— Первый раунд? — спросил я.

— Первый, — согласился он.

И прыгнул вперёд.

Он двигался гораздо быстрее, чем предыдущий мастер. Не уровень архимага, нет, но явно не середнячок. Костяной клинок оставлял за собой чёрный шлейф, в котором воздух как будто старел — становился вязким, тяжёлым, липким.

Я поднял руку.

Огненный клинок проявился так, словно только этого и ждал. Пламя собралось в ладони, вытянулось в привычную форму, плотную, без прорех. В этот раз я не делал его белым — обычного огня вполне хватало. Белый — на особые случаи.

Первый удар пришёлся сверху вниз.

Я подставил клинок под прямым углом. Кость встретилась с огнём, воздух зашипел, как жир на сковородке. Руна, вырезанная на его клинке, вспыхнула, пытаясь вцепиться в мою руку, — но пламя не пустило. Оно сожгло проклятие на подлёте.

— Неплохо, — сказал я.

Он ответил серией быстрых ударов. Лезвие опускалось, поднималось, шло сбоку, снизу, по диагонали. Техника была строгой, рациональной, без лишних украшательств. Но в ней ощущалась школа — то ли личные тренировки, то ли боевой опыт.

Я отвечал.

Без особого напряжения.

Усиление помогало видеть каждый его шаг на долю секунды раньше, чем он его делал. Плечо пошло — значит, удар с этой стороны. Нога едва сместилась — будет разворот. Пальцы на рукояти напряглись — он собирается держать щит, а не атаковать.

Мы двигались по чёрному песку, как две вспышки. Искры летели, когда огонь касался кости. Чёрные полосы некротической магии пытались зацепиться за плащ, кожу, мысли. Огонь внутри сжигал их с удовольствием.

— Ты… — выдохнул он после очередного обмена. — Ты не похож на обычного адепта.

— Рад, что заметил, — сказал я.

Он сменил тактику.

Щёлкнул пальцами — и на несколько метров вокруг нас легла волна холода. Стало так, будто из-под земли вытащили кусок старого зимнего кладбища. Камень под ногами посерел, в воздух поднялась тонкая пыль. Это была чистая смерть — не в виде атаки, а в качестве поля.

— Интересно, — признал я.

Я сделал шаг.

Камень под моим ботинком треснул, словно не выдержал веса. Это была иллюзия — или точнее, попытка заставить тело поверить, что оно слабеет. Магия смерти любит внушение.

Огонь внутри зарычал, как пёс, увидевший чужака.

Я ответил тем же. Внутренний жар разлился по мышцам, по костям. Иллюзия ломкости рассыпалась. Камень стал просто камнем.

— Так и будем мериться игрушками, или начнём по-настоящему? — поинтересовался я.

Он стиснул зубы и бросился вновь.

Теперь удары стали жёстче. Клинок, покрытый рунами, при каждом касании пытался откусить кусок моей силы. Но огонь был против. Он не просто блокировал удары — он внедрялся в трещины между рунами, выжигал символы, менял структуру самой магии.

Некромант это почувствовал.

— Что ты такое? — наконец сорвалось у него.

— Настроение, — ответил я и, поймав момент, ушёл с линии удара.

Он попытался поймать меня на встречном выпаде, но я уже был сбоку.

Усиление, шаг, разворот корпуса — и мой клинок оказался у его шеи.

— Первый раунд, — сказал я тихо. — Завершается твоей смертью.

Он попытался отпрянуть, но поздно.

Я рубанул.

Клинок прошёл через шею легко. Не как по маслу — как по сухой ветке. Пламя облизнуло плоть, кость, магию смерти, которая пыталась держать всё это вместе. Голова отлетела в сторону, крутанулась в воздухе и упала на песок.

Тело ещё секунду стояло, потом беззвучно рухнуло.

Гончие, которые до этого маячили неподалёку, замерли. Одна из них — та, что я заметил самой нервной, — качнулась и вдруг, как будто кто-то выдернул из неё ось, сложилась пополам и осталась лежать.

— Минус один, — сказал я. — В обоих смыслах.

Огонь внутри одобрительно хмыкнул.

Я постоял над телом некроманта, ожидая, что будет дальше. Мой опыт уже подсказывал, что на этом всё не закончится.

Не ошибся.

Через пару секунд вокруг его корпуса начала собираться тьма. Не такая, как у простых магов — гуще, вязче. Она ползла не сверху, а снизу, из-под земли, словно кто-то вытягивал его откуда-то ещё.

Тело дёрнулось, хрустнуло, и… встало.

Голова уже лежала на песке в двух шагах. Тело пошатнулось, повернулось, шагнуло, наклонилось, подняло её и… приложило обратно к шее.

Короткая вспышка серой магии — шов исчез.

Некромант выпрямился. С лица его исчезла прежняя уверенность. Теперь там была холодная ярость и то самое чувство, которое я терпеть не мог — уверенность в собственной неумираемости.

— Первый, — сказал он.

— Один - ноль — согласился я. — Счёт пошёл.

Гончие за его спиной глухо зарычали.

На этот раз он не торопился. Не бросался вслепую, не шёл напролом. Он сделал шаг назад. Потом ещё один. Вытянул руку.

Тень под его ногами шевельнулась.

Сначала я подумал, что он собирается снова поднять поле смерти. Но нет. Тень начала вытягиваться в стороны, как разлитые чёрнила. В ней появлялись — очертания. Моё лицо. Моё тело. Мои движения.

Через пару вдохов вокруг нас было уже с десяток силуэтов.

Все — я.

— Неплохо, — сказал я. — Но, признаюсь, смотреть на себя со стороны так часто немного мерзко.

— Выбери, кто настоящий, — предложил он.

Силуэты двигались синхронно. Каждый с огненным клинком, каждый с моими привычными замахами. В обычной ситуации это сбило бы с толку любого противника. Но не меня.

Я смотрел не на движения.

Я смотрел — внутрь.

Тьма, из которой были сделаны копии, была пустой. Это были оболочки — идеальные копии поверхности, но без ядра. У настоящего меня в груди пульсировал огонь и усиление. У него — другая структура. У теней — пустота.

Я шагнул вперёд, и тени шагнули тоже.

Некромант ухмыльнулся.

— Ну? — спросил он. — Как тебе твой парад?

— Нудно, — ответил я и врубил усиление ещё сильнее.

Мир снова замедлился. Тени стали более размытыми — они не могли поддерживать высшую скорость. Некромант — мог. Я почувствовал его — не глазами, а ощущением. Как будто на сцене из одинаковых актёров один вдруг вздохнул по-настоящему.

Я рванул туда.

Огненный клинок прошёл сквозь иллюзорные копии, как через дым. Они рассыпались, даже не успев отреагировать. Через пару шагов я оказался лицом к лицу с настоящим некромантом.

Он не успел удивиться.

Я ударил вниз, целясь в ключицу. Он поставил блок, рука дрогнула от нагрузки. В этот момент одна из гончих, следящая из-за его спины, бросилась вперёд, пытаясь ударить меня в бок.

Я ушёл в сторону.

Гончая пролетела, чиркнув по моему плечу. Боль была ощутимой — когти всё-таки не из пластилина. Плащ порвался, кожа под ним зазудела от токсичных остатков магии смерти.

— Ай, — поморщился я. — Наглость.

Я поймал момент, когда некромант отвлёкся, и врезал ему ногой в колено. Усиление сделало удар тяжёлым. Сустав хрустнул, он рухнул на одно колено.

— Второй раунд, — предупредил я. — Не затягивай.

Он попытался уйти в тень. Я видел, как под ним сгущается тьма, как она пытается втянуть его, как болото. Но я был быстрее.

На этот раз я ударил не по телу.

Я ударил по тени — по тому самому пятну, которое растекалось под его ногами. Огненный клинок вошёл в неё, и мир на мгновение содрогнулся. Тьма завизжала — не звуком, а ощущением.

Некромант потерял опору. Его попытка уйти в «другое место» сорвалась. Я снова оказался у его шеи.

Он встретился со мной взглядом.

— Не… — начал он.

— Второй, — сказал я.

И отрубил голову во второй раз.

Гончая, которая меня только что задела, как-то сразу потеряла координацию. Она попыталась сделать шаг — лапа не послушалась. Она ударилась мордой о камень и рухнула. Рык сорвался на жалкий хрип.