Присутствующие благостно закивали, а вот военный министр немного напрягся, ибо знал моё отношение к походу в германские земли.

— Вот только мне кажется, что в массе своей награды были скудными. Не в том смысле, что воинов обделили, конечно… — я обвёл взглядом присутствующих. — Мне хотелось бы затронуть тему самих наград. Во всех европейских державах солдаты и офицеры надеются, как правило, на вовремя выплаченные деньги по контракту и на долю в добыче. Поскольку в России обычные воины и офицеры претендовать на трофеи не могут, то и особой мотивации проявлять героизм не имеют, как мне думается. Да, по итогам той или иной военной компании все иногда получают памятные медали, но ввиду массовости награждения это представляется обычным делом.

Министры не сводили с меня заинтересованные взгляды.

— Предлагаю отойти от этой практики и кроме памятных медалей упорядочить выдачу солдатам награды за конкретные деяния, проявляемые на полях сражений, как это было у древних эллинов и ромеев, когда, к примеру, первому поднявшемуся на стену осаждённого полиса полагался венок особой формы. Были награды и попроще в виде фиал и фалер. Почему бы нам не развить древнюю традицию? Медаль за проявленную отвагу, за спасение командира из опасной ситуации. Да мало ли ещё какие подвиги совершают наши воины!

— Не могу не согласиться, — поднялся военный министр, — с таким предложением. Но всё упирается в финансы. Бюджет определяется заранее, да и войны случаются далеко не каждый год. Мы не можем начеканить медали и хранить их до удобного случая десятилетиями.

— Скажите, граф, — начал я в ответ. — Вы видите проблему в финансировании или в долгом хранении упомянутых наград, которые неизвестно когда будут выдаваться и будут ли вообще?

Министр не ожидал этого вопроса и завис на некоторое время.

— В первом, Ваше Величие.

— Раз так, то надо лишь найти источник поступления денег. Я, разговаривая с вернувшимися из западных земель военными, часто слышал от них, что будь снабжение более… э-э-э… оперативным, то победа произошла бы намного раньше. Многие считают, что некоторые интенданты греют руки на поставках. Иными словами, имеются примеры банального воровства. Как вы, граф, считаете, сие зело вредно для вашего ведомства?

— Да, Ваше Величие, — вынужден был согласиться Литта. — Мы с этим, конечно, боремся и стараемся выявлять, но людей не хватает.

— Раз так, — улыбнулся я, видя как министр попался в расставленную сеть, — то присутствующий Александр Сергеевич поможет вам навести порядок, поскольку его подчинённые как раз и научены выискивать разного рода хищения. Выявленные нарушения будут наказываться, а часть возвращённых средств направится на чеканку орденов и медалей. Следовательно, кроме наведения порядка ваше министерство получит и источник финансирования чеканки наград, точнее, последние.

— Да моё ведомство и само справится без помощников, — пошёл на попятную военный министр.

— Я не понимаю вас, граф, — сделал я недоуменное лицо. — Вы только что сказали при всех, что не можете избавиться от нечистых на руку подчинённых, поскольку людей у вас не хватает. Неужели мы тут все ослышались?

Наступила тяжёлая пауза, которую Литта не горел желанием нарушить.

— Хорошо, — произнёс я. — Раз вопрос с деятельностью представителей Счётной палаты не вызвал аргументированного отказа, то давайте приступим к предварительному обсуждению моего первоначального вопроса, а именно о видах наград. В общем, конечно, поскольку времени осталось мало.

Присутствующие закивали, поскольку смотреть на растерянного военного министра, прилюдно севшего в лужу, никому не хотелось, да и обед не за горами.

— Думаю, что награды должны быть не только для военных, но и чиновников. Более того, нельзя исключать и возможности их получения обычными людьми, не состоявшими на какой-либо службе. Кое-что из этого уже было введено, но результат недостаточный. Мне видится потребным пересмотреть перечень всех чинов, уровнять их с существующими классами чиновников и представителей придворной службы, и определить, каким чинам и классам ордена и медали будут положены. К примеру, награду, которой может быть награждён человек, имеющий пятый класс, не может получить представитель десятого класса. Или же, применительно к военным, сержант не может получить офицерскую награду. Мы уже как-то посвящали заседание вопросу статута государственных наград, и все были за, но воз и ныне там.

Члены Малого Совета глядели широко раскрытыми глазами.

— Нет, — в очередной раз улыбнулся я. — Как было сказано, подробности мы не будем обсуждать, а вот к следующему собранию буду ожидать проект данного списка. Предлагаю назвать его Табелью рангов, дабы сразу было понятно, о чём идёт речь.

Все, включая императрицу, расслабились, поскольку никто не хотел надолго задерживать свой обед…

***

Потребовалось аж два заседания Малого Совета, чтобы выработать устраивающую всех Табель рангов. Решили, что классов будет двенадцать, а награды положенные им, будут как серебряные, так и золотые. Медными станут награждать нижние чины и простолюдинов. В некоторых случаях медали и ордена решено сделать внеклассовыми или только двух видов, наподобие недавно введённой медали для женщин.

Показательно, что граф Литта настаивал на различии наград для военных и гражданских. Пришлось согласиться, но не совсем так, как это видел военный министр. Малый Совет, с моей подачи, конечно же, решил сделать некоторое различие в орденах, дабы было видно, получили ли их на поле боя или нет, — «мечи». Дополнительно было введено специальное отличие в случаях, когда человек должен получить высокую награду, которая лично ему по чину не положена, — специальный бант, прикрепляемый к предыдущему по статусу ордену. Бант можно давать и в том случае, если по статуту человек должен получить второй такой же орден.

В схожих случаях, когда хочется наградить более значимым орденом, но такового не имеется, то к близкому по статуту станут прикреплять «дубовые листья». К высшим государственным наградам будет положена лента через плечо. Каждому такому ордену будет назначен соответствующий цвет. Дабы избежать одновременного появления нескольких лент, носить следует лишь ту, которая положена наиболее значимой награде.

Члены Малого Совета уже почти обо всём договорились и начали успокаиваться, когда императрица решила подкинуть дровишек:

— Господа, вы всё хорошо разрешили в отношении соответствия военных, морских-речных, придворных и светских чинов, но совсем не учли научные. Нам недавно донесли о возмутительном случае, что некий лейтенант устроил чуть ли не драку с одним из франкских профессоров. Хорошо, что обошлось, ибо сие могло бы плохо отразиться на желании других учёных перебраться в Россию. Имей у нас доктора и прочие магистры классные чины, то, думается, подобное вряд ли случилось.

— Думаю, что этот вопрос решить следует. Конечно, доктора не могут быть приравнены к генералам, но дворянское достоинство иметь должны, — добавил я обомлевшим министрам. — Иначе нелогично получается, когда человек, проучившийся многие годы, защитивший диссертации и работающий на благо государства может быть унижен любым молодым малограмотным дворянчиком, никогда ни где не служившим, но имеющим в родительской мошне сумму, достаточную для покупки офицерского патента.

Поскольку никто из министров не решился высказаться первым, мне захотелось продолжить свою мысль:

— Что касается дворянского достоинства, то, возможно, следует ввести понятие личного дворянства, которое не может быть передано детям по наследству и не заносится в родословные книги. Таким образом, мы дадим способным людям из простых сословий мотивацию стремиться всеми силами служить государству, — я посмотрел на военного министра. — Говорят, что плох тот воин, который не желает стать генералом. Думаю, это изречение справедливо и в других случаях.

— Но, Ваше Величие, — послышались возмущённые голоса. — Но так любой кухаркин сын…