержал его харен.

Майяри сразу поняла, что именно им не понравилось.

— Да какая разница, что я сама на рожон полезу или что они ещё раз попытаются меня убить? — вспылила девушка.