— Корпус уже завтра начнёт продвижение на север, так что уход большинства рот сам по себе будет сигналом для карел, что ничего страшного не произошло. Да и кто поверит нанятым за деньги людям, которых послали успокаивать оккупанты?
Пришлось согласиться, что нет смысла всеми силами показывать свою хорошесть. Карелы в первую очередь верят не слухам, а делам, поскольку доверяют лишь увиденному собственными глазами.
Конечно, не везде всё проходило гладко, и в некоторых поселениях люди брались за вилы, но таковых прытких солдаты быстро усмиряли, демонстрируя, что враждебные действия без последствий не останутся. Всё-таки везде и всегда умные мысли доходят до головы быстрее через наказания, чем через попытку убеждения.
Своё дальнейшее продвижение бóльшая часть Центрального корпуса продолжила вдоль правого побережья Нево, поскольку дорога в Сортавалу оказалась вполне сносной. Я дал указание узнать настроение солдат, и мне доложили, что в целом оно боевое, хотя многие и удивляются особенностям местной природы: как бедностью почвы, так и коротким ночам.
Наконец, мы оказались на расстоянии примерно одного пешего перехода до города и сведения, полученные от разведчиков, вынудили созвать военный совет. Да, как я и думал, уверения короля Карла-Эрика, что кто успеет взять город, тот им и будет владеть, оказались всего лишь красивыми словами. Ведь, корабль, на котором прибыл его посланник с известием о начале вторжения, следовал в составе флотилии, направляющейся к Сортавале.
Хм… В принципе, вполне логичное решение и упрекнуть своего как бы союзника не в чем. Оставалось лишь предполагать, где именно десант был высажен, и с какими трудностями свеям пришлось при этом столкнуться. Впрочем, каменистый берег, соседствующий со множеством мелких островов, ничем не отличался от береговой линии их родины. Да и с карелами свеи торговали долго и неплохо, так что местный знающий лоцман им, скорее всего, не был нужен.
Как бы то ни было, совоюющие роты подошли к стенам Сортавалы. Вот только свейского командующего ожидал неприятный сюрприз. Впрочем, не только его, но и меня, и генерала Платова: рядом с городом были обнаружены довольно значительные силы врага, примерно в три тысяч воинов.
В принципе, это неудивительно, поскольку город находится не совсем в глуши, а на расстоянии десятидневного перехода от столицы, и в пятидневном от города Корела. Вот берега Онеги уже действительно глушь, не говоря о пресловутой Кемской волости, даже примерное местоположение которой многим карелам неведомо. И если для Тапио-Укко упомянутая волость является откровенным медвежьим углом, то для российских императоров и подавно. Остаётся только удивляться, что один из них не успел подарить карельскому королю и многие другие северные владения. Вероятно, лишь желание местного губернатора иметь контролируемые земли вдоль южного берега водного пути, соединяющего Белозерскую губернию с Колмогорами, остановило от кажущегося разумного решения избавиться от бесполезных территорий, где почти никто не живёт.
— Господа офицеры, — открыл военный совет генерал Платов. — Согласно имеющейся информации под стенами Сортавалы обнаружены значительные силы противника, препятствующие свейскому десанту перейти к непосредственной осаде города. По предварительным подсчётам десять кораблей наших союзников перевезли около двух тысяч солдат с пушками, что вполне достаточно для взятия относительно небольшой каменной крепости, но недостаточно для сражения с неизвестно откуда взявшимся карельским войском. Поскольку свеи прибыли к стенам Сортавалы первыми, мною принято решение не ввязываться в предстоящее сражение.
На лицах присутствующих офицеров отразилась гамма эмоций, но военная дисциплина не позволила им открыто возмутиться.
— Напоминаю, — продолжил Платов, — что хотя Свейское королевство имеет с нашей империей военный союз, в данной кампании является лишь совоюющей стороной, преследующей вполне конкретные цели, лишь в общем совпадающими с нашими. Я отдал приказ известить дружественный десант о нашем присутствии. Если свейский командующий посчитает нужным, то предложит план совместных действий. Ежели нет, то мы займёмся своими делами и, какое-то количество рот отправим к Онежскому озеру для осуществления полного контроля над отходящими к Империи землями. Сейчас же приказываю начать обустройство лагеря, проверку солдат и вооружения…
Несмотря на логичность услышанного, некоторые ротные капитаны позволили себе в частных разговорах выражать несогласие с осторожной политикой командования, что неудивительно, поскольку многие из них участвовали в германской компании, где русские всегда приходили на помощь ляхам. Я бы в иной ситуации отдал приказ двигаться к Сортавале, но… Но сейчас этого не хочу. Свеи посчитали, что справятся собственными силами? Пусть и воюют! Приди мы на помощь, они это помощью и назвали бы со всеми вытекающими последствиями. Да, карел бы разбили, и город бы взяли, получив слова признательности. И больше ничего. Немало русских солдат погибло бы лишь ради того, чтобы некий город перешёл под власть другой короны. Зачем мне это?
Сражение у Сортавалы произошло без нашего участия, подтвердив изначальное предположение, что командующий десантом попытается управиться самостоятельно. Всё-таки свеи всегда смотрели свысока на менее цивилизованных восточных соседей, и возложили слишком большие надежды не столько на своё оружие, сколько на выучку. А вот карелы, даже имея некоторое численное преимущество, проявили хитрость, напав на агрессоров ночью, что в этом мире считалось делом почти немыслимым, нечестным и подлым. В результате, не только преимущество в артиллерии было сведено к нулю, но и осуществлена попытка захвата кораблей. Правда, последнее не удалось, но получилось сжечь аж три.
Свеи, привыкшие воевать по правилам, не смогли создать необходимый строй для битвы и понесли большие потери, вынудившие оступить. Карелы не стали отвлекаться на грабёж полуразрушенного неприятельского лагеря, как это обычно происходит в европейских войнах, а продолжили гнать врага весь следующий день. Уцелевшие корабли захватчиков снялись с якорей и отбыли к северо-западному побережью, где, скорее всего, стали выискивать уцелевших солдат, догадавшихся выйти к воде, чтобы потом воссоединиться с какой-нибудь своей эскадрой.
— Что думаете о наших возможных действиях? — спросил я генерала Платова.
— Оставлять у себя под боком почти три тысячи вражеских воинов неправильно. Думаю дать им бой.
— Согласен. Несмотря на то, что поле битвы осталось за карелами, сами они изрядно поистрепались, а наши роты свежи, бодры и рвутся в битву. Да и приз в виде города упускать не хочется. Вот только предполагаю, что неприятель знает о нашем близком расположении, поэтому и решился на ночную вылазку, поскольку опасался, что мы ударим в спину.
— Тогда я отдаю приказ на соединение всех наших рот?
— Да, генерал. Это военная часть нашей кампании, так что вам и командовать, — ответил я, окончательно уяснив за прошедшие дни, что в современной тактике почти ничего не смыслю, и мои приказы, какими бы обоснованными они ни казались, вряд ли будут правильно выполнены.
Как бы то ни было, но понадобилось более суток, чтобы известить всех о новом плане и собраться в кулак, поскольку не было полной уверенности, что где-то не затаились карельские роты. В результате к Сортавале вышли только на третий день.
Особую неприятность при переходах представляли высокие карельские сторожевые вышки, возведённые на холмах. Сложно сказать со всей определённостью для чего их там поставили. Может, в противопожарных целях или для контроля над заливами, но в любом случае проход нашего войска отслеживался, а наблюдатели ускользали задолго до того, как к вышкам добирались отряды для захвата.
Узкая лесная дорога, по которой могла без проблем проехать лишь одна телега, тоже не способствовала быстрому перемещению корпуса, в результате чего колонна растянулась на огромное расстояние. Лейтенант Шаликов даже порядком надоел мне своими стенаниями, что имперские дороги кажутся ему теперь чрезвычайно широкими и ладными. Ну, да… По ним без всяких проблем в ряд могут проехать даже три телеги! Хм… А сколько трудов мне стоило настоять на подобном решении в своё время и сколько было потрачено денег на ремонт!
