— Майяри, стой! — заорала она, сигая через спинку.
Девушка ненадолго остановилась, узрела ликующие лица друзей, явно горящих желанием задать ей пару вопросов о харене, и так припустила к библиотеке, что не ожидавшая охрана возмущённо охнула. Увы, сбежать не удалось. Из-за поворота неспешно вышел высокий мужчина в белом с песцовой оторочкой плаще, и Майяри сшибла его с ног. Прямо в хрустящую ледком весеннюю грязь. От ужаса у неё даже крик в горле застрял: великолепный, сияющий белизной плащ стремительно налился серо-коричневыми пятнами.
— О боги! — ошеломлённо выдохнула девушка. — Простите меня, господин. Я…
Подоспевшая охрана под мышки подняла её и помогла встать мужчине. Тот скорбно, но уже как-то привычно осмотрел испорченную одежду и перевёл взгляд на потрясённую ученицу.
— Ой, мастер! — Род резко остановилась и запустила пальцы в волосы. — Майяри, ну ты даёшь…
— Майяри? — повторил мастер.
Девушка съёжилась под взглядом пронзительно синих глаз. Мужчину она не знала, видела только как-то издали. Заметный больно, всегда в белом, с длинной светло-русой косой. Но заподозрила, что этот преподаватель из тех, кто жаждет её увидеть, но никак случай не выпадает.
— Как удачно, — мастер прищурился. — Позвольте представиться, мастер Жейш. Моё имя вам о чём-то говорит?
— М-м-м… — Майяри украдкой посмотрела на Род, но та почему-то развернулась и заспешила к учебному корпусу.
— У вас сейчас занятия со мной. Углубленное изучение лекарского мастерства.
— О, мастер, прошу прощения, — девушка поклонилась, — но мне сейчас очень нужно в библиотеку, и я…
Мастер холодно посмотрел на Редия и Ашия и молча указал на их подопечную, а потом на учебный корпус. Те подхватили госпожу под мышки и покладисто потащили её в указанную сторону.
— Эй, стойте! Мне не туда нужно!
Через несколько минут злая Майяри сидела в кабинете между Редием и Ашием и мрачно слушала смешки одноклассников.
— Наконец-то мы все в сборе, — мастер Жейш с чувством полного удовлетворения расположился в кресле. — Кто-нибудь поделитесь с госпожой Майяри книгой.
Род и Лирка, сидящие впереди, одновременно повернулись.
— Вот, одного на троих хватит? — Род положила перед подругой книгу и ехидно посмотрела на охранников.
— А мы по очереди, — подмигнул ей Редий.
Майяри разозлёно фыркнула, раскрыла книгу и тупо уставилась в содержание «Лекарских печатей».
Экипаж остановился на углу Птичьей улицы, и внутрь запрыгнул Рладай. Ранхаш выглянул в окно, коротко осмотрелся, и лошади опять зацокали копытами.
— Ранхаш, напомни мне, пожалуйста, почему нужно терпеть Идрая?
Всю дорогу от сыска Шидай молчал и мрачно щурился.
— Он отличный сыскарь, имеет большой опыт и славится своей въедливостью, — послушно перечислил Ранхаш. — Возможно, он действительно подходит на место главы сыска больше меня.
— Нет, не подходит, — уверенно заявил лекарь. — С его несдержанностью ему нужно пообщаться с лекарем душ.
Милую беседу в кабинете харена, наверное, слышали все сыскари.
— И тебе с твоей сдержанностью!
— Вот видишь, мы прекрасно друг друга дополняем, — невозмутимо заметил сын.
Но внутри всё же свербело раздражение. Ранхаш толком не спал последние ночи, все мысли занимали расследование и Майяри, а душу и сердце рвала влюблённость, требующая бросить всё, схватить Майяри и уехать куда-нибудь подальше наслаждаться счастьем, а не ревностью и страхом. Хотелось спать, но ещё нужно было встретить и сопроводить «подарок» хайнеса в сыск.
— Что-то разузнал? — поинтересовался он у Рладая.
— Мало, — оборотень недовольно качнул головой. — Слуги сарена молчат, шарахаются от всех и выглядят очень испуганными. Поспрашивал по соседям, те сказали, что больше недели назад в доме Бодых что-то взорвалось, вынесло часть стены на втором этаже в кабинете сарена. Сейчас в доме вообще нет охраны, все что-то ищут. Видел сарена, выглядит плохо. Пожелтел весь, осунулся. Похоже, плохо спит, — помолчав, Рладай добавил: — Мариша тоже нет.
Ранхаш ощутил смутное беспокойство за госпожу Лоэзию. Всё же она была его невестой и прекрасно ладила с Майяри. Майяри расстроится, если с ней что-то случится.
— А госпожа Лоэзия?
— Не выходит. Слуги утверждают, что у неё застудная болезнь.
— А что со второй стороны?
— К вольным подобраться не успел, — с сожалением признался Рладай. — Меня, как и вас, хорошо знают. Пока подбираю ключи, но что-то мне кажется, что вольные действуют в угоду сарену. Они с его оборотнями не конфликтуют. Поймал слух, что господина Триия так прижало, что он и к Тёмным духам за помощью пойдёт.
— А к Вотым не пошёл? — Ранхаш перевёл взгляд на Шидая.
— А мне откуда знать? — растерялся тот. — По крайней мере никто и ничего не писал. Вечером отправлю письма Шереху и Хешу. Что же такое Триий потерял, что теперь спать боится? Может, Мариш учудил? Мне всегда казалось, что рано или поздно он что-то такое провернё…
Шидай резко умолк и настороженно замер. Ранхаш подался вперёд и напряг слух. Не было ни странных звуков, ни каких-то особенных запахов, но звери внутри отчего-то вскинулись и обеспокоенно заворчали. Секунда, Ранхаш и Шидай столкнулись взглядами, а затем лекарь долбанул локтем в стенку экипажа, и мужчины, все трое, выкатились на мостовую. Кучер вспрыгнул с козел чуть позже, волна взрыва подхватила его в воздухе и швырнула в стену. Грохот сотряс улицу, задребезжали стёкла, испуганно заржали лошади, вверх вскинулось пламя, ржание стало ещё более отчаянным. Хрясь! Оглобли выломались, и лошади помчались прочь по улице.
Ранхаш перекатился с бока на колени, но встать сразу не смог: левая нога после удара о мостовую онемела и подвела. Подоспевшие Шидай и Рладай закрыли его с двух сторон и осмотрелись. Из проулков на улицу высыпались охранники харена, захлопали двери домов, послышались испуганные голоса.
Шидай присмотрелся к огню, пляшущему в окнах экипажа, и решительно шагнул прямо в пламя. Оно обтекло его ореолом и короной вспыхнуло на голове. Рладай мгновенно смекнул, что огонь ненастоящий, и знаками отправил подчинённых прочёсывать улицы.
Ранхаш наконец поднялся и, прихрамывая, шагнул к лекарю.
— Тифрити, — Шидай носком сапога подковырнул один из замаскированных под мостовую шаров. — Запечатлели на них горящую карету, а потом активировали, когда мы на них наехали.
Ранхаш и сам увидел между языками огня каменную кладку, узором не совпадающую с остальной кладкой. Лекарь опустился на корточки и, как занавесь, отодвинул в сторону бушующее пламя.
— Небольшая взрывная печать, чтоб тряхнуло, но не убило. И к чему это?
Распрямившись, Шидай подошёл вплотную к сыну и, стараясь не шевелить губами, спросил:
— На провокацию отреагировали?
— Не думаю. Убить не хотели, похитить не смогли бы. Не успели бы вытащить из экипажа до появления охраны.
— Значит, отвлечь. И ради чего?
Отвечать не требовалось.
Они ехали за артефактом, разнёсшим самую нелюбимую Шерехом Вотым часть дворца хайнеса. Не за Майяри, которая сидела в школе под охраной лучших телохранителей семьи Вотый и присмотром выдающихся мастеров-друзей семьи.
— Ты всё-таки уверен, что это была хорошая идея? — Шидай с сомнением приподнял брови.
— Почти, — не стал лукавить сын.
В памяти всплыл разговор часовой давности.
Дверь резко распахнулась, и внутрь вошёл красный от гнева господин Идрай. Совершенно не обращая внимания на сидящего на подоконнике лекаря, начальник городского сыскного отдела шагнул к столу харена и, опёршись на него, едва сдерживаясь, зарычал:
— Молодой господин, видимо, считает, что ему позволительно покидать пост почти на месяц, пока остальные работают. Так, может, вы уступите место тому, кто действительно хочет работать?
Харен встретил его холодным и равнодушным взглядом, и это распалило оборотня ещё сильнее.
— Жопа ты Вотовская! Присел на место, в работе которого ни хрена не смыслишь! Вместо того чтобы делом заниматься, заставил всех какие-то бумажки писать и смылся со своей вертихвосткой.
