— Что скажете, Степан Алексеевич? — повернулся я к генералу.

— Рано или поздно мы цитадель возьмём, — промолвил Платов. — Вот только если карел выпустить, то каковы будут последствия? Даже три или четыре сотни солдат могут впоследствии стать причиной множества неприятностей.

— Кто-то из них наверняка захочет и далее воевать как против нас, так и против свеев. Однако, сидеть месяц под теми стенами тоже не лучший вариант. Так что я намерен согласиться с поступившим предложением. Можно, конечно, взять с них клятву не воевать против нас, но не думаю, что эта клятва, почти насильно вырванная, будет представлять какой-то сдерживающий фактор. Да и времени сие займёт изрядно. Если бы карелы сдались сразу, то можно было бы даже предложить остаться здесь жить всем желающим. Но после ожесточённого сражения вряд ли кто проявит лояльность. Иметь же под боком сотни потенциальных врагов, умеющих владеть оружием, — ничем не оправданно.

— Значит, Ваше Величие согласно с предложением?

— Согласно, — кивнул я. — Вот только пусть каждому вышедшему из цитадели будет разрешено забрать не более одного короткого клинка. Копья, пушки и прочее следует оставить, а продовольствие можно забрать столько, сколько унесут в руках. И хотя есть и другие замечания, но в целом положусь на вас, Степан Алексеевич. Подготовьте за час со своим штабом пункты наших требований.

Генерал Платов не обманул мои ожидания и, можно сказать, перевыполнил, обременив соглашение дополнительными пунктами:

1) Эвакуация раненых из цитадели должна производиться силами самих карел, для чего разрешено воспользоваться подводами, которые будут предварительно осмотрены. Неподвижные раненые проносятся через ворота и уже под присмотром русских солдат помещаются на подводы для недопущения увоза возможных ценностей.

2) Тяжелораненым оружие не положено, поскольку они не смогут им защищаться.

3) Сдавшиеся должны выходить из ворот группами по пятьдесят человек, и только после того, как одна покинет городские ворота, выпускается следующая.

4) Упомянутые группы на расстоянии дневного перехода станут сопровождать дозоры, для обеспечения нашей безопасности.

5) Желающие остаться будут приняты, но места их проживания определятся позже.

Карельские переговорщики не сразу приняли условия и попытались поторговаться, но всё же на следующий день начали выходить из цитадели. Я наблюдал за этим действием, находясь чуть в стороне от Сортавалы, поскольку очень хотел выследить попаданцев, если их несколько. Надеюсь, находящиеся у ворот лейб-гвардейцы станут тщательно осматривать выходящих с целью найти нечто необычное. А что? Попаданецы, если те остались живы, обязательно попытаются пронести своё оружие как можно незаметнее. Но время шло, карельские солдаты выходили из города, а ни человека в необычной одежде, ни чего-то похожего на необычные «железки» никто не обнаружил.

А что если попаданец был один и, находясь в личной охране карельского командующего, свалил с ним на корабле? Вполне возможно. Лично я так бы и сделал на его месте. Но на что бы я ни пошёл, так на отстрел вражеских солдат и сержантов. Патроны — это невозобновляемый ресурс, тратить который совершенно бессмысленно в обычном сражении. Вот если бы уже начался штурм цитадели, то да, можно попробовать. Конечно, вражеский сержант — цель примечательная, но не представляющая критическую угрозу. Хотя… Хотя я не знаю, сколько именно боеприпасов у попаданца. Может, у него целый ящик патронов, жалеть которых в сложившейся ситуации не слишком разумно. Надо бы дать указания лекарям посмотреть имеющие огнестрельные раны у трупов. Вдруг, найдутся пули и других калибров.

Последний карел вышел из цитадели уже под вечер, а всего их было почти тысяча. Странно, я думал, что живых окажется больше. Возможно, прежняя оценка оказалась завышена, или нескольким сотням удалось дезертировать. Как бы то ни было, даже тысячи солдат удержать мощную крепость не представляет особого труда, если продовольствия и оружия вдоволь. Понятно, что в случае штурма мы понесли бы огромные потери да ещё без всякой гарантии победы.

Продовольствия, как я и думал, в цитадели оказалось ничтожно мало. Возможно, уходившие карелы часть просто побросали со стены в воду, дабы не досталось нам. Всякого негодного оружия нашлось много, но такого, что только в переплавку.

Из Сортавалы ушли и жители, таща скарб на своих спинах, что являлось одним из условий. Мне хотелось бы их оставить, но добровольно на это решились немногие — лишь старики и раненые. Так что город наш, но изрядно побитый.

— Перехитрили нас карелы, — подвёл итог генерал Платов. — Вроде бы сдались и город наш, но он порядком разрушен пушками.

— Ничего, отстроим, Степан Алексеевич! Назначаю вас временным генерал-губернатором всех отошедших к России карельских земель. Павел Тимофеевич и Степан Дмитриевич станут временными губернаторами, а если и справятся, то уже постоянными. Тоже самое относится и к вам. Никого заставлять не буду, но такое распределение мне видится наиболее правильным. Подумайте, сколько рот вам потребуется для постоянного размещения, а остальные осенью пусть возвращаются к местам прежнего расквартирования.

— Будет исполнено, Ваше Величие! Но потребуется много продовольствия.

— Конечно! Привезённое мною зерно, тут и останется, но вам троим придётся изыскивать провиант и фураж всеми доступными способами. Я напишу послания ближайшим губернаторам, а по прибытия в столицу извещу о нуждах и военного министра. Понятно, что одной охотой и рыболовством вам проблему еды не решить, но пренебрегать такими простыми вещами не стоит.

— Когда Ваше Величие решило возвращаться в столицу?

— Нескоро, Степан Алексеевич. В любом случае после получения известий от свейского главнокомандующего. Возможно, мне придётся самому посетить Замковую Крепость. В любом случае следует подвести итоги этой кампании, а из столицы это весьма затруднительно. Не исключено, что король Карл-Эрик захочет встретиться лично, так что я ещё помозолю вам глаза.

— Что вы! Что вы, Ваше Величие!.. — чуть ли не замахал руками генерал.

— Теперь о насущном, — продолжил я. — Первым делом надо восстановить город. То, что он теперь наш, сомнению не подлежит. А вот какая прилегающая территория отойдёт Империи, станет предметом будущих переговоров.

— Может, ближайшие поселения занять сколько сможем?

— Надо поискать хоть какие-то документы и карты в городском правлении. Вряд ли карельские чиновники их оставили, но попытаться стоит. Если ничего не найдём, то следует послать гонца в Анус, — я поморщился, — и узнать там об административных границах…

Я ещё примерно полчаса обсуждал с генералом предстоящие дела, а потом отправился спать.

Как я и предполагал, невозвратных потерь у лейб-гвардейцев оказалось больше. Впрочем, винить Милюкова и Шаликова в неточных данных смысла уже нет, раз я решил согласиться с предложением Ники. Пусть оно мне и не нравилось, но вполне подходило под определение целесообразность.

Пока генерал Платов решал текущие проблемы, наметилось два принципиальных вопроса: восстановление города, и налаживание контактов со свеями. Трудности с первым усугубляла прибывающая вода, которая уже занимала довольно значительную часть Сортавалы. Если так всё и продолжится, то город придётся оставить, чего совершенно не хочется. Можно, конечно, попытаться соорудить подобие дамбы, но на это уйдёт немало средств и усилий. Возможно, проще разобрать здания и стены, и перенести Сортавалу подальше от берега. Но спешить с этим не стоит. Вдруг, вода схлынет. Что касается свеев, то кажется разумным их просто не тревожить. Ведь рано или поздно они сюда приплывут, так зачем дёргаться?

Вот я и не дёргался, посвятив значительную часть свободного времени работе над ошибками: чуть ли не по часам расписал на бумаге все прошедшие дни, заострив внимание на приказах и действиях генерала Платова, перечисленных в одной колонке, а в другой — что бы я сделал на его месте. В третьей же проставил отметки, догадался бы сам о правильных вариантах, или понимание пришло лишь позже. Оказалось, что во многих случаях не догадался бы. Да и разве можно ожидать иного от прапорщика, ушедшего в запас чуть ли не за полвека до перехода? Мы академиев не кончали! Впрочем, не всегда действия или замыслы Платова оказывались правильными, так что не стоит сильно себя корить за несообразительность.