— И?.. — не предчувствуя ничего хорошего, поторопил я.

— Они тоже, но пушечек у булгар всего да ничего и дальность стрельбы небольшая. Вот наши военные корабли заслон держали, пока торговые мимо проплывали.

— И что с пошлиной?

— Ничего! — ухмыльнулся Полибий. — Решили, что если разбой булгары удумали учинить, то никаких денег им давать не станем. Пусть в следующий раз знают, что дела надо вести честно, а не лиходейничать.

— Не уверен, что до следующего раза дело дойдёт. Как прознают, что мы снова корабли вниз отправили, то будут поджидать.

— Уж как случится, — развёл руками Живчик. — Зато сейчас своего не отдали. Вот позору было бы!

— Да, — вынужден был согласиться я. — Восточные люди понимают лишь силу, а попытки договориться воспринимают как слабость. Тут уж или булгар прижать к ногтю, или страдать от ими учинённых безобразий. Ладно. Гадай, не гадай, а что будет — случится и без наших переживаний. После ещё раз конфликт сей разберём, а сейчас мне интересно, успешно ли сплавали и что привезли?

— Это уже флотский капитан расскажет… Точнее, рапорт напишет, — решил отмазаться Полибий. — Мне, кавалеристу, такие тонкости знать не к чему. Это ежели про речное сражение, то рассказал бы во всех подробностях. А и битвы особой не было… Постреляли чуток и разошлись…

Купец второй гильдии Никанор Фёдорович Грибов, назначенный мною главным в торговом посольстве, прибыл лишь на следующий день. Прихорашивался, наверное. Как бы то ни было, выглядел мужчина достойно, и даже заметный живот придавал величавость и неторопливость в движении.

В кабинете присутствовал и барон Георгий Маркович Никодимов, новый глава внешней разведки. Прежнего граф Верёвкин вернул под своё подчинение. Хороший тот исполнитель, но не более. Я ещё подумывал министра торговли князя Полева пригласить, но в итоге не стал. Данный поход в Эран — целиком моя инициатива и снабжать ценными сведениями министерство не лучшая идея. Пусть сами учатся работать.

— …И до Каспия мы спустились почти без трудностей, — наконец подошёл Грибов к интересующему меня. — Взглянули на город Итиль и поняли, что торговать там нет смысла. Да и зачем? Они же перекупщики! А сам город… Уж сильно он обветшал, и часть стен сползла в воду. Я слыхивал от своего деда, а он от своего, что столица Хазарии — самое удивительное место на реке, но лучшие времена давно для неё прошли. К нам поднялся таможенный чиновник и, узнав, что торговать не намерены, взял лишь обычную плату за провоз.

— Деньги из воздуха берут, — грустно заметил я.

— Таковы древние порядки, Ваше Величие, — развёл руками Грибов. — Раньше даже цепями протоки перекрывали, но нонче металл дорог. Так вот… Добрались до Семендера, бывшей древней хазарской столицы. Городок хоть и небольшой, но в нём останавливаются многие купцы. Отдохнув пару дней, поскольку решили придержать товары, мы вновь взошли на корабли и вдоль берега приплыли к Багу, а потом уже, не останавливаясь, повернули к Абаскуну (он же Ашурад), главному персидскому порту на Каспии.

— Вы же помнили моё указание не говорить это слово? — нахмурился я.

— Да как же?! Конечно! — почти натурально возмутился купец. — Я дополнительно ещё перед сходом на берег всем наказал… Тамошние жители зело удивились, увидав нас и обрадовались, поняв, откуда корабли. Некоторые даже чёрной икрой стали угощать, но я как-то пробовал белужью икру и мне не понравилось. А вот потом узнали мы о белой икре, но она по весу золота…

Грибов начал описывать эранский город, но больше всего его занимал базар, продаваемые там товары и цены. Мне тоже было интересно, но и о деле забывать нельзя. Вопросы задавал и Никодимов, что не могло не радовать.

— Шахиншаху моё послание доставили? — вспомнил я о главном.

— Как можно было забыть, Ваше Величие?! В первый же день отправили с персом, что с нами вернулся. Вот и ответ, — с этими словами на стол лёг тубус с печатями. — Мы и подарки Вашим Величиям привезли. Как только товары доставят из Мурома, то всё будет представлено.

— Я готов слушать о ваших приключениях очень, Никанор Фёдорович, но государственные дела важнее. Мой статс-секретарь даст вам двух писцов, чтобы записать всё увиденное и услышанное в Эране. Так что постарайтесь вспомнить всё и доступно пересказать. Всё написанное будут внимательно читать министры, так что подойдите к делу ответственно.

— Будет исполнено, Ваше Величие!

— Я тоже потом ознакомлюсь и, скорее всего, найду время для продолжения рассказа. Кстати, случались ли какие-нибудь странные знакомства или нечто подобное?

— Нет, Ваше Величие, всё было гладко… — тут Грибов запнулся.

— Хм… Говорите!

— Один купчишка постоянно вертелся рядом, особенно в последние месяцы. Не персид… Не эранский, а откуда-то из пустыни… торк.

— И что за печаль? По-нашему он всё равно не разумел и выведать вряд ли что мог.

— Так он у тамошнего толмача русские слова выспрашивал и запоминал, а потом брата привёл, и тот толмачу даже деньги платил. Говорил, что хочет торговать у нас.

— Нет ничего удивительного, что купец из дальней стороны такое вздумал, — пожал плечами я. — Выучит язык и пускай приплывает.

— Он и приплыл. С нами.

— И? — мне было непонятна реакция Грибова.

— На днях он сказал, что хотел бы поговорить с вами.

— Со мной? Какой-то иноземный купец? Хм… Не много ли чести?!

— Как будет угодно Вашему Величию…

— Если начнёт настаивать, то пусть встретится с моим статс-секретарём, — ответил я, дав знак, что аудиенция закончена.

Несколько странная просьба, но если помнить, что восточные купцы часто бывают излишне самоуверенными, то поведение того торка укладывается в общие рамки. Ладно, поживём — увидим.

— Что раскажете о текущей ситуации, барон? — задал я первый вопрос Никодимову, который вдруг начал проявлять неуверенность после ухода Грибова.

— Надо было отправить в Эран несколько наших агентов под видом купцов.

— Надо было, — кивнул я. — Но как мне доложили, подающих надежды в прошлом году разобрали на другие немаловажные направления, а тот единственный, кого сумели подыскать, серьёзно заболел чуть ли не в последний день перед отправкой торгового каравана.

— Да, жаль.

— Кадры решают всё, Георгий Маркович! И подбор подходящих агентов является одним из важнейших ваших задач, так что старайтесь продумывать такие вещи заранее. По докладу Грибова есть что сказать?

— Надо бы проверить того подозрительного торка…

— Тоже так думаю, — я встал и, подав собеседнику рукой знак сесть, подошёл к окну. — Чем сильнее становится государство, тем больше к нему внимания и количество недробожелаетелй только увеличивается. Именно поэтому зело важно знать настроения у соседей. Купцы, как наши, так и иноземные, всегда были источником полезных сведений, так что с увеличением их числа неизбежно появляются и соглядатаи. Следовательно, нужна не только развлетвлённая разведка, но и сильная контрразведка, как отдельная структура, обеспечивающая безопасность Империи, но людей мало и уйдёт ещё пара лет, если не больше, в попытках хоть как-то заполнить штат у имеющихся тайных ведомств.

Перестав смотреть на природу, я развернулся и вперил взгляд в Никодимова:

— Графу Верёвкину было непросто тянуть на себе обязанности главы обеих структур, и мы надеемся, что вы сможете взять часть дел на себя. Конечно, произойдёт некоторая конкуренция с Министерством внутренних дел, но главная его задача — бороться с криминалом.

— Буду всеми силами стараться обравдать высочайшее доверие! — подскочил мужчина.

— Садитесь! — снова махнул я рукой. — Мои слова о Министерстве внутренних дел прозвучали не просто так. Дело в том, что контрразведка является непростой структурой. Вы должны знать всё, что знает внешняя разведка и силы внутренней бесопасности. И, как следствие, будете наступать на ноги и тем, и другим. Конечно, граф Верёвкин понимает сие, и с его стороны не будет никаких неудобств, а вот князь Духовской не настолько гибок. Следовательно, гибким придётся быть вам за двоих. Это понятно?