Кажется, он рыкнул, а потом…

— Я же говорил, что она уже проснулась-то! — жизнерадостно хлопнув дверью, заявил Ё-ё в образе ежа и взобрался к нам на кровать. — Мать моя ежиха, Марсель, у тебя зрачок вертикальный. Это нормально-пф? — внезапно отпрянул он, встретившись взглядом с моим изрядно разозлившимся драконом.

«Ё-ё, если бы ты так ввалился в мою спальню, когда я там со своим мужем, ты бы не только мой вертикальный зрачок увидел, — укоризненно вздохнула Моника и тоже забралась к нам на кровать. — Простите нас, но я не смогла его удержать, когда он почувствовал, что Эйлин проснулась».

— Что значит — ввалился бы, когда ты с кем-то там была бы? — вытаращил еж на нее глаза.

«Не с кем-то там, а с мужем», — ткнула она пальцем ему в лоб.

— Каким еще таким мужем?!

«Ё-ё, это было гипотетическое допущение», — закатила глаза Моника, но я увидела, как хитро блеснули у нее глазки.

— Гипотетическое, фигаристическое-пф, — запыхтел еж, как чайник. — Что ты там себе придумала насчет мужа-то? Я чем тебе плох-пф?!

«Ты всем хорош, но свадьбы не было».

— Моника, зачем тебе свадьба-пф?! Ты крыса, а я еж! Нам не нужны человеческие свадьбы!

«Во второй ипостаси мы почти люди. А я, может, всегда мечтала пойти к алтарю или источнику в белом платье».

— Что за странные хотелки, Моника-пф? Да даже у Эйлин не было белого платья! — всплеснул лапками Ё-ё.

Я нахмурилась. А ведь и правда… У меня не было белого платья, и фаты, и красивого букетика, и... Да даже кольца — и того не было! Хотя мне все это и не очень-то нужно, но все же…

Мы с Моникой понимающе переглянулись. Почему-то стало обидно и за нее, и за себя.

— Ё-ё, ты бы заткнулся, что ли, — сузил глаза Марсель. — Если твоей женщине нужно белое платье и фата — вынь их да положь, понял? Мы с Эйлин обязательно сыграем еще одну свадьбу в землях людей. Ведь правда? — И посмотрел на меня.

А я подумала, что муж у меня просто замечательный. Нет, самый лучший! Счастливо улыбнулась и потянулась к нему за поцелуем, но услышала стук в дверь.

— Похоже, понежиться в постели у тебя не получится, — пряча за натянутой улыбкой разочарование, произнес Марсель.

— Конечно нет! — тут же произнес Ё-ё. — Там все уже извелись! Конечно, они хотят видеть Эйлин. Так что давай, — он похлопал меня по руке, — вставай, умывайся, а мы с Моникой пойдем обсуждать нашу будущую свадьбу. Муж я или так, еж мимопроходящий? — И поспешил к двери.

«Еще не муж, но мне нравится направление твоих мыслей», — довольно потянула носиком Моника и последовала за ним.

Когда они скрылись за дверью, лицо Марселя внезапно стало серьезным и даже недовольным:

— Наместница тебя тоже ждет. Хочет поговорить.

Я скривилась и, не скрывая раздражения, ответила:

— А вот она последняя, кого я хотела бы видеть.

— И все же она не чужой тебе человек, — внезапно вступился за нее Марсель.

Меня эти слова возмутили так, что я аж подпрыгнула на кровати:

— Марсель, она пыталась тебя убить! Понимаешь?! Из-за нее ты чуть не погиб в источнике!

— Ну не погиб же, — пожал он плечами. — Благодаря тому несчастному случаю я многое узнал о прошлом своей семьи и получил вторую ипостась. Но не это главное. — Муж взял меня за руку и посмотрел в глаза. — Я не собираюсь ей прощать покушение на меня, но хочу, чтобы ты взглянула на произошедшее немного под другим углом.

— О каких углах ты говоришь?! — горячилась я, не желая ничего слышать.

Выдернула из его ладоней свою руку и слезла с кровати. Схватила пеньюар, нервно накинула его на плечи и собралась идти в ванную.

— Эйлин. — Марсель подошел, обнял меня со спины, хотя я и брыкнулась, и поцеловал меня в макушку. — Давай я расскажу тебе одну интересную историю, а потом ты сама решишь, стоит тебе разговаривать с бабушкой или нет. Можешь мне не верить, но я даже обрадуюсь, если ты продолжишь упорствовать. Но я обещал, что поговорю с тобой и кое-что объясню.

— Ладно, рассказывай, — преодолев внутреннее сопротивление, согласилась я и повела плечами.

Воспоминания о том, как я чуть не потеряла Марселя, были еще слишком сильны, и я не представляла, что такого он может мне поведать, чтобы я изменила мнение об этой женщине.

Марсель тем временем сел на кровать и, потянув меня следом, усадил к себе на колени, крепко обнял и вздохнул:

— Ты ведь знаешь, что у древних рас есть проблемы с выбором спутника жизни и рождаемостью?

— Знаю, — буркнула я и, внезапно осененная нехорошей догадкой, широко раскрыла глаза и посмотрела на Марселя. — А у нас с тобой… Мы же… У нас же…

— Не переживай, — улыбнулся и поцеловал меня в кончик носа он. — У нас с тобой все как раз очень хорошо. Если бы не это, я бы навсегда остался животным без проблеска человеческого сознания. Но об этом мы поговорим чуть позже. Давай вернемся к Жозефине…

— Жозефине? — Я удивленно посмотрела на Марселя.

— Да, так зовут наместницу. И твою бабушку по совместительству. Так вот, когда-то она очень долго не могла найти того, с кем смогла бы создать семью и родить продолжателей рода. И разумеется, людей она на эту роль даже не рассматривала. Но однажды король Ремара решил, что пора потихоньку налаживать связи с Пустошью. Собственно, по разным причинам такие мысли возникали у многих монархов нашего королевства, но выходило плохо, а в тот момент как раз получилось договориться о проведении более детальных переговоров, и король отправил в Пустошь делегацию.

— И там она встретила человека, который ей подошел? — догадалась я.

— Да. Притяжение было взаимным. Мужчина даже обещал вернуться после того, как передаст все королю, но… — Марсель многозначительно умолк.

— Он не вернулся? — предположила я.

— Мало того, спустя довольно короткий срок он женился. И его ребенок от законной жены родился всего на полгода позже девочки, которая родилась здесь, в Пустоши.

— И кто был этим мужчиной? — нахмурилась я, припоминая высокие рода королевства.

— Тогда он был нашим принцем… — многозначительно посмотрел на меня Марсель.

— А теперь это наш король, — медленно проговорила я. — И насколько я помню, тот брак позволил избежать войны с соседями.

— Да, там была мутная история, связанная с серебряным рудником на границе королевств. Его старший брат, к сожалению, уже был женат, и роль жениха перешла к младшему.

— Это который вместе с женой погиб в горах при обвале? — вспомнила я уроки истории.

— Да. Но тогда он еще был жив, и, как мне кажется, именно поэтому у тогдашнего принца были все возможности вернуться в Пустошь, что он и обещал Жозефине. Но случилась та история, и неожиданный брак позволил избежать кровопролития.

— Наместница, как никто другой, должна была понять коро… возлюбленного. — Почему-то даже вслух произносить то, что у бабушки была любовь с нашим королем, было неудобно.

— Как раз это и не так. — Марсель посмотрел на меня с сожалением и пояснил: — Разница в менталитете. В Пустоши этого не понимают. Здесь жениться без взаимного притяжения просто незачем. Зачем заниматься слиянием капиталов, если их некому будет передать? Конечно, разумом твоя бабка все понимает, но глубокая обида и ощущение предательства от этого никуда не деваются. Тем более что все это исходило от человека. А тебе прекрасно известно, как в Пустоши относятся к людям.

— Получается, он только укрепил ее во мнении, что люди способны лишь на предательство? — посмотрела я на Марселя с сожалением. — И любые переговоры, как я понимаю, заглохли.

— Да, о том, чтобы о чем-то договариваться с правящим кланом, до сего дня не было и речи. Мы пытались взаимодействовать с феями и нагами, но с переменным успехом.

— Я удивляюсь, как это взаимодействие вообще стало возможно, — пробормотала я, задумавшись.

Марсель хмыкнул, но комментировать не стал.

— Так вот, мало того, что человек, которого она полюбила, предал, другой человек украл у нее ее дочь. Эленея познакомилась с твоим отцом случайно, когда выбралась во второе кольцо для проведения каких-то опытов. Тогда она спасла его от смерти. Всю группу, которая его сопровождала, вырезали твари, сам он был на последнем дыхании.