— И где-то королевство, коему он предназначен?

— Гётское королество.

— А там об этом знают? — прищурилась императрица.

— Пока нет, но мы можем помочь гётам сделать выбор. Только тогда придётся отказаться от замысла женить Теодориха на русской девушке.

— Продолжайте, — благосклонно кивнула маман

— В скандинавских государствах ещё не забыли о возможности выбора короля, так что если намекнуть тамошним аристократам о готовом кандидате, имеющим родственную связь с правящей династией, то они дело может выгореть. В том смысле, что у многих из них имеются дочери подходящего возраста.

— Почему бы тем аристократам самим не попробовать сесть на королевский трон?

— Пусть пробуют, — улыбнулся я. — Нам сейчас выгодно расшатать скандинавскую стабильность любым способом. Не факт, что в таком случае союз с Данией скоро затрещит, но если Теодорих займёт гётский престол, то уж точно.

— Хм… И что вы намерены для этого предпринять? Помнится, вы постоянно сетуете, что тайная служба малочисленна.

— Напишу барону Кгелейву, а он даст распоряжение своим агентам. Это выйдет быстрее, чем выискивать нужных людей во Владимирграде, да ещё учить тех гётскому языку.

— Допустим, — согласилась Елена Седьмая. — Но на это надо время.

— За месяц-полтора гонцы доберутся до Жемайтии. Дней десять у Кгелейва уйдёт на обдумывание плана. Примерно столько же понадобится на путь до Мальме. Итого два с половиной месяца. До предстоящего вторжения в Карелию более полугода. Времени целый воз и маленькая тележка при грамотном подходе! Кто-то из древних говорил, что осёл, нагруженный золотом, возьмёт любой город. Стоит ли напоминать, что из-за блокады Датских проливов мы каждый месяц теряем по нескольку таких ослов?

— Пишите своему Кгелейву, — оставаясь в некой задумчивости, кивнула собеседница. — Вы не раз утверждали, что на войне любые методы хороши. И не нам, слабой женщине, вас переубеждать.

— Сегодня же отправлю послание. А вы поговорите с франкским гостем и намекните, что стать королём всё же лучше, чем просто помещиком. К тому же два благодарных нам скандинавских короля предпочтительнее, чем один. Если удастся поддерживать между ними здоровое недоверие, то всегда можем предложить себя в качестве третейского судьи. Останется лишь повлиять на Данию и…

Императрица улыбнулась:

— Мы более не задерживаем вас, сын.

Я встал, поцеловал руку мамана и вышел.

Ну, что же… Замысел мой одобрен, да и в любом случае я всё равно бы начал воплощать его в жизнь. Конечно, о таком следовало задуматься ещё в прошлом году, и тогда план мог точно сработать, а вот теперь, несмотря на мой показной оптимизм, полной уверенности нет.

Хм… Может, отравить гётского королька, тем самым ускорив желаемый результат? Да, надо попробовать. Будут ли мучить ли меня угрызения совести? Я остановился и прислушался к внутреннему голосу. Нет, не будут. Совесть говорит, что не я начал эту войну. То, что сейчас происходит в Датских проливах — следствие немотивированной неприязни к России со стороны некоторых европейских монархов.

Странно, но за прошедшие века Империя ни разу не посылала свои войска на Запад, а в нас всё равно видят если не врагов, то недоброжелателей. И это несмотря на то, что правящая династия в каждом поколении берёт невест из западных государств! Я уверен, что если сделать анализ ДНК моего тела, то она почти ничем не будет отличаться от ДНК любого европейского государя. Это печально, конечно, но моей ответственности в сложившейся политической ситуации нет.

Может, действительно поискать невесту на Востоке? Вот только где? В Эране? Возможно, у шахиншаха и есть дочери подходящего возраста, но чисто визуально восточные девушки мне не очень нравятся. Они красивы когда молодые, а к годам тридцати выглядят так себе… Не все, конечно, но…

Впрочем, монархам обычно выбирать не приходится. Хорошо, что мой случай уникальный, а то бы просто поставили перед фактом, и живи с посторонним человеком всю оставшуюся жизнь, изображая счастливую семью. Хотя последнее и необязательно. Монарх должен править и иметь наследников, а его отношения с супругой никого не волнуют.

Я тяжело вздохнул и, войдя в свой кабинет, сел писать директиву Кгелейву. Надеюсь, всё получится к пользе России. А потом? Потом займусь детьми. Да и русско-хазарский словарь доделать надо.

Приближение долгожданного женщинами спортивного мероприятия стало ощущаться даже во дворце, поскольку многие в одночасье переоделись в лёгкую одежду и ходили с ракетками в руках. Забавно, что за день кое-кто мог вообще ни разу по волану не ударить. Почему же так вырядились? Ответ простой — солнце уже хорошо припекало, и придворным дамам и фрейлинам ходить в обычной многослойной одежде не очень хотелось. Точнее, не хотелось вообще, но довлеющие правила приличий соблюдать требуется, а спортивная одежда этим кодексом не регламентируется. Следовательно, можно.

Пару раз даже видел Настю Дивееву, но она шла в компании таких же девиц, и подходить я не стал, а то было бы интересно спросить, что тут делает. Пока размышлял об этом, ко мне подошёл граф Верёвкин с непривычным для него бледным видом.

— Уж не приболели ли вы, Николай Исидорович? Полноте! Вон, девушки даже в лёгкой одежде ходят и не простужаются, — показал я на стайку спортсменш.

Граф проследил за направлением, куда указывала моя рука и неожиданно покраснел.

— Хм… Вы ничего не хотите мне сказать? — реакция начальника тайной службы Империи меня изрядно удивила.

— Хочу, Ваше Величие! — выдавил из себя мужчина.

— Вот как?! Даже не «мессер»? Так говорите, граф! Что вы сегодня такой странный?

— Я… Мы… Я… — Верёвкин долго мялся, и это начало раздражать. — Прошу у Вашего Величия разрешения на брак!

— Разрешения кому? — не понял я.

— Нам… Мне, то есть… С Анастасией… С дочерью барона Александра Дивеева…

— Ха! — вырвалось у меня, и в горле тоже запершило. — Почему с ней?

— Ну… — граф стоял понурый как двоечник у школьной доски. — Любовь.

— Ага… — теперь и я не знал, как реагировать. — Это многое объясняет. Ладно… Любовь так любовь. Препятствий не вижу.

— Благодарю, мессер! — ожил мужчина. — Благодарю!!!

— Да, полноте! Можно подумать, я запрещал кому?! Совет да любовь… Или что там положено в таких случаях говорить?

— Позвольте откланяться?

— Да идите уже… — махнул я рукой, понимая, что как начальник тайной службы Верёвкин сейчас вряд ли полезен. И когда они успели?

Проследив за графом, ускакавшим молодым козликом, я тихо вздохнул. Повезло… Настя, в принципе, девушка неплохая, пусть и ветер часто в голове, но это с возрастом пройдёт и, если они притрутся, то всё должно быть хорошо. Вот только её работа в санитарной службе накрылась медным тазом, судя по всему. Жаль. Ладно, другие найдутся. Россия щедра на трудолюбивых и талантливых, вот только искать их надо днём с огнём.

Граф в это время уже успел выцепить невесту из стайки девушек и что-то ей с жаром нашёптывает. Вот она, — ещё совсем девчонка — даже запрыгала от восторга, но быстро справилась и начала озираться. Ага… Увидела меня… Ладно, не буду их смущать, пойду к себе.

Но до кабинета я дойти не успел, поскольку Ника спускалась с Олимпиадой на прогулку.

— Привет! Что нянек так мало с собой взяла? — спросил, бросив взгляд на последующих женщин, чинно идущих следом.

— Добрый день, Ваше Величие! Почему мало? Тут все, кто и должен быть при принцессе, — и, не дожидаясь ответа, продолжила спускаться.

И что? Мне бежать-догонять? И чего она такая неприветливая? Может, дни у неё… Не слишком ли часто в последнее время? Ведь каждую неделю не в настроении!

Собрался было продолжить подъём на второй этаж, но очередной спускающийся человек затормозил меня. Принц Теодорих пребывал в хорошем расположении духа, судя по его лёгкой улыбке.

— Здравствуйте, Ваше Величие! — изящно поклонился он. — Позвольте поблагодарить за переподчинение мне роты ваших солдат! И это даже хорошо, что они не гвардейцы, ибо, надеюсь, таковыми станут под моим командованием.