- Да все со мной в порядке. – Буркнула я в ответ, думая совсем о другом. – Пара ушибов. Сущая ерунда. – Только сейчас я начала понимать, как легко отделалась!
- И все же. – Настаивал он. - Я попросил бы вас обоих слезть с лошади и пройти осмотр.
Нам ничего не оставалось, кроме как подчиниться. И если я себя осмотреть дала, то Зарух лишь высокомерно вскинул голову и отошел подальше, где плюхнулся прямо на траву и начал, гоняя в зубах какой-то стебелек, поглядывать в сторону уехавшей в лес кавалькады.
Дождавшись окончания осмотра, который кроме нескольких синяков ничего не выявил, ко мне подошли Нарим, Ромич и профессор, которым я вкратце поведал о наших приключениях. Повздыхав и наказав заканчивать с этими прогулками, профессор решил воспользоваться незапланированной остановкой и сделать кое-какие записи. При этом, он утянул Ромича с собой, чтобы тот ему помог. Профессор ответственно подошел к легенде, придуманной для парня и как только мог привлекал Ромича к помощи себе любимому.
Мы же с Наримом отправились к Заруху.
- Зарух. – Проговорила я, точно также плюхаясь на траву рядом с ним. – Я хотел сказать тебе спасибо. Снова.
- За что? – Вяло удивился он.
- Ты спас меня. Не оставил там. Без тебя меня бы точно убили. – Говоря эти слова, я, наконец, поняла, как близка была к смерти, отчего даже дышать стало как-то тяжело.
Внезапно этот ненормальный взвился, как пущенная стрела и, схватившись за висящий на его поясе кортик, выдал:
- Ты хочешь меня оскорбить, недовыкормыш шакала?!
От такой быстрой смены настроения и положения в пространстве Заруха, я на какой-то момент даже подвисла, пытаясь параллельно осознать, чем же подтолкнула его к таким выводам.
- Зарух, я вовсе не хотел тебя оскорбить! Честно! – Наконец, проговорила я, поняв, что не могу постичь его логику. – Я хотел просто поблагодарить и все! Скажи, что ты увидел в моих словах такого, что готов броситься на меня с ножом?
Я, наконец, поднялась с примятой травы на ноги и встала напротив мальчика. После моих слов тот немного расслабился, но продолжал смотреть также враждебно и недоверчиво.
- Ты только что допустил мысль, что я мог, как последний трус, бросить тебя на поле боя!
Рука лицо! Но если посмотреть с этой стороны, то, и правда, выходит некрасиво.
- Прости, Зарух. – Я почему-то только сейчас поняла, что никогда не звала его ни ваше высочество, ни элементарно на «вы», как требовал того этикет, но он ни разу меня не одернул, лишь поначалу смотрел с особым презрением, а сейчас вот совсем привык. – Я клянусь своей жизнью, что не хотел тебя обидеть или как-то задеть! Просто ты поступил очень смело и самоотверженно. И своими словами я хотел подчеркнуть лишь это! Поверь!
Взгляд мальчишки оттаял, и он начал ходить взад-вперед, отчитывая меня за промах.
- Как ты мог даже допустить мысль, что я, принц Турании, последователь всех традиций султаната, брошу в беде своего товарища! Как у тебя язык повернулся сказать такие нехорошие слова? Разве я хоть когда-нибудь давал тебе такой повод?
Я же из всей этой речи вычленила только одно:
- Зарух. – Тихо позвала я того, однако, он услышал и остановился, продолжая буравить меня возмущенным взглядом. – Ты считаешь меня своим товарищем?
Широко раскрытые глаза принца дали мне понять, что он и сам, похоже, как-то не задумывался над тем, как теперь ко мне относится. А я заторопилась добавить, чтобы он не дай же ж Всевышний не расценил этот вопрос, как еще одну обиду в свой адрес:
- В смысле, я тоже считаю тебя своим другом и искренне рад, что не одинок в своих чувствах.
А Зарух внезапно расхохотался, не зло, а скорее очень весело и задорно, отчего мы с Наримом, переглянувшись, непроизвольно, тоже заулыбались.
- Нет, Лей. – Наконец проговорил он. – Ты точно девчонка! Мы же вместе побывали в бою. Если бы не ты, мы бы точно въехали прямо к ним в руки, а я помог нам быстро унести ноги. Теперь мы почти товарищи по оружию. И, когда официально его получим, то обязательно при подобных обстоятельствах встанем плечом к плечу! – Уже почти пафосно закончил он свою речь, с непоколебимой верой в свои слова.
А я подумала, что этот парень полон сюрпризов и его идеализм мне определенно нравится, однако, последовавшее за эти уточнение, тут же сбило этот настрой.
- Но друг и товарищ по оружию – это отнюдь не одно и то же! Ты, как будущий воин, должен это усвоить! – Явно кому-то подражая манерой излагать свои мысли, проговорил принц. А я подумала, что сейчас именно я начищу ему рожу, и пусть понимает это как хочет.
Внезапно, в череду этих слов и размышлений вклинился неуверенный голос Нарима.
- Ваше высочество, прошу прощения, что вмешиваюсь в вашу беседу, но, похоже, вы ранены. И, судя по всему, чем-то отравленным.
Мы оба недоуменно посмотрели на нерешительно лопочущего парнишку, потом друг на друга, а потом Зарух, оправдываясь, сказал:
- Да меня просто по касательной задело. Сущая царапина! Вот!
И он продемонстрировал нам тыльную сторону левой ладони, Там и правда была неглубока царапина, вокруг которой даже издалека были видны какие-то непонятные изменения.
- Стрела задела, когда я тебе руку протягивал. Ты тогда еще почти не реагировал. Ударился, видимо, сильно.
Я подошла поближе и взяла его руку, чтобы посмотреть повнимательнее.
- Зарух, Нарим прав. Что-то с этой ранкой не чисто. Смотри, какого она стала странного цвета и начала… как будто разъедаться по краям! И вот, видишь, область вокруг нее уплотнилась и тоже начала менять цвет! – Я в волнении посмотрела в глаза мальчику. – Бегом к лекарю! Уверена, он должен разбираться в подобной пакости!
После осмотра ранки, ни у меня, ни у Заруха не возникло даже тени сомнения в словах Нарима об отравлении. Поэтому принц тут же побежал к лекарю, ну, и мы за ним следом, конечно же.
Как оказалось, диагноз подтвердился, и лекарь Заруха, слегка побледнев, тут же зарылся в свой сундучок, откуда извлек небольшой пузырек, собираясь полить им ранку.
- А, может, нужно сначала отсосать яд? – В нетерпении вытягивая вперед шею, чтобы получше рассмотреть манипуляции Дон-Кихота, выпалила я, вспомнив, как видела какой-то фильм, где главного героя укусила змея. Здесь, конечно, не змея, да и ранка побольше, однако, с языка уже слетело, о чем я тут же пожалела, так как лекарь сверкнул на меня глазами так, что моя голова тут же сама собой втянулась в плечи. Но удивило меня то, что ответил мне отнюдь не лекарь.
- Судя по виду, это не змеиный яд. – Тихо, но от того не менее уверенно проговорил Нарим. – Скорее растительный да еще с эффектом онемения тканей, так как принц совершенно не ощущал, что у него что-то болит, пока я не указал ему на ранку, ведь так?
Зарух с непередаваемым выражением удивления, уважения и недоверия кивнул мальчику.
- Вот, и если посмотреть на края, то можно заметить сиреневый оттенок, который они приняли, а это явный признак сока Орсунки. Очень неприятное растение, однако, и очень редкое. Оно по своей природе плотоядно, привлекает внимание травоядных животным ярким зеленым оттенком и мясистой листвой. Когда же те начинают ее есть, то сок начинает свое отравляющее действие, которое поначалу остается животным незамеченным из-за того что, яд, разъедая все на что попадает, первым делом обезболивает, а потом вызывает онемение и омертвение тканей. После того, как зверь умирает, его тело под действием яда быстро разлагается, а корни растения, самое уязвимое его место, кстати, выползают наружу и питаются останками.
От услышанного волосы на моей голове сами собой зашевелились, однако, Нарим еще не закончил свою лекцию.
- В данном же случае яд дальше уже не пойдет, так как для него важна концентрация. Вот если бы стрела с отравленным наконечником попала в грудь, рядом с сердцем или любым другим органом, то онемение оного почти наверняка повлекло бы за собой смерть. А здесь нужно лишь правильно обработать рану, чтобы приостановить разложение того места, на которое попал сок и хотя бы частично вернуть этому участку кожи чувствительность, что уважаемый лекарь сейчас и делает.
