Грохот был такой, что даже я на мгновение задержал дыхание.

— Молодцы, — пробормотал я. — Хоть что-то сделали правильно.

Но…

Ничего не изменилось

Луч стража исчез.

Но два других — от первых ядер — продолжали бить в небо.

И самое важное…

Сфера не уменьшилась.

Наоборот — начала расти ещё быстрее.

Похоже, именно последним выстрелом иных и «разбудили» процесс окончательно.

Сфера расширялась, свет становился гуще, ослепительнее. Теперь от неё исходили не просто волны — а настоящие удары, которые я ощущал кожей, как будто рядом с ухом хлопала гигантская ладонь.

Некроманты закричали:

— Бежим!

— Купол рушится!

— Мы не удержим это!

Некоторые уже бросались из ворот, другие отчаянно пытались запечатать трещины в земле и воздухе.

Иные тоже поняли, что ситуация меняется не в их пользу. Танковые двигатели заглохли, искры сыпались из энергетических блоков. Несколько бойцов упали на колени — снаряжение перегрелось.

И всё это время сфера продолжала расти.

Теперь это было настоящее солнце.

Размером с половину крепости.

Светлая, как раскалённый металл.

Пульсирующая.

Воздух вибрировал.

Земля дрожала.

Стенки крепости прогибались, как от сильнейшего вихря.

Некроманты закрыли глаза руками.

Иные отвернули визоры.

Гончие упали на землю, ожидая конца.

А я стоял.

И смотрел.

— Сейчас точно рванёт, — спокойно произнёс я.

И почему-то был уверен в этом абсолютно.

Сфера дрожала, меняя форму, будто внутри кто-то бился. Свет становился тоньше, ярче, концентрированнее — как при рождении звезды.

Мир замер.

Я вдохнул.

Сфера пульсировала.

И всё внизу было готово к тому, что взрыв станет не просто сильным… а перепишет само пространство.

Сфера над крепостью достигла размеров, которые уже плохо поддавались описанию. Она больше не была просто световым шаром — это было второе солнце, рожденное в неподходящем месте, слишком яркое, слишком плотное, слишком правильное. Свет от него бил в землю, как удары гигантского сердца, и каждый такт отзывался гулом в горах, трещинами в камнях и болью в барабанных перепонках.

Я уже перестал щуриться — просто стоял и смотрел, как растёт эта штуковина, не особо уверенный, что вижу всё правильно. Воздух дрожал, как над раскалённым металлом. Тени искажались, как в кривом зеркале. А затем…

…в самом центре света появилась тень.

Не тусклая, не слабая — напротив, плотная, густая, чернильная. Как будто кто-то вырезал кусок реальности и вставил туда прямоугольник ночи.

— Ну вот, — пробормотал я. — Сейчас будет что-то этакое.

Сфера пульсировала, а тёмное пятно росло, расширялось и приобретало форму. Что именно — пока было непонятно: то ли окно, то ли дверной проём, то ли разлом во времени, который пытается вспомнить, как вообще выглядят двери.

Некроманты внизу кричали так, будто тень собиралась их сожрать. Иные перегруппировались, подняв оружие — хотя, судя по трясущимся визорам, никто не понимал, куда именно целиться. Гончие выли, пока не начали рассыпаться прахом — не от удара, не от магии, а просто потому что не выдержали давления.

А тёмное пятно продолжало сгущаться.

И вот — шаг.

Первый шаг — из пустоты наружу.

Это была тень человеческой фигуры, слишком огромной, чтобы принадлежать человеку. Из разлома вышел кто-то. Или что-то.

Свет шара вспыхнул ещё ярче, как будто приветствуя появление нового гостя. А затем я увидел его ясно.

Мужчина.

Человек.

И в то же время — ни разу не человек.

Около пяти метров ростом.

В золотой броне, гладкой и сияющей, словно её вытащили из расплавленного солнца.

На спине — два огромных крыла, тоже золотых, они были сотканы из света, мерцали, переливались, изгибались, как дым, только плотный.

Кожа — почти как у обычного человека, но слишком идеальная. Чересчур ровная, будто её отполировали боги.

А глаза… глаза были чистым золoтом. Без зрачков.

Он завис в воздухе — просто стоял там, где люди падают вниз, где маги должны удерживать себя заклинаниями. Ему не нужна была опора. Не нужно было усилие. Свет держал его, как родного.

И когда он открыл рот, голос разнёсся по округе так, что замолчал даже ветер.

— Смертные. Настал день истинного суда.

Голос не был громким — но вибрация от каждой фразы проходила по земле, как удар молота. Крепость некромантов задрожала. Танки иных пошли мелкой рябью, перегружая системы. Маги хватались за головы. У некоторых мастеров смерти просто отказали ноги, и они упали лицом в землю.

Голос продолжил:

— Да очистит этот мир священное пламя.

И в тот же миг свет вокруг него вспыхнул так ярко, что пришлось прикрыть глаза ладонью. Когда свет спал — я увидел, что от существа расходятся круги тепла. Буквально. Волны золотого жара, которые поднимали пыль, выгибали землю, разогревали воздух.

Некроманты пытались бежать — кто к стенам, кто к подземным коридорам. Гончие давно превратились в пепел. Иные пытались поднять щиты, но они распадались от одного только приближения золотых волн.

А существо просто стояло. Молчало. И сияло так, что краски мира начали казаться блеклыми.

Я выдохнул.

Медленно.

Смотрел на всю эту картину хаоса, разрушения, ужаса и какого-то нелепого величия. Смотрел — и думал:

«Да уж. Хотел устроить небольшой хаос, столкнуть некромантов с иными…»

Обернулся к разрушенной крепости, к воронке от рухнувшего стража, к рассыпанной пыли гончих.

«…а получилось вызвать сюда кого-то покруче.»

Гигант поднял руку. Над его ладонью собирался шар света — сияющий, плотный, тяжёлый. Магия внутри него кипела так, что даже на расстоянии чувствовалось: это не заклинание, это не атака, это принципиально иной уровень.

Я хмыкнул.

И не сдержал улыбку.

— Кажется, приехали.

Город некромантов, ещё вчера угрюмый и мрачный, сегодня напоминал чашу для жертвоприношений, в которую кто-то залил солнце. Золотой гигант, появившийся из сияющей сферы, носился над улицами, будто наказывал саму землю за грехи. Его крылья рассекали воздух, оставляя за собой жар, от которого плавились камни. Каждый взмах был как удар молота по миру — и каждый раз город содрогался.

Некроманты внизу метались, пытаясь выстроить хоть какую-то оборону. Магистры смерти поднимали щиты, мастера запускали туман, пытаясь скрыть улицы под пеленой. Но пелена не успевала расстелиться — гигант одним движением сжигал её дотла, и вся их защита исчезала, словно и не существовала.

Иные тоже пытались действовать. Они выстроились рядами, выставив энергетические щиты, будто это могло хоть что-то изменить. Их танки разворачивались, поднимая орудия вверх. Несколько бойцов, не выдержав давления ауры гиганта, упали на колени, визоры на шлемах начали мерцать, словно система не понимала, что происходит.

Между двумя сторонами вспыхивали короткие конфликты: некроманты бросали сгуски тьмы в иных — те отвечали выстрелами. Но на фоне огненной бури, что устроил гигант, это выглядело как драка двух мух на фоне падающей горы.

Я наблюдал сверху, с края холма. И чем дольше смотрел, тем чётче понимал:

— Да это же маг огня. Причём, мать его, настолько сильный, что рядом с ним любые архимаги выглядят детским садом.

Далее я отметил про себя: — И даже не архимаг, нет. Что-то выше. Если такое вообще бывает.

Гигант опустился к нижним кварталам крепости и провёл рукой. Не ударил, не запустил заклинание — просто провёл ладонью над улицей. За ним остался ровный, ослепительно белый след, а затем улица вспыхнула огнём, который невозможно было погасить. Люди погибали летя к земле, словно свечи.

— Вот бы навалять такому, — пробормотал я. Не то чтобы у меня были реальные варианты, но мечтать никто не запрещал.