— Давай выйдем из кабака, на улице поговорим, — предложил искатель главе патруля, обернулся к роптавшим посетителям и громко произнес: — Сообщество искателей встает на защиту… — Он замялся, не зная, как меня зовут, и тут из зала полетело:
— Менестреля!
— Магистра!
— Птички!
— Эйлин эль Бланк! — попыталась докричаться до искателя я.
— Наше Сообщество встает на защиту магистра Птички! — наконец произнес Хорас, и у меня от возмущения даже рот приоткрылся. Как так-то?! Почему из всего услышанного он выбрал именно это слово?! — Прошу подождать здесь и не мешать переговорам! Я все сказал.
В зале одобрительно загудели, и мы беспрепятственно вышли на улицу. Из чего я сделала вывод, что Сообщество искателей в Приграничье имеет немалый вес, а этот человек может говорить от его имени.
Когда за спиной последнего стражника закрылась дверь кабака, Кранс спросил:
— Хорас, так что ты здесь забыл?
— Встреча у меня сегодня назначена. Только человечек этот сильно опаздывает. А ты чего к девочке прицепился?
— Так она нарушительница магического спокойствия, — развел руками стражник.
— Она что, сделала что-то плохое?
— Не сделала.
— Кого-то убила, ранила, что-то разрушила?
— Не разрушила, — вздохнул Кранс. — Но закон для всех одинаков.
— Так-то оно так, но знаешь, что мне кажется, Кранс? — Глава патруля сощурился, но промолчал. — В Приграничье ведь как…
— Как?
— Ценят у нас хороших людей, понимаешь? У нас без этого никак. Тебе ли не знать? Все ведь как на ладошке. — Он показал свою лопатообразную конечность, а потом медленно сжал ее в кулак и весомо произнес: — Очень ценят. А эта девочка — хороший человек. Я лично за нее ручаюсь.
Кранс остро глянул на меня, на искателя и кивнул ему, приглашая отойти чуть в сторону.
Я так и осталась стоять в клине стражников, не представляя, чем закончатся эти странные переговоры. Нервы были натянуты, как канаты.
И в этот момент кто-то невидимый тронул меня за плечо…
Как я не закричала — не знаю, но тряхнуло меня знатно. Стражники даже с опаской на меня покосились и немного отошли подальше от припадочной. Но тут я услышала шепот над ухом и после первых же слов от облегчения чуть не села прямо на тропинку — ноги еле удержали. Только руку на грудь все же положила, пытаясь удержать рвущееся наружу сердце.
— Это магистр эль Мейр. Не кричите, Эйлин, и сделайте лицо попроще, а то стражники уже нервничают.
Как же в этот момент мне хотелось высказать этому боевику все, что я о нем думаю! Вот прямо из сердца рвалось! Но приходилось соблюдать конспирацию. Этот жук применил сильное заклинание невидимости. Даже магические потоки вокруг него почти не искривлялись, а это признак мага высокого класса. Очень высокого. Что он с такими умениями забыл в захолустной академии Приграничья?! А вот тонкий аромат мужского одеколона я все-таки ощутила. Недоработка. Запах может выдать не хуже следов на снегу.
Я нахмурилась и снова принюхалась. Почему мне кажется, что эль Мейр раньше пах по-другому?
— Не переживай, если у искателя не получится договориться, мы в любом случае тебя вытащим. Нечего тебе делать в участке. Главное, не делай больше глупостей.
Мне очень хотелось его спросить: «Я похожа на идиотку?» Но после сегодняшних событий уже не была так сильно уверена в обратном. А еще мне очень не понравились его слова насчет того, что меня все равно вытащат. Как-то слишком угрожающе это прозвучало. И кто эти загадочные «мы»?
Но сейчас было не до того, чтобы этим интересоваться, мне очень нужно было узнать, о чем же в сторонке тихо беседовали искатель и начальник патруля. И решив, что я уже и так нарушила все, что только можно, да и не в помещении уже, скастовала заклинание подслушки, можно сказать, лишь слегка зацепила поток магии воздуха. Это вроде бы и просто сделать, но не каждый с таким справится — действовать нужно очень тонко.
— …Хорас, я с тобой согласен, но пойми — колебания фона засекли не мы. Дежурный уже внес соответствующую запись в журнал дежурств, и с меня потребуют отчет о задержании. Я не спорю, девочка хорошая и песня тоже, но я не могу рисковать карьерой, — говорил Кранс.
— А если дежурный сотрет ту запись из журнала? — прозвучал вкрадчивый голос Хораса.
— То, что туда записано, уже не стереть, — с досадой ответил стражник. — Магия.
— А если он просто забыл о заявлении, которое вечером принес ему кабатчик насчет сегодняшнего выступления? Завалялось оно у него где-то. Бывает.
Стражник помолчал.
— Это пахнет выговором и лишением премии…
— Так ведь он не зря пострадает. — Я услышала, как отчетливо звякнул мешочек с монетами. — И вы с ребятами выпьете после смены. — Еще один звяк. — А забывчивый кабатчик уже через полчаса принесет вашему магу заявление, которое у того завалялось среди бумаг.
Начальник патруля несколько секунд помолчал, действуя мне на нервы.
— Хорошо, Хорас. Думаю, наш маг не постесняется признать свою неправоту и отыщет завалявшееся заявление.
Хорас похлопал стражника по плечу:
— Спасибо, Кранс. Ты же понимаешь, незачем девочке такая запись в личном деле. Она еще молодая совсем, а жизнь длинная.
Начальник патруля неопределенно пожал плечами и гаркнул своим стражникам (я еле успела убрать подслушку, чтобы не оглохнуть):
— Ошибка вышла! Было заявление. Наш маг его нашел и прислал мне вестника. Отпустите магистра. — Стражники облегченно выдохнули и, потоптавшись немного, пошли к выходу со двора кабака. Кранс же подошел ко мне и внезапно склонил голову. — Я рад, что все закончилось именно так. Никогда раньше не слышал и не видел такого исполнения. Прощайте и не магичьте там, где это запрещено.
Я слегка заторможенно кивнула:
— Спасибо.
— Пойдем, Птичка! — оказался рядом улыбающийся Хорас.
— И вам спасибо. — Я снова прижала руки к груди, но уже в жесте искренней благодарности. — Не знаю, как вас и благодарить…
— Споешь мне еще раз эту песню про менестреля, и мы в расчете. Идет?
— Идет… — все так же растерянно кивнула я и спохватилась: — То есть нет! Вы же им сейчас столько золота заплатили…
— Магистр Птичка, — прервал меня искатель, нахмурившись. — Я же из лучших побуждений. Давай не будем о золоте.
Я неуверенно улыбнулась, понимая, что сегодня стала должницей. Но как я смогу отплатить этому человеку? Не знаю. Жизнь покажет. Но обязательно сделаю для него что-нибудь хорошее.
— Спасибо, — снова искренне поблагодарила я.
Хорас похлопал меня по плечу и усмехнулся:
— Пошли уж. Там нас уже, наверное, заждались. Я удивлен, что никто не ломанулся следом.
Я тоже была удивлена, что за нами не последовали даже мои адепты. Честно говоря, я была уверена, что, несмотря ни на какие запреты, они пойдут за мной, но нет.
Все прояснилось сразу после того, как мы вернулись в кабак. Перед самой дверью спиной к нам стоял, широко расставив ноги, магистр эль Мейр и, сложив руки на груди, буравил застывших напротив него адептов нехорошим взглядом.
— Вернулись! — заорал первым увидевший меня Кайл.
— Да! — подхватили другие, и кабак содрогнулся от общего ликования.
— Празднуем! — снова закричал Кайл.
Леон и Рэй оттерли боевика в сторону, подхватили меня под руки и одним махом усадили другу на плечо. От неожиданности я не на шутку перепугалась и так вцепилась в волосы Кайла, что он зашипел, но тут же заорал:
— Пива магистру!
— Пива искателю!
— Всем пива!
А потом Рэй заорал уже снова появившимся на сцене музыкантам:
— «Искателя» давай!
Народ в кабаке одобрительно загудел:
— Хорас — наш герой!
— И магистр Птичка!
— Да!
Все это время я сидела на плече Кайла, смотрела на счастливые лица людей, радовалась вместе с ними своему освобождению и думала, что Приграничье оказалось совершенно не таким, каким рисовалось мне раньше.
В этот момент мой взгляд встретился с насмешливым взглядом боевика, и меня словно молнией с макушки до пят пробило. Улыбка застыла на губах, а в голове появилось осознание: если магистр эль Мейр все это время сдерживал адептов в кабаке, то кто на улице шептал мне о том, что все будет хорошо?
