Яшка подумал, что обязательно нужно будет вернуться на Хан эль-Халили. Найти Фарука, расспросить… Отчётливо он вспомнил фигуру в светлых одеждах среди стрельчатых арок и резных цветных шаров светильников базара. Прекрасное лицо, красно-рыжие змейки волос… Теперь царевна уже не внушала ему страха, и он начинал постигать историю, которую она хотела поведать. Понемногу нащупывать истину в темноте минувших эпох – совсем как когда-то эту истину нащупывали сами Таа-Нефертари и Анх-Джесер…

«Я уж постараюсь не подвести тебя, всё исправить. Пусть ты и не выбрала бы меня при других обстоятельствах». – Он мрачно усмехнулся.

– Эй, ты меня вообще слушаешь? – возмутился Борька. – Уплыл куда-то. Взгляд вон какой жуткий стал, пустой.

– Задумался просто, извини… Так, значит, пёс помог вам меня раскопать.

– Пёс вывел нас к одному презанятному месту раскопок. Там копает экспедиция Салимы Икрам[114]. Ну, даже ты слышал о ней наверняка, передачи на Ютубе смотрел, может.

– Не такой уж я и дремучий, особенно с другом как ты. Она же известная, как Захи Хавасс[115], да?

– Ну, Захи – это живая легенда, – протянул Борька. – Но да, госпожа Икрам тоже весьма яркая звезда на нашем египтологическом небосклоне. Так вот, она ведёт раскопки на одном прелюбопытнейшем участке. Там копали ещё в девятнадцатом веке, а теперь вот вроде обнаружилось что-то интересное… мастерские по изготовлению мумий, если не ошибаюсь. Но это неточно… Да и что уж, Саккара похожа на гигантский подземный улей – куча сот. Куда ни посмотри – гробницы и катакомбы. Вот куда тебя занесло, Яш. А глубина этих шахт кое-где достигает тридцати метров, между прочим.

– М-да… падения на тридцать метров я бы уж точно не пережил. Послушай… а ведь где-то там и находится потерянное сокровище Карнаганов, я уверен. Гробница царевны, откуда родом вся их коллекция.

– Если гробница там и есть, она засыпана песками, и раскапывать её не один месяц. Мы нашли тебя в обрушившейся шахте – к счастью, не самой глубокой.

– Там не было никаких проходов? – удивился Войник. Он ведь помнил эти коридоры, ведущие куда-то вглубь… целую разветвлённую сеть неведомых ходов…

Если только всё, что происходило с ним там, происходило в этой реальности. Борька покачал головой.

– Я бы и сам был совсем не прочь обнаружить гробницу царевны Карнаганов, но в наше время это почти что миф. Проекты госпожи Икрам и доктора Хавасса более реалистичны. Да и реставрация пирамиды Джосера вот-вот закончится – тоже будет на что посмотреть. Кстати, ты знаешь, что Захи Хавасс всерьёз намеревается найти гробницу легендарного Имхотепа?

Якоб рассеянно кивнул. Зодчий Имхотеп, впоследствии обожествлённый. Джосер Нетчерихет… Было что-то важное, о чём он хотел расспросить Борьку, чтобы понять, сложить недостающие фрагменты истории.

– Ты рассказывал мне о Джосере. О хеб-седном дворе… и Ясмина тоже рассказывала об этих древних праздниках восстановления силы фараонов или что-то в таком духе.

«Владыка Обеих Земель – это ведь не просто титул. Защитник и хранитель народа, неразрывно связанный со своей землёй. Празднества Хеб-Седа[116] как бы укрепляли эту связь, и ритуал, таким образом, подтверждал право царя властвовать над всем Египтом – подтверждал перед богами и перед народом. Некоторые учёные ещё выводят взаимосвязь ритуалов с объединением Верхнего и Нижнего Египта под властью одного фараона. Мы можем судить об этом по сохранившимся изображениям…» — Он вспомнил рассказ Ясмины бинт-Карим так отчётливо, словно она произносила эти слова прямо сейчас, в этот самый миг.

– Кто такой Хас… Хасехемуи? Воссиявший Двумя Жезлами.

Борька присвистнул.

– Ну ничего себе познания. Я думал, ты дальше Тутанхамона и Нефертити не запомнил.

– Ещё Рамсеса с Сети! – возмутился Яшка. – И Таа-Секененра… – Он осёкся. Сердце вдруг сжалось от странной печали, потому что это имя больше не было просто набором букв из музейного описания.

– Ты вот серьёзно сейчас хочешь экскурс в египтологию на больничной койке? – скептически спросил Борька, поправляя очки, и откинулся на спинку стула, закинув ногу на ногу. – Я, конечно, всегда готов… но ты уверен?

– Считай это сказкой на ночь, – усмехнулся Войник, поудобнее садясь на подушках. – Мне и правда не помешает отвлечься, а ты отличный лектор. Может, на Патреоне страничку откроешь? Прибавка к зарплате и народная любовь гарантированы!

– Не подлизывайся.

– Да вот ещё! Ну так кто это был-то?

– А где ты вообще услышал это имя? Не самый ведь популярный фараон, мягко говоря.

– Слушай, уже и не вспомню, – безбожно соврал Якоб. – Но вот зацепилось что-то, и стало любопытно…

– Хасехемуи – фараон Второй Династии. Он, собственно, согласно некоторым версиям, приходился Джосеру отцом. Эпоху Древнего Царства мы отсчитываем с Третьей Династии, от Джосера, а на Хасехемуи закончилось то, что в египтологии называется Раннединастическим периодом. Он был из тинитских владык.

– Каких?

– Тинитских. Тинис. Город был такой. Ну считай, что древняя столица.

– Чени… – пробормотал Якоб, вспоминая видения.

– Точно. Чени – это по-древнеегипетски. Город мы так и не нашли, хотя свидетельств о нём немало. Но вот погребение себе Хасехемуи отгрохал не в Чени, а в Абидосе. И скажу тебе, что это было за погребение! Пятьдесят восемь помещений вокруг центрального погребального покоя. Древнейшая из ныне известных каменных построек!

– Погоди, египтяне тогда разве не из дерьма и палок строили? В смысле из волосатого кирпича.

– Сырцового, – буркнул Борька.

– Ну я и говорю. И солома из него торчит, как волосы.

– Да, сырцовый кирпич там тоже был. От эпохи Хасехемуи уцелели развалины его крепости. Но для строительства гробницы использовался и камень – удивительное для тех времён явление. Это правда дремучая древность, Яш. Тебе даже представить такое сложно.

– Может, не так уж и сложно, – задумчиво протянул Войник. Гробница и крепость… всё сходилось. Туда ведь и привёл Нефертари её жрец, не так ли? К гробнице древнего Владыки в Абидосе.

– Вообще он соорудил две крепости – в Абидосе и в Иераконполе… в Нехене. Ну, там тогда вообще строили много – как-никак, могучий город, центр культа…

– Хора, да?

– Да, да, в Нехене поклонялись Хору Великому. Ну ничего себе ты Википедии на досуге начитался!

– Так, давай не будем отвлекаться от темы. Хасехемуи. Он-то почему двумя жезлами воссиял? – Войник не удержался, прыснул со смеху – мысли лезли, как водится, не самые пристойные.

– Тот, в ком умиротворились оба бога. Хор и Сет, понимаешь? Он происходил из династии первых объединителей Египта и, по свидетельствам, подавил восстание в Дельте. А в честь примирения Верхнего и Нижнего Египта как раз и взял себе все эти титулы.

– А я думал, объединителем был Нармер. Ну, тот мужик с палетки в Каирском музее…

– На самом деле, некоторые учёные всерьёз считают истинным объединителем именно Хасехемуи. Но я тебе так скажу – вон даже Москва не сразу строилась, а уж единое египетское государство – тем более.

– Так… я, кажется, начинаю улавливать суть или видеть некоторые взаимосвязи, – пробормотал Якоб. – Если Джосер был его сыном, наследником, то неудивительно, что он отгрохал целый комплекс культовых сооружений, где проводились эти самые ритуалы объединения земли. Логично-то как, чёрт возьми!

– Логично, – важно кивнул Борька. – И даже больше тебе скажу, пирамида Джосера была построена на месте додинастических погребений древних правителей.

Якоб вздрогнул. Внутри отчётливо зазвучал голос Таа-Нефертари:

«Место Силы, на котором был построен Дом Вечности. Когда-то оно принадлежало другим… задолго до моего прихода и даже до Владыки Нетчерихета…»

Вот тебе и глюки… Борька говорил ещё что-то о новых открытиях в Саккаре, о некрополях Абидоса, о том, что артефакты из гробницы Хасехемуи исследовал ещё аж какой-то видный египтолог конца девятнадцатого века, Флиндерс Питри. Печати, каменные сосуды с золотыми крышками… совсем как артефакты, которые Анх-Джесер принёс Нефертари. Они ведь тоже пополнили коллекцию Карнаганов? Предметы, которые царевна так ценила при жизни.