Друзья, конечно, друзья. Разве друзья поступают как-то иначе? Естественно, первым делом бегут и сплетничают… своему дяде!

Видят боги, обсуждай Инесса эту тему с Мэйв, Эль бы просто махнула рукой. Но Вэйд! Черт возьми, она не могла представить и в бреду, как пошла бы к дядюшке Рикхарду, чтобы поболтать о том, кто с кем спит.

— Я хочу, чтобы мы обсудили это и помирились, — продолжала светлая. — Я очень расстроилась утром, но потом подумала и полагаю, что смогу это пережить.

Разрешила, смотрите-ка.

— Нечего обсуждать, — отрезал Грег.

— Нет, есть, — не унималась эта безумная. — Я хочу все прояснить здесь и сейчас. — О боги… — Проблема в то, что я сказала Андеру, что мы с тобой, Грегори, жених и невеста, и как теперь…

Тэйт в этот момент собирался сделать глоток кофе, но так и не донес чашку до рта — резко поставил на стол, отчего черная жидкость качнулась, и несколько капель выплеснулись на скатерть.

— Что ты сказала?

Инесса от этого убийственного тона даже подалась назад, не иначе как влипнув лопатками в спинку стула.

— Я… сказала Андеру…

— Ферду, — вопросительной интонации не прозвучало, но, если бы голосом можно было убить, Лоуфорд уже валялась бы под столом.

— Ну да, ему, — тем не менее ответила Инни, правда, заметно побледнев.

Судя по виду Тэйта, убивать в этот момент он был готов уже не только голосом.

Однако смертоубийства не последовало: Грег вдруг отложил вилку и накрыл лицо ладонями; его плечи вздрогнули.

— Я-то думаю, какого черта Ферд читает мне лекции о морали, — простонал он сквозь смех. — А он… хочет отбить у меня «невесту».

Эль не сдержалась и тоже прыснула.

Инесса надула губы, переводя обиженный взгляд с одного на другую.

— Ну и ладно, — решила наконец. — Скажу ему, что мы расстались.

— Уж сделай милость, — огрызнулся Грегори, отсмеявшись, и снова взялся за вилку.

Элинор выдохнула с облегчением. Ну, все? Конфликт исчерпан? Лоуфорд решила переключиться на Ферда, Ферд заинтересован в Лоуфорд, Вэйд после утренней беседы вряд ли еще раз поднимет эту тему, Мэйв не похожа на сплетницу…

Инни тоже улыбнулась, довольная, что все наконец разрешилось миром. После чего легко вспорхнула со своего стула и пошла к другому столу заваривать себе чай.

Идиллия?

Как бы не так.

— Грег, а ты уже рассказывал Эль, что тебя сюда отправил сам лорд Викандер? — как бы невзначай поинтересовалась Лоуфорд.

На этот раз Элинор не успела дожевать, и кусок встал поперек горла.

— При чем тут сейчас Викандер? — не понял Тэйт.

А Эль, кажется, поняла. И ей стало дурно.

Вэйд не мог… Не мог же?

— Ну, как при чем? Избавился от тебя, вышвырнул, как щенка, за шкирку…

Грегори не выдержал, отбросил от себя вилку, и та гулко звякнула, столкнувшись с краем тарелки.

— Я что, по-твоему, должен рассказывать каждому черному, что терпеть не могу их самого главного?

Элинор тяжело сглотнула.

— Терпеть не можешь? — зачем-то переспросила, онемевшими губами.

Тэйт обжег ее взглядом.

— А за что мне его любить? — ответил раздраженно. — Тебя-то это каким боком касается?

— И правда. Каким боком? — пропела Инесса, едва ли не пританцовывая с чайничком в руках.

Эль захотелось зажмуриться.

Она знает, знает, чтоб ее. Знает…

Знает и опять собирается шантажировать?

На миг глаза застелила красная пелена. Элинор будто воочию увидела, как медленно поднимается со своего места, шагает к соседке… а потом хватает ее за волосы и впечатывает лицом в столешницу!

Вдох-выдох, спокойно…

— Никаким… боком, — выдавила из себя Эль и действительно медленно поднялась из-за стола. — Грег, извини, мы на минутку.

Непохоже, чтобы Тэйт что-либо понял, но пожал плечом, мол, да ради бога.

И Элинор, шагнув к Инни… нет, не влепила ее голову в стол, а прихватила под локоть и практически силой поволокла за собой к двери.

— А как же мой чай? — успела пискнуть Лоуфорд, невинно заморгав вновь под вечер подкрашенными ресницами. В ответ на это Эль зыркнула на нее так, что светлая покладисто потупилась и перестала упираться. — Ладно, потом попью…

Конечно потом. Потому что сейчас Элинор очень хотелось засунуть ей этот чай в глотку вместе с чашкой.

— Да пусти же… ты… меня, — пропыхтела Инесса, силясь высвободить локоть, едва Элинор втолкнула ее в свою комнату и заперла дверь.

— Не больно-то и хотелось, — огрызнулась Эль, разжав хватку и демонстративно отряхнув ладони, будто прикоснулась к чему-то мерзкому.

Светлая, широко распахнув глаза, попятилась от нее, усиленно делая вид, что не понимает, за что на нее взъелись.

— Что случилось? Я чем-то тебя обидела? — Губки сложились в растерянный бантик, а ресницы захлопали — мырг, мырг.

Желание ударить соседку стало почти нестерпимым.

— Это дядя тебе рассказал, кто я такая? — задала Элинор вопрос в лоб.

И снова — мырг, мырг.

— Ты… — проблеяла Лоуфорд, на всякий случай увеличив между ними расстояние еще немного. — Ты — Эллена Кардинес, темный маг из…

Боги, дайте ей сил.

Эль тяжело выдохнула и, уперев руки в бока, запрокинула лицо к потолку.

Вдох-выдох. Не убивать. Дышать. Все выяснить.

Спокойно…

— Значит так, — решила Элинор, вновь посмотрев на «ничего не понимающую» светлую. — Если ты прямо сейчас мне все не рассказываешь, я иду туда, — указала подбородком на стол за спиной Инессы, — беру перо и бумагу и пишу. Угадай кому?

Ответом ей был еще один «мырг».

Ладно, как знает. Если она думает, что Эль блефует, то сильно ошибается.

«Никогда не угрожай тем, чего не сделаешь», — всегда учил отец. И она не собиралась идти на попятный.

Молча обойдя соседку, Элинор и правда подошла к столу, вытащила перо из подставки и положила перед собой чистый лист.

«Папа, привет. Вынуждена сообщить, что Д. Вэйд, которому ты доверил руководство Гильдией магов в Приме»… — написала размашисто. Дальше не успела — подошедшая ближе и заглянувшая ей через плечо Инесса нервно выхватила листок и смяла в кулаке.

— Не надо!

Вот, значит, как мы заговорили. Дошло наконец.

— Еще раз, — холодно приказала Эль. — Откуда ты знаешь, кто я такая? Твой дядя поделился с тобой тем, о чем никто не должен был узнать?

Это же немыслимо. Это преступление, если угодно. Лорд Викандер — правая рука короля во всем, что касается магии. А через нее, Элинор, его можно шантажировать, попытаться влиять на его решения, что уже на грани измены короне.

Видят боги, Эль была о Вэйде более высокого мнения. Даже если она в своем возрасте понимала такие очевидные вещи, то человек вдвое старше нее, да еще и занимающий столь высокую должность, не может не оценить риски своей словесной несдержанности.

Инни, все еще медля, покусала губу.

— Дядя? — Элинор уже в прямом смысле рычала, и ей было плевать, как это выглядит со стороны.

— Да нет же! — всхлипнула, испугавшись, соседка и на всякий случай отбежала на другой конец комнаты. — Я… я сама…

Убежала? Как бы не так. Эль негордая, может и подойти.

— Что «сама»? — Сделала шаг навстречу.

— Сама. Сама, ясно?! — кажется, и правда не на шутку струхнув, уже чуть не взвыла светлая. — Прочла дядину переписку, понятно?! — выкрикнула еще громче, да еще и выставила перед собой руки, будто всерьез собиралась обороняться.

Элинор остановилась.

— Вэйд не уничтожает переписку сразу же? — Не поверила, нахмурилась.

— В тот раз не успел, — буркнула Инни, теперь старательно изучая носки своих туфель. — Ему пришло письмо, когда я была у него, а он поливал цветок, а я…

— Схватила его деловую переписку раньше, чем он?

Уму непостижимо. Эль на мгновение представила, как перехватывает и вскрывает письма отца, и ей сделалось дурно. Да никогда в жизни ей не пришло бы в голову ничего подобного, даже в детстве.

— Не схватила, — пробормотала Лоуфорд. — Взглянула. Одним глазком.