Я молчал. Внутри всё ещё тянуло ломотой в зажившей руке, и память выдавала обрывки боя — вспышки света, дым, запах крови.

— Всё равно, — сказал я, — если пошлют ещё таких, в одиночку мне не справиться. Они слишком опасны.

Алексей помолчал, потом кивнул.

— Может, и так. Но кто сказал, что ты будешь один? Да и не всё решается силой. Помнишь разлом? Мы выжили не потому что сильнее. А потому что думали.

— Думаю, в гильдии убийц тоже не совсем идиоты.

— Так даже интереснее, — спокойно ответил он.

Попугай с ветки изрёк философски:

— Истинное искусство победы — заставить врага умереть от скуки, не дождавшись боя.

— Знаешь, — сказал Алексей, — иногда мне кажется, из него вышел бы неплохой стратег.

— Поздно, я уже философ, — ответил попугай, важно распушив перья.

Я усмехнулся. Даже при всей мрачности темы этот крылатый болтун умел разрядить обстановку.

— Так что дальше? — спросил я.

— Отдыхай, — ответил Алексей. — Мы оба заслужили передышку. Но будь настороже. Когда они снова появятся — времени на раздумья не будет.

Я кивнул. Солнце окончательно скрылось за стеной академии. В воздухе пахло вечерней сыростью и чем-то похожим на грозу — будто сама магия знала, что спокойствие ненадолго.

Попугай шепнул:

— Знаешь, двуногий, у тебя талант притягивать неприятности.

— Зато не скучно, — ответил я.

И почему-то был уверен — впереди действительно скучно не будет. Вечер выдался тихим. Мы с Кирей сидели в комнате общежития, слушая, как где-то внизу кто-то бренчит на расстроенной лютне. В голове было пусто — редкое для академии состояние.

— Какие у тебя планы на завтра? — спросил Киря, зевая и устраиваясь поудобнее на кровати.

— Да какие могут быть? — отозвался я. — На лекции пойду.

Он приподнял бровь.

— Ты в субботу собрался на лекции? Или у тебя теперь индивидуальная программа без выходных?

Я замер на секунду, потом хлопнул себя по колену.

— Верно... Завтра же суббота.

Киря рассмеялся.

— Вот видишь. А я уж подумал, что академия тебя окончательно сломала. Может, тогда рванём домой?

— Это я тебе как раз и хотел предложить, — ответил я.

Мы быстро собрались: ничего лишнего, пара сумок, попугай, который с недовольным ворчанием перелез на плечо. На улице уже сгущались сумерки, пахло кострами и прелыми листьями.

— Хорошо всё-таки, что у тебя теперь свой дом, — сказал Киря, когда мы миновали городские ворота. — А не казённая комната с соседями-храпунами.

— Ага, зато теперь я сам отвечаю за крышу над головой, — усмехнулся я. — И за тех, кто под ней живёт.

Попугай буркнул:

— Ничего, привыкнешь. Главное — не заводи соседей с лютней.

Нас встретил Влад — уставший, но довольный. На нём был рабочий жилет, рукава закатаны, на лице следы цемента и хорошего настроения.

— Вот и вы, — сказал он, глядя на нас. — Успели как раз к ужину.

Из дома выбежала Мария — радостная, раскрасневшаяся, с подносом в руках.

— Киря! Кирилл! Я уж думала, вы не придёте!

На столе уже стояла жареная дичь, свежий хлеб, овощи и что-то ароматное, от чего у Кирии глаза загорелись.

— После каши из столовой это пиршество, — с уважением сказал он, садясь за стол.

Влад только улыбнулся.

— Готовила Мария. Я лишь дров подкинул.

— И дровами, и руками — всё одно к делу, — заметил попугай, вцепляясь клювом в кусочек хлеба.

Мы ели молча, с аппетитом, слушая, как за окнами гудят кузнечные молоты и доносится стук строительных молотков. Дом жил.

Позже Влад позвал меня в кабинет. На столе — карты, чертежи, списки рабочих.

— Всё идёт по плану, — сказал он. — Стены почти восстановили, башни укрепляем. Нашёл старых сослуживцев, в которых уверен. Гвардию потихоньку формируем.

Я кивнул.

— Отлично. Рад слышать. С каждым днём место всё больше похоже на дом.

— Да уж, — Влад присел на край стола. — И знаешь, с твоими успехами в поиске средств, глядишь, ещё и в плюсе окажемся.

— Было бы неплохо хотя бы с долгом рассчитаться, — ответил я.

— Рассчитаемся, — сказал он уверенно. — Теперь всё идёт как надо.

После разговора я вышел на балкон. Внизу горели факелы, по двору ходили рабочие, слышались голоса и звон металла. Воздух пах пылью и дымом — запахом жизни.

Попугай уселся рядом на перила.

— Смотри-ка, двуногий, ты наконец-то нашёл место, где тебя не пытаются убить.

— Пока не пытаются, — сказал я, глядя на светящиеся окна.

Он задумчиво покрутил головой.

— Думаешь, надолго?

— Не знаю, — ответил я. — Но сегодня, по крайней мере, можно просто пожить.

Попугай хмыкнул, забрался мне на плечо и заснул почти мгновенно.

Я стоял, слушая ночной воздух, и впервые за долгое время чувствовал покой. Не уверенность — её в моём мире не бывает. Но хотя бы покой.

Утро встретило свежестью и шумом работы. Влад уже был на ногах, командовал строителями. Киря, заспанный, плёлся следом, жалуясь, что его разбудили петухи, которых он не видел.

Я обошёл владения. Ограда почти готова, к башням подводили новые леса. Основной дом больше не выглядел руинами — лишь громадной крепостью в ремонте.

— Быстро работаете, — сказал я, когда Влад подошёл.

— Восстановить дешевле, чем строить заново, — пояснил он. — Земля стоит дороже стен.

— Значит, дом того стоил, — ответил я. — Главное, чтобы рассчитались с государством.

Влад усмехнулся.

— Рассчитаемся. С твоими приключениями — ещё и прибыль будет.

Я усмехнулся в ответ. Может, и правда. Главное чтобы эта прибыль не добавила проблем.

После разговоров о доме и гвардии захотелось просто пройтись. День стоял тихий, свежий, и столица дышала ровным, живым шумом. Люди спешили по делам, повозки грохотали по булыжной мостовой, торговцы кричали, зазывая покупателей. Всё это казалось удивительно нормальным.

Я шёл по старой улице, пока не свернул к знакомому дому. У ворот стояла Дарья — едва я показался на повороте, она побежала мне навстречу.

— Кирилл! — голос её был напуганным и радостным одновременно. — Что с рукой?

Я глянул на перевязь, будто впервые увидел её.

— Пустяки. Неудачная тренировка. Через пару дней пройдёт.

— «Пустяки»? — она нахмурилась, и в глазах мелькнула тревога. — С тобой всё время что-то происходит.

— Постараюсь быть осторожнее, — улыбнулся я. — Хотя обещать не стану, я в этом деле непостоянен.

Дарья покачала головой, но улыбнулась в ответ.

— Главное, чтобы жив остался. Я тебе верю… и надеюсь на твоё благоразумие.

Мы вышли прогуляться. Воздух был пропитан ароматом свежеиспечённого хлеба и дымом из лавок. Сели в кафе на углу, заказали чай и пирожки.

— Дядя приезжал, — сказала Дарья, когда чай остыл. — Сказал, что я остаюсь в столице. Кажется, надолго.

— Решил, что здесь безопаснее?