Сказать, что я был удивлён, значит ничего не сказать. Я был потрясён, и эта эмоция отразилась на лице. Фризы внимательно смотрели на меня и переглядывались между собой.

— Войну? — произнёс я. — Хм… Вы желаете, чтобы Российская Империя напала на Жемайтию? Если вы не знаете, один из братьев моего отца женат на тамошней принцессе.

— Ваше Императорское Величество, — ответил Ванэйк. — Война, как вы однажды сказали, является одним из решений политических проблем. Также вы говорили, что Жемайтское королевство представляет проблему для России, и, рано или поздно, война произойдёт. Так почему бы этому «рано» не наступить несколько раньше, поскольку сие выгодно окажется не только России.

— Продолжайте, — кивнул я, побуждая посла высказываться дальше.

— Нам известны планы Сигизмунда, короля Жемайтии, войти в круг если не первых государств Европы, то приблизиться к нему, и уже составлен план по образованию или захвату колоний, что, соответственно, невыгодно для некоторых европейских держав, в том числе и Фризии.

— Иными словами, вы хотите убрать конкурента чужими руками?

— Нет! — на лице посла возникло почти негодование. — С помощью союзника!

— Продолжайте, — снова кивнул я.

— После вашей недавней войны с германскими князьями едомеи с каждым днём всё глубже запускают свои щупальца в это прибалтийское королевство, ранее ими почти игнорированное, что неизменно нарушит сложившуюся политическую и финансовую ситуации в Европе. К тому же банки Фризии решили распространить своё влияние на все побережья Северного и Балтийского морей.

— Раз так, то почему бы просто не нанять армию, как это было сделано с успехом совсем недавно, и самим не разобраться с Жемайтией?

— На это имеются несколько причин. Во-первых, после известных потрясений свободных финансов, имеющихся в наличии, не так уж и много. Деньги должны работать, а не лежать в кубышках, как это я только что сказал. Во-вторых, подобная война приведёт к созданию большой коалиции европейских монархов, направленных против Республики. Нас задавят массой! Что касается войны России и Жемайтии, то это просто конфликт соседей, издавна имеющих друг к другу известные территориальные претензии. Обычное дело!.. Между вами даже дипломатические отношения не восстановлены…

— Тогда получится, что Российская Империя будет выставлена агрессором, — недовольно произнёс я, перебив речь посланника. — Мне такой негативный имидж не нужен.

— Нет, Ваше Императорское Величество! — поспешно произнёс Ванэйк. — Всё будет выглядеть как агрессия со стороны Жемайтского королевства.

— Продолжайте, — в который уже раз благожелательно кивнул я.

— Возникнет вооружённый пограничный конфликт, из-за какой-нибудь необдуманной речи поляндского короля Августа Девятого или решения Сейма. Возможно, случится нечто иное, но так же дающее право Российской Империи вмешаться в ситуацию. Да и боги могут неожиданно решить, что жемайтская династия их прогневила… Всякое может произойти… И никакой агрессии… Только вынужденная защита, в результате которой Россия прирастёт территорией.

— Территорией, — повторил я. — А Фризия избавится от угрозы… И только?

— Не только, — слова посла стали почти вкрадчивыми. — Ваше Императорское Величество предоставит нашим банкам постоянный режим наибольшего благоприятствования в портовых городах, а фризским купцам привилегию на перевозку и продажу основных товаров, что позволит не заниматься тяжёлым делом самостоятельной доставки грузов в Центральную и Западную Европу и сосредоточиться на более важных внутренних государственных делах. И ещё, нам нужна территория. Мы согласны взять себе в качестве компенсации за помощь и сопутствующие расходы Перну и Ревель с прилегающей территорией, достаточной для защиты городов.

— Перну и Ревель! — я удивился так сильно, что не заметил, как ускользнула мысль ознакомиться с перечнем упомянутых «основных товаров».

— Всего лишь Перну и Ревель, — почти пренебрежительно дёрнул плечом посол. — Да и последний город не очень значим, поскольку залив, на берегу которого он находится, зимой замерзает. Как инициаторы данного предложения мы со всей определённостью могли бы взять и третий город — Ригу, — но в качестве жеста доброй воли согласны лишь на два.

Я почти обрадовался такой не слишком большому запросу, а Ванэйк продолжал:

— Восточная граница нашей новой проходит на юг от устья реки Гала, что рядом с Ревелем, до самого узкого места с рекой Перну, и по ней до залива. Конечно же, все острова рядом с отходящим берегом тоже отходят к нам. Там их четыре больших и какое-то количество малых.

Вот теперь я офигел и молчал почти минуту:

— Вы хотите сказать, уважаемый Ванэйк, что заранее присмотрели ту территорию, раз так хорошо знаете прибрежные острова и внутреннюю географию?

— Мы всегда обо всё наводим справки, прежде чем сделать предложение. Не забывайте, что нашей основной деятельностью является банковское дело.

— Можете показать эту территорию на карте… Или что там у вас?

— Да, Ваше Императорское Величество.

Я взглянул на предложенный атлас:

— Получается, что вам должна отойти земли, которые лишь немного меньше по площади, чем сама Фризия?

— Разве это земли? Так… Дикая местность, — как о чём-то незначительном сказал Ванэйк. — Чтобы её освоить, нужно столько денег и времени, что даже не знаю, сможем ли даже за целое столетие хоть что-то сделать приличное на тех болотах.

— И как мы это оформим? Я правильно понимаю, что вы не желаете придавать этому нашему общему делу публичность?

— Для всех это будет аренда на девяносто девять лет. В тайном приложении к союзному договору мы пропишем, что аренда части бывшей жемайтской территории будет бесплатной, и по истечении указанного срока она переходит под управление Республики Фризия.

— Хм… — я задумался. — Мы потом обсудим текст этого тайного приложения. Да, мне не хочется, чтобы русские солдаты, особенно после недавней войны, снова гибли десятками тысяч. Нет никакого толку от новых территорий, если не будет хватать солдат для их защиты, как от внутренних врагов, — а они обязательно появятся, поскольку далеко не всем жемайтцам понравится новая реальность, — так и от внешних.

— Вряд ли кто осмелиться напасть на великую Российскую Империю, — усмехнулся посол. — Особенно после известных событий. Но я хорошо понимаю Ваше Императорское Величество, заботящегося о своих воинах, хотя это и не типично для европейских монархов. Республика Фризия может привлечь, тайно, конечно, достаточно наёмных солдат, которые будут участвовать в предстоящих событиях под российскими знамёнами. Мы даже сможем предоставить кредит под разумный процент для оплаты Империей этих затрат.

— То есть, Республика нанимает и даёт аванс, а Империя оплачивает конечный результат и отдаёт процент? Хм… Это может быть выходом. Правда, российскую армию всё равно придётся вводить на территорию Жемайтии… Иначе никак.

— Могу ли я понимать ваши слова как согласие?

— Надо будет посовещаться, конечно, но в целом я не вижу препятствий. Вот насчёт привилегий банкирским и купеческим фризским домам…

И сразу лёгкие улыбки послов испарились с их лиц, а взгляды снова стали напряжёнными. Я внутренне усмехнулся. Не удивлюсь, что представители домов именно этих присутствующих людей и будут хозяйничать в отвоёванных городах.

— Думаю, что Малый Совет будет категорически против постоянного режима наибольшего благоприятствования и прочих привилегий и ограничит этот договор пятьюдесятью годами…

По немного расслабившемуся лицу одного из послов я понял, что они на такой срок и рассчитывали.

— Причём, последние двадцать лет эти монопольные привилегии по торговле на берегах Солёного и Балтийских морей могут быть разбавлены участием русских купцов, если те пожелают тоже поучаствовать в торговле с Европой.

Поскольку явного неудовольствия этому замечанию видно не было, я начал подозревать, что даже если наши купцы и заявятся в европейские порты, то разгуляться им не дадут, чиня определённые препятствия. Но это уже мелочи.