В моей комнате кто-то был.

Я собиралась создать защитное заклинание, но быстро вспомнила: магичить мне нельзя. Поэтому схватилась за шкатулку на столе, собираясь защищаться ею.

Но вскоре незнакомец шагнул ближе, под свет магических светильников, и моё сердце пропустило удар.

Вейлан с улыбкой смотрел на меня, заинтересованно поглядывая на шкатулку.

— Надеюсь, ты не собираешься убить своего истинного?

Я перевела взор на шкатулку, в которой лежали орешки для Крепыша, рассмеялась и покачала головой. Поставила вещицу обратно и быстро поднялась на ноги. Запоздало вспомнила, что на мне лишь одна сорочка, и… сразу же ощутила прилив жара к щекам. Ладно, не только к щекам.

Вейлан осмотрел меня с ног до головы и поднял взор к глазам, сглотнув. Мне хотелось броситься к нему, но я застыла в нерешительности. Зато ледяной дракон быстро преодолел разделяющее нас расстояние и… сжал в объятиях.

— Я скучал.

— Ты не видел меня всего лишь день, — с улыбкой сказала я.

— Целый день, — протянул Вейлан и убрал прядь моих волос. — Кажется, за это время ты умудрилась стать еще красивее.

— Где ты вычитал эту фразу? Звучит как слишком сладкий комплимент, совершенно тебе не свойственный.

Вейлан рассмеялся, запрокинув голову, и притянул меня еще ближе, буквально впечатывая в своё тело.

— Как ты сюда прошел? Защита бы тебя не пропустила…

— Твой отец позволил, а еще, — Вейлан отстранился и показал руки, на которых я заметила необычные наручи, — с этим я не наврежу твоему источнику. Моя магия запечатана.

Я открыла рот. Мне не верилось, что Инвергард пошел на такой шаг, чтобы быть ближе ко мне.

— Сумасшедший, — прошептала я и сама обняла мага, приблизив свои губы к его. — Неужели ты настолько привык к нашим пикировкам, что готов отказаться от магии, но не от них?

— Ради тебя — да, — кивнул Вейлан и провел ладонью по моей щеке. — Впрочем, эти браслеты устроены хитро — они не блокируют моего дракона. И ничто не мешает мне пригласить тебя на свидание.

— Приглашай, — царственно позволила я, и Вейлан рассмеялся, протянув мне ладонь.

— О моя прекрасная истинная, не соизволите ли вы немного полетать со мной в Раманских горах и полюбоваться звездами?

— Вряд ли получится… — ответила я со вздохом и поспешила добавить, заметив немой вопрос в глазах Вейлана, — ведь я буду любоваться тобой, а не звездами.

— Меня ты видишь почти каждый день.

— И каждый день мне этого невероятно мало, — сказала я честно.

— Так мы сегодня будем раздавать друг другу комплименты? Совсем на нас не похоже.

— Просто мы сильно задолжали друг другу признания.

— А разве для них пришло время? — едва сдерживая улыбку, уточнил Вейлан. — Нам некуда торопиться.

— Осталось чуть меньше двух недель до бала, где объявят наследника. Мне кажется или по Стенфридским законам наследник в это время уже должен быть обручен или женат?

— Ну, обручиться нам никто не мешает, наши драконы ведь обречены.

Я прыснула от смеха.

— Ты хотел сказать обручены?

— Да, конечно, — закатил глаза Вейлан, а мне вдруг стало не до смеха.

Они не обречены, как мне казалось. И выяснилось, что у меня есть второй истинный, моя драконица та еще вертихвостка и уже посматривает в сторону Камаи, чем жутко меня бесит. Но говорить все это Вейлану не хотелось, да и не было нужды — к чему, если я уже сделала свой выбор?

— Идём, — протянул руку Инвергард, даже не подозревая, какие мысли роятся в моей голове.

Мы оба вышли в сад — я успела надеть свою шубку, внутренний огонь все еще не стабилизировался, поэтому я ощущала холод так же сильно, как и раньше.

— Как твоё крыло?

— Почти зажило. Не волнуйся. Это действительно мелочи.

Я кивнула. Регенерация драконов невероятно мощная штука, особенно под наблюдением специалиста и с вливанием целительской магии.

Вейлан обернулся первым, а вот я — вслед за ним. Драконица замерла, любуясь красотой и статью ледяного дракона, а затем устремилась за ним ввысь.

Как же хорошо, что драконам больше не приходилось скрываться! Уже было неважно, что нас увидят в городе. Мы просто летели вверх, воспаряя к сумеречным облакам. Быстрее, сильнее, выше.

Я чувствовала невероятную свободу и трепет. Мне казалось все это настоящим волшебством — мой первый полет с Вейланом. Горы, ручьи, покрытые льдом, и атмосфера ночного волшебства. Все это кружило голову, и когда мы опустились на плато и я обернулась, то чувствовала все то же, что ощущала и драконица, — радость, ликование, счастье.

Вейлан обнял меня, буквально поймав, так как ноги подкашивались.

— Ты как?

— Немного холодно.

— Мы это исправим, — Вейлан подмигнул и подхватил меня на руки.

Мы прошли еще недалеко и остановились у пещеры. Рядом был постелен плед, вокруг которого выложены согревающие камни — побольше того, который я однажды уронила на Вейлана. От них исходил жар, поэтому, едва мы приблизились к ним, я тут же сбросила шубку. В ней слишком жарко.

Плед был достаточно большим, на нем уместилась корзина, полагаю, что с едой и напитками, а также незнакомый мне музыкальный инструмент. Необычный, достаточно большой и увесистый, треугольной формы с натянутыми на нем струнами.

— Что это?

— Традиционный музыкальный инструмент моего народа — кантеле. Хильда играла на нем.

Разговоры о сестре все еще были для него болезненны, и я посчитала, что не хочу портить этот романтичный вечер разговорами о проклятье. По крайней мере, не сейчас.

— А ты умеешь играть на нём?

Хотя вопрос странный. Будто бы он взял его, если бы не умел.

— Немного.

— Мне бы хотелось услышать, — сказала я завороженно, и Вейлан улыбнулся.

— Кажется, я угадал с путем покорения твоего сердца. Хотя сначала я бы все-таки предложил согревающий глинтвейн.

— О, неужели? Жена моего брата, Джесселин, готовит превосходный глинтвейн. Вряд ли ты сможешь меня удивить.

Вейлан фыркнул. Мы опустились на плед. Я немного смущалась, поэтому села на край, но Вейлан быстро подтянул меня к себе. Таким образом, я сидела спиной к нему, а сам парень приобнял меня за талию. Он достал две большие металлические кружки с крышками — напиток внутри оставался горячим благодаря стабилизирующему заклинанию на посуде. Из закуски были сыр, вяленое мясо и цитрусы. Даже интересно, где он взял их в такое время года?

— Пришлось переходить несколько раз порталами на другую часть материка, — хмыкнул Вейлан, заметив мой вопросительный взгляд. — А вот к тебе портал открыл уже мой отец, ведь я надел заранее браслеты.

— Спасибо, — откликнулась я искренне и, сделав глоток из кружки, потянулась к апельсину. Мне хотелось очистить его не только из-за вкуса, но из-за потрясающего аромата. — Должно быть, ты не знаешь, но это мои любимые фрукты. В моей семье любят вишню, но… я и в этом отличилась. Когда я была маленькой, часто бывала в Элерии — королевстве эльфов — и там полюбила эти фрукты.

— Знаю.

— Знаешь? — изумилась я, полуобернувшись к нему.

— Ты, должно быть, не помнишь, но когда мы обучались в Рамании, тебе посыльный передал коробку с апельсинами — подарок от отца. Я помню, как ты бережно несла их — твои глаза сияли.

Я негромко рассмеялась и покачала головой.

— Вейлан, ты действительно успел настолько меня изучить?

— Я наблюдательный. Тем более, я не мог оторвать от тебя взгляд. Никогда. Слишком ты… восхитительная, — последнее было не просто словом, а признанием.

Его голос слегка дрожал. Моё сердце забилось быстрее, и я не знала, что сказать в ответ. Сказать, что он тоже восхитительный? Он и так об этом знает. Да и разве делают комплименты любимым мужчинам лишь потому, что они их сделали нам?

Думаю, нужно действовать тоньше. Я поцеловала Вейлана в уголок губ и тут же, смутившись, вернулась к чистке апельсинов. Инвергард шумно вздохнул и прижал сильнее, вдыхая при этом запах.