— Ты о ком? — удивилась я.

— Знала бы ты, как мне уже надоели твои адепты! — внезапно в сердцах воскликнула Лайза. — Последние сутки я их разве что метлой не отгоняю от палат! Никакие увещевания не помогают!

— Так у них же занятия должны быть! — уже возмутилась и я.

— Вот-вот! Иди и расскажи им о важности обучения и о пропущенном за время их бдений материале.

Внезапно у меня на руках захихикал Ё-ё.

— А они по очереди дежурят. А потом конспекты друг у друга переписывают.

— Но зачем? — Я не могла понять.

— Любовь — она такая, — со знанием дела заявил еж. — Подчас толкает на странные поступки. — Мои брови поползли вверх, и Ё-ё снова захихикал. — Представляете, они поспорили: в чье дежурство ты выйдешь из палаты и кто тебя проводит до комнаты, тот первым и будет просить твоей руки.

— Да тьфу на тебя! — облегченно выдохнула я, не поверив в этот бред. — Все бы тебе шутить.

Но стоило мне выйти из палаты, как я увидела весьма странную картину…

Недалеко от входа в лекарское крыло с букетом цветов, явно надерганных на академической клумбе, стоял Рэй, а напротив, сверля его взглядом, — Марсель. Причем Рэй и не думал как-то отступать. Я бы даже сказала, что их взгляды скрестились, как клинки, но это я, видимо, еще от наведенного сна не отошла.

Решив обозначить свое присутствие, я кашлянула:

— Кхм… — А когда в меня метнулись, по-другому и не скажешь, два взгляда, от неожиданности слегка придушенно поздоровалась: — Привет.

При виде меня мужчин тут же смягчились.

— Магистр эль Бланк!

— Эйлин!

Оба снова переглянулись и синхронно шагнули ко мне.

— Магистр, это вам! — протянул мне букет Рэй. — С выздоровлением.

— Спасибо. Это очень мило, — улыбнулась я адепту. — Не ожидала, что меня из лазарета будут встречать с цветами.

Рэй расплылся в улыбке, а Марсель мрачно произнес:

— Я тоже. Не ожидал. Эйлин, у тебя очень заботливые адепты.

— Да, они у меня такие, — улыбнулась, чувствуя себя неловко.

Марсель вдруг решил при ученике обратиться ко мне на «ты», что приемлемо только между хорошими друзьями или возлюбленными, а за столь короткий срок пребывания в академии столичной комиссии мы ими стать никак не могли.

— Я еще и проводить вас могу. Мало ли, голова закружится или еще что? Вы же только-только из лазарета, — с энтузиазмом предложил Рэй.

Я посмотрела на Марселя и увидела, как заледенел его взгляд.

— Рэй, ты бессмертный, что ли? — с моего плеча прокомментировал ситуацию Ё-ё.

— Нет, я не бессмертный, а целеустремленный, — ответил ему адепт и улыбнулся еще шире.

— Удача любит храбрых, — уважительно покачал головой еж и перевел взгляд на Марселя. — Но не в этом случае. Свалил бы ты сейчас на занятия… от греха подальше. Не видишь: эр проверяющий не выспался и зол.

— Так это… — и не думал внимать гласу разума Рэй, — пусть он идет отдыхать. Я же не мешаю.

Повисло напряженное молчание. Ё-ё прикрыл глаза и сокрушенно хлопнул лапкой по мордочке, но промолчал.

— Мешаете, адепт, — наконец так холодно, что даже у меня по руке побежали мурашки, возразил Марсель. — Мне нужно поговорить с магистром эль Бланк. — И положил мне на талию руку.

Неожиданно.

Я посмотрела на нее с недоверием и непонятным трепетом. Этот жест выражал некие притязания на мою скромную персону, вот только ни о чем подобном речи между нами не шло. Вернее, нечто такое витало, но лишь на грани предчувствия и некоего обещания. А тут прямая заявка. Или я что-то не так поняла? Все-таки у меня совсем мало опыта в отношениях. Вернее, его нет вообще.

Отношения… Нужны ли они мне? Нужен ли мне Марсель? И насколько все это своевременно в моем случае?

Размышления выбили меня из колеи, и я опомнилась, только когда мы дошли до конца коридора. Резко остановилась, решительно повернулась к графу и положила ладонь на его руку, продолжавшую лежать на моей талии, чтобы ее убрать.

— Марсель, я…

— Обязательно, — внезапно снова ошеломил меня граф. — Мы обязательно все обсудим, когда доберемся до твоей комнаты.

— Но ты ведь уже без невидимости, — произнесла я растерянно, и Марсель увлек меня дальше. — Это отразится на моей репутации.

— Не отразится. Я провожу тебя до твоей комнаты, а потом снова приду под невидимостью. Такой вариант тебя устраивает?

— Да. То есть нет! Я же не должна… — Я совсем растерялась.

По всем правилам приличия я не должна находиться наедине с мужчиной, но в то же время я уже столько раз оставалась с ним вдвоем, и даже когда он был практически без одежды, что глупо говорить о каких-то правилах. Но это все равно не значило, что я должна забывать о приличиях!

— Марсель… — неожиданно даже для самой себя жалобно произнесла я и ощутила, как он на мгновение крепче прижал меня к себе, а потом отпустил и поцеловал мне руку.

— Эйлин, все будет хорошо. Ты мне веришь?

Я смотрела в глаза этого мужчины и неожиданно поняла, что тону в них.

— Ой, вот только не надо этих фраз, — внезапно вклинился в наш разговор помалкивавший до этого Ё-ё. — После них у девушек откуда ни возьмись появляются дела, из-за которых приходится уходить в отпуск по уходу за ребенком. — Еж встретился взглядом с Марселем и почти взвизгнул: — И не надо так задумчиво на меня смотреть! — Ё-ё обхватил меня лапками за лицо, чтобы я перевела взгляд на него. У меня даже дыхание перехватило — с таким энтузиазмом можно человеку и шею свернуть! — Я! Эйлин, я буду твоей дуэньей! И не вздумай с ним встречаться без моего присутствия!

— Ну вот видишь. А ты переживала, — усмехнулся Марсель. — Пошли. Нам о многом нужно поговорить. Я зайду к тебе через пятнадцать минут. Заодно обед с собой прихвачу. Заказал в городе.

[1] Глаз орхуса – артефакт, которые позволяет разглядеть иллюзии любого порядка, даже самые сложные. (Запрещен для использования во дворце и королевских резиденциях даже обладателям этих артефактов.)

[2] Коготь бивуса – ингредиент, сам по себе являющийся артефактом. Способен пройти через любые магические сигналки и магические ловушки, обезвреживая их. (Запрещен для использования во дворце и королевских резиденциях даже обладателям этих артефактов.)

Во время ужина никаких серьезных бесед Марсель не начинал. Однако от того, как он на меня иногда поглядывал, становилось неуютно. И дело было совсем не в том, о чем так сильно переживал Ё-ё, который остро следил, чтобы Марсель не перешагнул за черту приличий, нет. Во взгляде графа я читала глубоко скрытое беспокойство. Причем оно было связано со мной.

Напряжение между нами росло, и я поняла, что не могу больше проглотить ни крошки. Я отложила приборы и спросила:

— Марсель, в чем дело?

— Ты не поела, — нахмурился он, глядя на мою почти не тронутую тарелку.

— И не смогу, пока ты так напряжен. Что случилось?

Марсель нахмурился еще больше.

— Не думал, что меня так легко прочитать.

— А это и нелегко, — погладил себя по полному пузику Ё-ё, который только что съел целую плошку любимого им фарша. — Я ничего такого не чувствую, но Эйлин всегда была чувствительной девушкой. Особенно к тем, кого впустила в ближний круг.

— В ближний круг? — посмотрел на меня Марсель, и глаза его блеснули.

— Юной девушке такие ошибки простительны, — фыркнул Ё-ё. — Но ничего, у нее еще есть время все осознать и отправить тебя в дальнее… э-э-э… путешествие куда подальше. Но сейчас Эйлин говорит, что ты что-то от нее хочешь. Так что озвучивай-пф!

— Я ничего от нее не хочу, — хмуро возразил Марсель.

Ё-ё, наглея окончательно, всплеснул лапками:

— Да ну?!

Марсель хмыкнул и устало потер лоб.

— Это мы обсудим с Эйлин без твоего присутствия и участия. А сейчас нам нужно поговорить о другом. — И внезапно спросил у меня: — Ты умеешь ставить на свой разум ментальные щиты, блокирующие эмоциональные всплески?