Конечно, вы можете сказать: но ведь как-то же женщины этого мира справляются? Супер! Точно! Как же я об этом не подумала! Справляются! Но как?! Как, блин, они это делают?
И снова эти липкие противные штаны ощущаются на теле, а глаза мозолит чертово пятно!
- Отчего ж ты у мамы Малики ничего не спросила, дура! – Сама себе под нос то ли шептала, то ли возмущенно пищала, я. – Да потому, что считала, что еще маленькая, успею приобщиться к этому нехитрому знанию! Потом как-то совсем не до того было, а сейчас? – Не выдержав, я выругалась, как самый заправский матрос.
- Лей! – Раздалось прямо за дверью. – У тебя все в порядке?
- Да! – Срывающимся голосом тут же ответила я и начала судорожно стаскивать с кровати простынь, заметив при этом, что матрас, слава Всевышнему, остался практически чистым.
- Точно? Можно мне войти? – Настойчиво спросил Зарух.
Мать моя женщина! Я застыла посреди комнаты с перепачканной простынью в руках и истерично выкрикнула.
- Нет! Подожди!
- Лей, я же слышу, что что-то не так. Все! Я вхожу. – Упрямо ответил Зарух.
Я же стояла посреди комнаты, смотрела, как опускается ручка двери и паниковала так, как никогда в жизни! Вы когда-нибудь смотрели фильмы ужасов? Когда какая-то хрень вот также начинает тянуть ручку двери вниз, а герой зная, что там за дверью вовсе не дед Мороз с подарками, вместо того, чтобы бежать сломя голову куда угодно, да хоть в моем случае в умывальню, стоит и тупо пялится на эту долбаную дверь!
Вот так и у меня. Я просто физически не могла сдвинуться с места! Ноги будто приросли к полу, а глаза, неотрывно следили за меееедленно, как в замедленной съемке, опускающейся ручкой.
Клац, клац! Ручка несколько раз опустилась вниз, но дверь так и не открылась. А ведь до меня только сейчас дошло, что я уже даже не думая, по привычке, каждый раз на ночь закрываю свою дверь!
От облегчения у меня чуть ноги не подкосились. Я судорожно втянула носом воздух и поняла, что до этого практически не дышала.
- Лей! Лей! - Тут же раздалось за дверью. – А ну открывай, а то я выбью эту чертову дверь! – Саданул он по ней ладонью.
- Да чего ты на нее так взъелся? – Прокричала я. – Подожди минутку, я оденусь и открою!
А сама, наконец, отлипла от места, на котором стояла, и метнулась в умывальню, где шустро запихнула простынь куда подальше. Сняла с себя грязные штаны, дрожащими руками разрезала их на тряпочки лежащими тут же ножницами, наспех обмылась. Снова выскочила в комнату, нашла подштанники, которые здесь заменяли мужчинам трусы. Одела, предварительно воспользовавшись нарезанными тряпочками, свернутыми в несколько слоев. Метнулась было к кровати, чтобы прикрыть матрас одеялом, но услышала, как Зарух начинает долбить в дверь, отчего та стала ходить ходуном.
- Зарух! Стой! Я открываю! – Закричала я и, одернув как можно ниже верхнюю часть пижамы, проверила иллюзию и открыла дверь.
За ней уже стояли все, кто в это время был на этаже. А на этаже ранним утром были все, кто здесь жил. И эти все в этот момент пялились прямо на меня.
- Чего стоим? Кого ждем? – Агрессивно спросила я, пряча за этим свое смущенное взвинченное состояние и стараясь не обращать внимание на бешено бьющееся сердце.
- Ты это вот у него спроси. – Посоветовал мне кто-то из старших и подтолкнул ко мне Заруха. – Ладно, ребята, расходимся. Тут малышня чудит по утру.
- Ты им скажи, что если еще раз такую побудку устроят, то пусть потом не обижаются. – Раздалось где-то сзади.
- Сам скажи! – Раздалось уже с другого конца гостевой комнаты.
Наконец, все, кроме моих друзей, разошлись. А я, наконец, отступила от двери, чтобы пропустить их внутрь.
- И как это понимать, Зарух? – Возмущенно уставилась я на него.
А этот ненормальный сначала осмотрел все углы в комнате, а затем выдохнул, расслабляясь, и выдал:
- Да так, мне показалось, что у тебя кто-то в комнате находится и ты с ним ругаешься.
- И что? – Не поняла я.
- И то! Думал, помощь нужна.
Я уставилась на него, как на ну очень «умного» парня и сказала:
- Аааа. Ну тогда все понятно.
- Угу. – Раздалось совсем рядом скептическое от Нарима. – Сразу так понятно все стало…
- Я тоже удивляюсь. – Почесал затылок Рыжий. – А чего ты панику-то поднял? Ну ругался он и что?
- Я же сказал, что думал, будто в комнате есть кто-то еще! – Начал раздражаться Зарух.
- И что? Если бы что случилось, он бы сам позвал на помощь.– Рыжий, как и мы все никак не мог понять логики парня.
- А то! – Окончательно разозлился он. – Что вы еще малолетки несмышленые и даже представить себе не можете, что пронеслось у меня в голове, когда я услышал какие-то то ли стоны, то ли причитания, то ли ругательства из комнаты вот этого! – И, ткнув в меня пальцем и вышел из комнаты, хлопнув дверью. От чего та, кажется, даже завибрировала.
А я стояла и со скрипом соображала, что же он имел в виду, а когда сообразила, что он вообразил, будто тут надо мной могли совершить насилие, то еле сумела протолкнуть комок в горле. Это ж что этому парню пришлось в жизни увидеть или пережить?
- Ладно, ребят. - Как-то враз севшим голосом, проговорила я. – Давайте уже собираться, а то занятия скоро.
Сказать-то сказала, да и мальчишек выпроводила, но вот что делать дальше самой так и не решила. Нет, то, что мой удел вот эти нарезанные тряпочки менять – это понятно. Только это ведь очень ненадежное средство, да и крепить его особо не на что. И если кто-нибудь что-то заметит, то хана моему маскараду. А может, здесь все же придумали что-нибудь поэффективней, а я тут сижу и ерундой страдаю вместо того, чтобы кого-нибудь спросить? Ага, только кого? Женщин в замке практически нет, да если бы и были, то как я у них буду спрашивать о столь интимных вещах? Будь я девочкой, то еще ладно. А так представьте себе картину: подходит к ним мальчишка и спрашивает, как, мол вы при менструации выкручиваетесь? Ага, чувствую послали бы меня далеко и надолго. У профессора спросить или деда? Так мало того, что со стыда сама сгорю, так еще и их в неудобное положение поставлю. Что-то я сомневаюсь, что они спецы в этой области. Остается только лекарь. Ему вроде как и по должности это знать положено, да и обращаться к врачу в такой ситуации по-моему самый верный путь.
Только вот Дон-Кихот-то не в курсе моих особенностей. Вернее, того, что я девочка. И как отреагирует – большой вопрос. Хотя, если так подумать, то у него ведь у самого племяшка, о которой он жутко волнуется, может и поймет. Да и выдать не должен, ведь я помогла спасти ее от безумия и смерти. И ведь чем дальше, тем нужнее мне будет лекарь, который будет в курсе моих проблем.
Решившись, наконец, хоть на что-то, я отправилась в лекарское крыло, где и нашла Дон-Кихота.
- Доброе утро. – Поздоровалась я с мужчиной, который в это время пил чай.
- Доброе. – Немного удивился он. – Что-то ты сегодня рано. Что случилось?
- А хотите, я вам кофе сварю? Вкусный, я умею. – Непроизвольно, стала я оттягивать момент, так сказать, истины.
Брови мужчины поползли вверх.
- Ну, попробуй. – Наконец ответил он и, указав рукой в сторону ящичка, что стоял около горелки, сказал. – Там все есть.
- Угу. – Уже ковырялась я в его недрах, доставая недавно смолотый кофе. Разумеется, никаких других специй у лекаря не оказалось, но и так должно получиться вкусно.
От запаха кофе у меня даже слюнки потекли. Все-таки давненько я его не пила. Крайний раз где-то с месяц назад в гостях у Фатимы с матерью. В комнатах-то любые горелки держать запрещают, а на кухне повар мне разве что овощи чистить доверяет, когда очередной раз провинюсь, не подпуская к плите ни под каким соусом.
Там же, в гостях у Фатимы, я и узнала, что наш лекарь совершенно не умеет варить кофе. Вот, кажется, и делает все правильно, и руки у него на месте, только почему-то кофе у него получается отвратным. Поэтому он предпочитает пить этот напиток только у сестры, ну или редко, когда совсем в сон клонит, а надо быть бодрячком, бадяжит, а по вкусовым качествам получаемого напитка по-другому и не скажешь, себе кофе сам.
