Возвращаясь к теме закупки шёлка, хочется выйти не на продавцов в Персии, а на тех, кто стоит в самом начале этой цепочке. Понятно, что работать непосредственно с китайцами моим купцам не дадут. Значит, следует наладить контакты с семьями или кланами, контролирующих распространение шёлка, и предложить им цену чуть более высокую, чем они обычно получают. Возможно, именно с ними и следует попытаться создать торговую компанию, которая и начнёт заниматься отправкой шёлка в королевства Восточной и Северной Европы. Но для этого придётся объявить о государственной монополии на подобную торговлю. Хорошо, что недовольных в Империи окажется немного, поскольку почти никто на Каспий караваны не отправляет.

А ещё можно и нужно заняться закупками индийских шерстяных и хлопковых тканей, благовоний, специй. Кстати, ситец и парча тоже родом с Востока. Нет, и в Европе производят хорошую материю, но она уступает восточным.

Тот же шёлк, оказывается, зависит от видов шелкопрядов, и качество готовой продукции сильно отличается. Материи из хлопка тоже ценны. Например, имеется тип газовой ткани, настолько прозрачная, что человеческая кожа просвечивает даже через семь слоев, обвевающих тело. И всё это разнообразие русские покупают с огромными наценками десятков перекупщиков!

Нет, булгарский вопрос надо решать быстрее. Как же не вовремя приходится отвлекаться на Жемайтию! Но это стратегическая необходимость, польза от которой прострётся на века, если только потомки не проср… не профукают, как это с восторгами и аплодисментами было сделано в двадцатом веке.

Помня, что предусмотрительность — предпочтительная стратегия, и вопреки большинству каноничных попаданцев, живущих по наплевательскому принципу «Будем решать проблемы по мере их поступления», я задумался над тем, что будет дальше. В смысле после победы над Булгарией. Понятно, что проблем навалится тьма, и все их мне просто не потянуть. Не вол же я, чтобы тащить всё, что ни положат в телегу! Скорее всего, надо будет думать об административном управлении новыми землями и последовать мудрому ромейскому принципу «разделяй и властвуй».

Не желая наступать на те грабли, на которых изрядно потоптались императоры Романовы, сдувая пылинки с Великого Княжества Финляндского, я пришёл к убеждению, что на новых территориях будет всё так же, как и везде в Империи. Вся Булгария, точнее, отошедшая к нам территория, будет разделена на губернии. К сожалению, города этого государства расположены довольно компактно, и некоторые административные центры придётся возводить с нуля. Думаю, что именно булгар следует привлечь к этому строительству, пусть они как строители довольно посредственны. Главное — приучить этих скотоводов к мысли, что жить можно и на одном месте.

Нет, я не стану пытаться коренным образом изменять мировоззрение людей, привыкших к кочевому образу жизни. В конце концов, кто кроме них будет усиленными темпами увеличивать поголовье породистого скота, коим мне хочется заполнить Империю? Всё-таки наши арендаторы, зацикленные на своём небольшом участке земли, почти неспособны думать о глобальных вещах. А вот полудикие скотоводы, меряющие успех жизни тучностью своих стад, как ни странно, мне видятся лучшими помощниками. К тому же, если я дам им, не безвозмездно, конечно, отличных коров и лошадей, то сильно повышу ответную лояльность.

И ещё одна мысль — без особой на то необходимости нет смысла форсировать естественное историческое развитие кочевников. Пример развалившегося СССР наглядно показал, что даже сто лет усиленной индустриализации народов, насильно вытащенных из полуфеодального состояния, мало что изменил в самосознании людей, веками живущих в юртах или строящих свои халупы из кизяка. Так зачем тратить деньги, насильно ведя полудиких людей к светлому будущему? Нравится им крутить коровам хвосты? Пусть крутят! Заниматься же насильным окультуриванием отсталых земель за счёт русских и уральских губерний не собираюсь.

Но сейчас я задумался не над этим. Что находится дальше на восток, за Булгарией? Кто там живёт, чем дышит, какие имеет виды на земли соседей? Это далеко не тривиальные вопросы. Понятно, что булгары, в силу своей самобытности, как-то сумели найти золотую середину и распространились лишь по территории, дальше которой их не пустили. Значит, там живут тоже сильные племена с которыми разбираться придётся уже Империи. И это тоже далеко не цивилизованные народы типа персов, ибо о них я что-то да услышал бы. Придётся узнавать и строить планы о жизни с будущими соседями.

Заманчиво, конечно мечтать, что дальше на восток живут мирные люди, по горло натерпевшиеся беспредела со стороны булгар, и они с облегчением воспримут весть, что беспокойные соседи отныне перестанут совершать набеги. К сожалению, всё может оказаться не так, и там окажутся ещё более дикие кочевники, от которых Империя взвоет ещё громче.

Может, и так. Но решать булгарский вопрос в любом случае надо будет. Прежняя жизнь долго продолжаться не может.

Мои наполеоновские планы о завоеваниях на Востоке прервал начальник Счётной палаты князь Сумароков Александр Сергеевич. Да, мне пришлось поискать именно князя на такой непростой пост, поскольку далеко не каждый граф сможет даже попытаться влезть в дела ведомств и министерств, во главе которых восседают родовитые аристократы.

— Добрый вечер! — ответно приветствовал я посетителя. — Рассказывайте!

— Дело одновременно простое и сложное, Ваше Величие, — начал издалека князь. — Простое в том смысле, что пришло время заняться чиновниками одного из многочисленных министерств. Сложное же, поскольку военные всегда находились на особом положении в Империи, и в их дела почти никто не лез, кроме того же министра финансов.

— Та-а-к… Уже интересно, — ободрился я и самолично налил собеседнику кофе. — Очень интересно. Каким образом и кого именно из подчинённых Виктора Павловича вы решили пощипать?

— Интендантов, — выдохнул Сумароков. — Это больная тема во всём мире, но приходится за неё браться, поскольку сами военные решить её или не могут, или не хотят. Я бы понял, будь в нашей империи ситуация, как во многих западных государствах, где интенданты не принадлежат к военному ведомству, а просто являются отдельной закрытой структурой в составе другой почти закрытой структуры, — князь развёл руками.

— Хм… Граф Литта, ожидаемо, будет совсем не рад вашему вниманию к внутренним проблемам своего министерства, но долго противиться не сможет, — начал размышлять я. — Он всей душой, как кажется, радеет за государство, но в военное ведомство не горит желанием кого-либо запускать, подобный псу, сторожащему курятник.

— Поясните, пожалуйста, Ваше Величие! — поднял бровь Александр Сергеевич.

— В курятнике могут происходить совершенно непотребные вещи, но псу до этого дела нет, раз хозяина всё устраивает. Так и с военным ведомством — оно работает, и это считается достойной причиной не трогать механизм, хотя там всё скрипит, и оттуда летят пух да перья вперемешку с навозом.

— Думаю, что понял, — кивнул князь. — И какую кость можно будет кинуть псу, чтобы он отвлёкся, пока мы будем пересчитывать снесённые яйца?

— Хм… — теперь настала моя очередь удивляться образному сравнению. — Конечно, можно просто приказать, но да, военные являются чуть ли не отдельным сословием в Империи. Они просто будут защищать честь мундира, вставляя палки в колёса. Следовательно, надо будет заинтересовать их тем, к чему они имеют слабость или влечение.

— Войной?

— Нет. Это чрезмерно. Надо что-то менее затратное и опасное, но не менее приятное.

Вечер прошёл в раздумьях.

***

Малый Совет уже подходил к концу, и мысли собравшихся министров перенеслись к предстоящему обеду, как неожиданно для всех я взял слово:

— Прошедшая война показала беспримерный героизм наших воинов и довольно слаженную работу министерства, возглавляемого графом Литта. Не обошлось, конечно, без всякого рода ошибок и просчётов, но в итоге мы победили, и это главное. Наши чудо-богатыри приобрели не только хороший боевой опыт, но и были неплохо награждены.