И она вчиталась.
«Послание хайнесу. Или ты отдаёшь своего младшего сына, или все в школе сгорят заживо. Принеси жертву во имя народа на могиле отца».
Сперва Майяри даже не поняла, что прочитала, и перечитала написанное ещё раз. Что это? Глупость какая-то. Пошутить, что ли, кто вздумал? Опасная такая шутка. За подобный юмор хайнес все кости из тела шутника выщипает. А может, это набросок к байке? Ну есть же сказители, которые ходят по площадям и тавернам. Выпала бумажка из кармана, а хозяйственная Ришка её подобрала.
Мысль, что написанное правда, в Майяриной голове даже не зародилась. Спалить школу! Ладно один-два корпуса, но всю или, как написано, всех вообще уж невероятно. Там сотни глаз, куча выдающихся магов и прорва любопытных недоучек. Если что и успеет сгореть, так только скамейка в парке!
Но сосущее беспокойство всё же появилось, и Майяри захотелось в школу. Так, просто убедиться, что её гениальные друзья успешно отвлечены состязаниями и неприятности найти не успели.
Когда над её плечом протянулась мощная рука и вырвала из пальцев странную записку, Майяри вздрогнула от неожиданности и настороженно посмотрела на госпожу Пандар.
И столкнулась с мрачным взглядом.
Смяв злополучную бумажку, домоправительница метко зашвырнула её в зев печи и, подхватив Майяри под мышки, куда-то понесла. Не успела девушка опомниться, возмутиться, в конце концов, как её запихнули в тёмное тесное помещение к метлам и вёдрам и, веско сказав:
— Посиди пока здесь, — заперли дверь.
На ключ.
В первые мгновения в голове было пусто. Майяри не моргая вглядывалась в темноту перед собой, чувствуя, как кожу покрывают мурашки, а в груди медленно скручивается холод. Перед глазами опять промелькнул текст записки, языки пламени, нетерпеливо пожирающие бумагу, мрачный сочувствующий взгляд госпожи Пандар и… опять текст записки.
В голове взорвалось.
Это правда!
Дверь распахнулась, безжалостно выламывая язычок замка, и обернувшаяся домоправительница столкнулась с тяжёлым взглядом Майяри.
— Это ненадолго, — тихо пообещала девушка и, перешагнув через порог, отступила в сторону.
Женщина возмущённо выпучила глаза, почувствовав, как её обвивают невидимые путы, и яростно замычала, но Майяри безжалостно запихнула её к мётлам и вежливо прикрыла дверь.
— Вы станете свободны, когда я уйду.
И направилась в холл.
Ей нужно самой убедиться, что всё хорошо. Ей нужно увидеть это своими глазами. Ведь… ноздри яростно раздулись… здесь ей все врут!
Натянув сапоги, Майяри всунула руки в рукава плаща и, сдёрнув с вешалки шарф, развернулась к выходу, но путь оказался преграждён. Перед дверью стояли Редий и Аший и смотрели на неё: первый — с улыбкой, а второй — с осуждением.
— Госпожа, вы же не обидите нас? — Редий состроил умоляющий взгляд. — Если вы выйдете, то господин нас убьёт. Вы же нас любите и пожалеете? Ведь пожалеете?
Майяри решительно затянула шарф и с сочувствием покачала головой.
— Не в этот раз…
Редий и Аший рассудили, что лучше сходить с госпожой за неприятностями, чем ждать её дома впаянными в стену. Впрочем, их присутствие и присутствие ещё десятка оборотней было очень на руку. Улицы города были непривычно оживлёнными. Непривычно потому, что оживление это было какое-то неприятное, тревожное, а ближе к центру города и к школе оно и вовсе становилось агрессивным. Повезло ещё, что они пошли пешком: экипаж забрал харен, — а то им пришлось стать свидетелями того, как на богатые кареты нападают прохожие.
Уговорить упрямую госпожу вернуться назад не удалось, и оборотни повели её к школе проулками и через заборы. Но Майяри всё же успела мельком увидеть потасовки на больших улицах и обеспокоиться ещё больше. Что происходит?
Когда из-за домов наконец показался красноватый купол, Майяри даже остолбенела от неожиданности, а затем лихорадочно обратилась к своим силам, не понимая, как не почувствовала этого ранее. Но магия купола не ощущалась ею и теперь. Она понимала, интуитивно понимала, что перед ней нечто магическое, но не чувствовала магию.
— Ух, вот это дрянь… — выдохнул Редий.
Пробиться к стенам школы было совершенно невозможно. В двадцати саженях от красного барьера начиналась цепь из стражи и военных, за спинами которых нервно суетились маги, а на груди напирал взбешённый народ.
— Что это? — Майяри требовательно посмотрела на более болтливого Редия, но оборотень пожал плечами.
— Я знаю то же, что и вы.
Мелькнула сперва мысль, что мастер Дагрен перестарался с защитой, но вряд ли это стало бы причиной такого переполоха. Майяри никогда не видела мятежей, о городских восстаниях только слышала и читала, но происходящее напоминало именно восстание.
— Мы не пройдём, возвращаемся, — распорядился Аший.
— Мы никуда не вернёмся! — сквозь зубы процедила Майяри.
— Госпожа…
— За мной!
Раздались крики, толпа смялась и через неё пролегла тропа, на которую решительно ступила Майяри, а за ней и раздосадованная охрана.
Путь ей попытался заступить стражник:
— Сюда нельзя!
Но его безжалостно вытеснило внутрь кольца, и девушка прошла. Охрана проскользнула следом и закрыла собой образовавшуюся брешь.
— Ты ещё кто⁈ — на Майяри тут же окрысился высокий худой господин с растрепанными волосами.
— Пошёл прочь! — разъярённо зашипела девушка.
— Уберите эту драную козу отсюда!!! — потребовал мужчина.
— Господин Риэзий, не злитесь! — закричал из-за барьера директор, и Майяри обрадованно посмотрела на него через проём ворот. — Это наша ученица! Майяри, нам очень нужны твои особые способности!
— Что сделать? — с готовностью отозвалась та, шагнув вперёд, но тут же невольно отшатнулась, ощутив сильнейший жар. На лбу выступил пот, и она поняла, как именно должны сгореть «все в школе».
— Какие ещё особые способности⁈ — ярился господин Риэзий. — Вы сдурели! У нас нет времени нянькаться с вашими ученицами!
— Майяри, это главный маг городской стражи, господин Риэзий. Господин Риэзий, это Майяри.
— Очень приятно! — рявкнула девушка, считающая представление в таких условиях совершенно неуместным.
— Майяри, нам нужно понять, что творится под школой! — заорал директор. — Эта штука появилась неожиданно, мы совершенно не представляем, как она работает, но, кажется, нас хотят зажарить! Взгляни, что там!
— Вы с ума сошли⁈ Как она…
— Я хаги! — Майяри взбешённо сверкнула глазами на главного мага. — Я смогу!
Тот на мгновение обомлел, а потом зашипел:
— Ты либо глупая, либо излишне смелая, раз так открыто признаёшься!
— Я просто злая и сильная! — огрызнулась девушка, и Редий встал перед ней и примиряюще улыбнулся главному магу.
Но Майяри уже отвернулась и обратилась к своим силам. В голове мелькнула и исчезла мысль, что нужно быть осторожной, что нельзя слишком сильно открываться и показывать свою настоящую силу. Мелькнула и исчезла. И девушка нырнула сознанием вслед за щупальцами силы под землю.
И обомлела.
Она словно увидела перевёрнутое вверх корнями дерево. Глубоко внизу каплей пульсировал «ствол», а от него вверх расползались многочисленные «корни», врастающие в огромное «блюдо», накрытое крышкой-куполом, и на этом «блюде» грелась вся школа. Теперь Майяри поняла, почему не почувствовала магию. Вся магия уходила под барьер, внутрь него, и ни единой капли не просачивалось наружу.
Её губы беззвучно шевельнулись.
— Как… как это…
Как это возможно в таком мире, как их? В мире, столь жадном на магию. На обычную магию, истоки которой крылись не в земле, как силы хаги, не в силах самого мира, как способности хаггаресов, а в обычных смертных телах. Как? Кто смог сотворить подобное? У кого хватило сил?
— Подождите…
Майяри опять нырнула под землю, не веря увиденному.
Откуда такое невероятное количество магии?
Девушка ошеломлённо посмотрела на главного мага, и тот, закусив губу, отвернулся. Будто бы уже знал, что она увидела, но не хотел озвучивать, чтобы не терять надежду.
