— И чем будешь платить?

— Деньги в государстве имеются. Могу возвести в дворянское сословие со всеми вытекающими. Вот только крепостного права нет, так что с крестьянами придётся договариваться. В целом почти те же проблемы, что и у известной нам Российской империи, но с вашей помощью дела должны пойти в гору.

— Надо будет с бойцами поговорить, но не думаю, что откажутся. Вон, они уже мосты наводят, — усмехнулся Борман.

Действительно, фрейлины под голодными взглядами десятков жадных мужских глаз поплыли. Даже императрица нет-нет, да стреляла глазками в сторону Бормана.

«Ничего», — подумал я. — «Пообживутся немного попаданцы, и вместе мы начнём поднимать Россию».

В очередной раз принялся их пересчитывать, и получалось то пятнадцать, то двадцать пять. В конце концов, бросил это дело и продолжил пересказывать Борману всё, что знаю. Правда, слушал командир недолго и принялся вести беседу с Еленой Седьмой, периодиески подливая ей вина в бокал, несмотря на слабые попытки лакеев пресечь сиё действо. Императрица, казалось, была польщена подобным обхождением и даже начала тихо о чём-то переговариваться с Борманом.

Удивиться я не успел, поскольку сидевший рядом Крот — тот самый весельчак — заинтересовался биографиями фрейлин, присуствующих на обеде, и мне пришлось постратить на это минут десять.

— А вот та, блондинка, очень даже крутая тёлка, — пальцем показал мужчина на Нику. — Я бы с ней замутил.

— Не выйдет. Она моя официальная любовница.

— Твоя любовница, королёк? — осклабился боец. — И что? Найдёшь себе другую. А мне блондинки всегда нравились.

Я напрягся, но решил не раздувать конфликт. Понятно, что мужик перепил чуток и надо его отвлечь разговором о чём-то другом.

Взгляд на императрицу, а Борман уже поглаживает её руку, шепча на ухо, а Елена Седьмая весело хихикает. Пока я офигивал от увиденного, Крот поднялся и чуть пошатывающей походкой довольно шустро двинулся к Нике и положил ладонь ей на оголённое плечо.

Я вскочил, полный решимости пресечь наглые домогательства незваного гостя, но выпитый алкоголь не позволил быстро среагировать на умело подставленную подножку. И вот я лежу на полу, а надо мной стоят попаданцы и ржут во всё горло.

Подскочил Крот:

— Ну, что, королёк?! Деваха-то уже не твоя, а моя!

И тут по зале прогремел голос Бормана:

— Мужики, теперь я король! Разбирайте баб!

Я дёрнулся, чтобы встать, но в руках мужчины оказался «калаш»:

— Отдыхай!

И приклад начал стремительное движение к моей голове.

— Ваше Величие! Ваше Величие!

— А?.. Кто?.. — только отрывочными восклицаниями я и могу отреагировать на сильное покачивание моего тела. — А-а! Голова!

Пытаюсь приоткрыть глаза. Где я? Всё болит… Наконец, зрение фокусируется. Не понял… Кто меня перенёс в свою спальню? И почему я в ночной сороке лежу на полу?

— Где наёмники? — задаю вопрос Карпу, наконец переставшему меня тормошить.

— Кто? — удивлённо спрашивает лакей, позабыв, что согласно этикету монархам вопросы не задают.

— Бойцы из ЧВК.

— Чеве… Чего?

Вот дурень! И как такого балбеса Верёвкин смог мне рекомендовать? Впрочем, Римма ещё лучше.

Я сажусь на пол и прислушиваюсь. Тишина. Если не считать навязчивого шума в голове, конечно.

— Где захватчики, что на БТР прибыли?

— Захватчики? Бете… Чего?

— Дурак! — отвечаю в сердцах и пытаюсь подняться на ноги.

— Как же это вы с кровати смогли упасть, Ваше Величие?! — начинает причитать лакей. — За столько лет ни разу, и вот на теперь…

Не обращая внимания на бормотание сбрендившего Карпа, добрался до окна. Хм… Никаких БТРов не видно. Уехали куда?

— Где те люди, что вчера появились во дворце?

— Не знаю, — усиленно мотает головой слуга. — Никто не приезжал со вчерашнего вечера. Как Ваше Величие спать легло, так всё тихо.

«Это что же? Я видел сон?» — догадка как молния осветила мой разум. — «Сон! Вот, значит, почему некоторые вещи мне сразу показались странными!» — я босиком чуть ли не подбежал к наружным дверям и выглянул в коридор. Тишина. Лейб-гвардейцы стоят на своём посту, и лишь одиночные шаги раздаются со стороны лестницы. Уф!

Закрываю дверь и приказываю Карпу меня одевать. Это же надо было такой реалистичный сон увидеть! Или не сон? Я трогаю ноющее место на голове и обнаруживаю здоровенную шишку. Вряд ли её мог получить, свалившись с кровати. Странно.

— Как императрица? — задаю следующий главный вопрос.

— Сбегать и узнать?

— Пуговицы мне застегни и сходи, — киваю Карпу. — А Римма где?

— Ушёл за завтраком, Ваше Величие!

— Хорошо, — киваю, уже почти успокоившись.

Сажусь за стол и осознаю, то пока головная боль не пройдёт, вряд ли получится заняться делами. Так что же всё-таки случилось? Почему я упал с кровати? Или не упал? Вдруг, увиденное во сне произошло на самом деле, а Зевс опять сумел всё откатить? Нет, глупости! Просто я вчера так усиленно размышлял о книгах про попаданцев, и это вылилось в более чем странный сон. Чур! Чур меня!!! Не нужны мне никакие помощнички! Справлюсь в одиночку!

— Завтрак, Ваше Величие! — торжественно объявляет вошедший Римма с подносом. Бэрримор недоделанный…

— Поставь на стол и ступай!.. Сам справлюсь, — отмахиваюсь рукой, желая поскорее остаться в одиночестве. Не удалось. Вернувшийся Карп докладывает, то Ея Величие изволит завтракать в присутствии статс-дам. Отправляю и его «в сад», дабы спокойно собраться с мыслями.

А гложет лишь одна мысль: «Это был сон или нет?»

Так и не доев булочек, выхожу в коридор и спускаюсь в Малую залу. Пусто и прохладно. Хм… В сцене обеда с попаданцами температура не ощущалась. Интересно, где я упал из-за подножки?

Верчу головой, прикидывая, где должен был находиться стол, и начинаю осматривать пол, сам не понимая, зачем. Если всё происходило во сне, то тут никаких следов нет. Если же произошёл откат, — и совсем не важно, по воле Зевса или ещё каким образом, — то по идее следов тоже не должно остаться. Вот и узор паркета, который мне запомнился, когда рухнул лицом вниз. Правда, подобных тут много и нельзя с уверенностью сказать, что упал я именно тут, но весьма вероятно.

Приседаю и начинаю осматривать деревянные дощечки. Хм… Интересно, вот это тёмное пятно откуда? Паркет периодически натирается, а в обычные дни тут никто не ходит. Значит, появилось оно недавно. Засохшая кровь или нет? Была бы у меня ультрафиолетовая лампа, то ответ получил бы сразу. Каким другим средством можно воспользоваться?.. Перекисью водорода, в первую очередь. Ну, да. Сейчас возьму в аптечке несколько таблеток гидроперита и в воде размешаю. Ха-ха! Да, я давно подумывал поговорить с алхимиком Лином на эту тему, но в конце концов решил, что дел у него и без того хватает. Видимо, пришло время познакомить этот мир с электричеством и изобрести электролиз. Или всё-таки изобрести перекись, что должно быть проще. Надо вспомнить рецепт…

Поднимаюсь с пола и, оставив непонятное пятно в покое, отправляюсь к себе. Всё-таки следует подумать, как доходчивее можно объяснить Лину и Тесле понятие тока. То, что они удивятся, меня не волнует, поскольку за прошедшие годы привыкли и не к таким чудачествам. Может, вначале поговорить с учёными франками, осевшими в столице? Хм. Те точно удивятся и забросают вопросами, на которые замучаюсь отвечать.

С этими мыслями я добрался до кабинета и принялся составлять план предстоящей лекции, попутно радуясь, что нет в этом мире инквизиции!!!

***

Провозился я с текстом несколько дней, вспоминая опыты Майкла Фарадея, Алессандро Вольта и Ганса Эстерда и подготавливая материалы для их предстоящей демонстрации. Конечно же, моё очередное затворничество было воспринято окружающими, как и ранее: Елена Седьмая решила просто не обращать внимания, списав на рецидив прежних заскоков, а вот Ника, оттаявшая после нашего частого общения в последние месяцы, уже снова готова была обидеться. Поразительное сочетание ума и… Даже не знаю, как и охарактеризовать такую женскую эмоцию.