Тем временем, посиделки у нас дома буквально за пару недель стали чуть ли не традицией местной молодежи! Они даже начали носить с собой в гости выпечку и сладости, хотя это было и не принято. Все ведь прекрасно понимали, что угостить такую компанию непросто, а уж если она собирается в одном месте чуть ли не каждый день…

Разумеется, всю эту ораву нужно было развлекать. Не сидеть же три часа над чаем, жуя булочки и беседую об одном и том же по кругу. Нет, поначалу мы пробавлялись в фанты, которые здесь были довольно распространенной игрой. Однако, очень быстро приелись и они. Все-таки не так много воспитанные молодые люди могли себе позволить и все более-менее приличные и возможные фанты были перебраны, несколько раз повторены и, наконец, признаны не интересными.

Поэтому я поднапряглась, вспоминая, и предложила поиграть в Крокодила.

- Что это за игра такая, Крокодил? Даже представить не могу, как в это можно играть! – Возмутилась одна из близняшек.

Ну, я и показала. Поначалу, конечно, дело не клеилось. Все-таки здесь не привыкли к такому свободному общению девушек с парнями и откровенно смущались показывать что-то, боясь показаться смешными, недостаточно женственными или наоборот недостаточно мужественными. Однако, через какое-то время ребята так вошли во вкус, что в первый день рисковали остаться на ужин, а по местным обычаям оказаться у кого-то на обеде или ужине без предварительного приглашения считалось грубейшим нарушением правил приличия.

Потом была Мафия или, как  я обозвала ее в этом мире, Контрабандисты.

А потом… Нет, не новая игра. Потом количество моих гостей стало резко уменьшаться. С одной стороны, меня это даже порадовало, все-таки развлекать всю эту компанию почти каждый день было делом утомительным.

С другой – я знала, что ребята собирались прийти, и то, что они отсутствовали, не было их инициативой. Но все были живы и здоровы, а потому поводов волноваться я не видела.

Зато ни с того, ни с сего помрачнел дед! При этом ни в какую не признаваясь, в чем же, собственно, дело. Он стал раздражителен, часто с неудовольствием поглядывал на собирающуюся у нас компанию. А однажды на ужине после прогулки в городе, наконец не выдержал и высказал все, что его так нервировало.

- Нет, ну вы можете себе такое представить! – Он с остервенением жевал кусочек мяса, который только что с ожесточением отрезал. – Эти провинциальные недоаристократишки подходят ко мне и совершенно не стесняясь выговаривают, что моя воспитанница сбивает их сыновей с пути истинного! Они, видите ли, жениться на ней хотят и всю плешь им проели. А как они могут любимое чадо отдать в руки бедной мыши с кучей братьев на хвосте! – Он не выдержал и бросил столовые приборы на стол, став размахивать руками. - Видите ли ты, Лейла, так бедна, что тебя на лето пришлось пристроить к дальнему родственнику, тоже не блистающему родовитостью и зажиточностью! Это Я то?! Это ТЫ то?! Да если бы они знали, кто мы на самом деле, то уже в очередь бы стояли, чтобы попросить у меня твоей руки! Самодовольные индюки!

Так вот в чем дело! Наконец-то получила я объяснение всех странностей.

- Ну так это же хорошо! – С радостной улыбкой воскликнула я. От чего дед даже поперхнулся заготовленной фразой. – Или ты собирался выдать меня здесь за кого-нибудь замуж?

- Что? Породниться с этими индюками?! Да ни за что на свете! – Тут же отозвался дед Юркас.

- Ну вот и радуйся! В ином случае тебе бы потребовалось гораздо больше времени и нервов, чтобы отвадить их от дома!

Он явно задумался, а через некоторое время подобрал брошенные в запале приборы:

- Может, ты и права, девочка моя. В любом случае, до занятий осталось меньше месяца и скоро мы покинем это место. – Резюмировал он и принялся за ужин.

Однако, хватило деда еще только на полторы недели. А все потому, что к нему-таки начали приходить молодые люди с родителями, чтобы просить моей руки. Просто подойти ко мне или к деду желающий жениться парень не мог, так как по правилам за него просить мою руку должны были его родители или близкие родственники, при чем только у того, кто представлял мои интересы.

Но это полбеды, добил деда местный маркиз-вдовец, который и общался-то со мной пару раз от силы. Он пришел к нему один и с порога заявил, что моего приданого ему не надо! Более того, он сам готов дать за меня целое стадо местных баранов!

Ой, как же я хохотала, когда дед мне об этом рассказывал! А все потому, что в красках представляла, как дед с папахой на голове и дубцом в руке с гордым видом гонит это стадо в сторону столицы. Нет, в этом нет ничего плохого, но дед Юркас и стадо баранов на столько не сочетались в моем представлении, что не могли вызвать ничего, кроме улыбки.

- И что ты ему ответил? – Сквозь смех удалось-таки спросить мне.

Дед крепился и не смеялся из последних сил.

- Сказал, что он сам баран и послал пастись на местное пастбище.

Я захохотала с новой силой и дед просто не смог и дальше сохранять хмурое выражение лица, а потому смеялся со мной на пару.

Однако, отсмеявшись, сказал:

- Знаешь, Лейла, думаю, нам пора покинуть этот гостеприимный город и возвращаться в школу.

Признаться, не смотря на все перипетии и сложности, которые мне пришлось здесь пережить, это лето оказалось очень веселым, а скучать и рефлексировать, как порой в школе, у меня и вовсе не было времени. Потому Швех я покидала с грустью, а прощаясь с близняшками не смогла сдержать слез. Все же они оказались замечательными девушками и всегда меня поддерживали. Но больше всего меня порадовало то, что буквально неделю назад обе получили предложение руки и сердца от тех молодых людей, которые им особенно нравились и, которые до посиделок в нашем доме, на них совсем не обращали внимания.

Хуже то, что они искренне полагали, что мы обязательно встретимся вновь. И я была бы этому безумно рада! Однако, прекрасно понимала, что даже если когда-нибудь увижу их снова, то мне придется сделать вид, что я их не знаю.

Со всеми остальными, в том числе и с парнями, я попрощалась на званом ужине в честь нашего отъезда. Честно говоря, я до сих пор не понимаю, как в нашем доме пометились все желающие!

В тот вечер я услышала много лестных слов, в которых рефреном звучало, что я самая удивительная девушка, которую им приходилось встречать в жизни. Приятно, черт возьми!

А тот здоровяк, с которым при встрече мы предпочитали говорить о холодном оружии и Луций, которого покорили мои знания о шароголе, так и вовсе целый день пути провожали нас на лошадях, глядя на меня, как побитые горем щенки. Разумеется, они, как и все желающие, получили несуществующий адрес моего проживания и обещались чуть ли не каждый день писать письма.

Вот так и окончилась на этот раз моя эпопея с примеркой женского образа, потому что уже на следующей стоянке у профессора вновь появился ученик, которого он вез с летней практики обратно в школу.

Глава 25

- Нарим! Привет! Ты один? И почему так рано приехал? – Удивилась и безумно обрадовалась я, когда вернувшись после каникул и застала его в гостиной.

- Привет, Лей! – Обнял он меня в ответ, но тут же, смутившись, отступил.

Признаться, я тоже немного смутилась. Все-таки я уже успела подзабыть, что он очень симпатичный парень, а я-то как раз им и не являюсь.

- У тебя новая прическа? – Прервал он неловкое молчание.

- А? Да. Родственники настояли, что мне пора отращивать волосы. Все-таки для аристократов это обычное дело, ну а я попросил цирюльника сделать мне длинную косую челку. – И, немного помолчав, все же добавила. – Так можно хоть немного спрятать лицо.