Из полуразрушенного сарая вышел Буцефал, смешно подпрыгивая. Он до сих пор продолжал испуганно мекать. Кажется, козы его больше не интересовали. Совсем.

— Эх, а такой хороший был осеменитель! — услышала я голос мадам Ястер.

— Лучше бы он до коз добежал, — с сожалением высказалась Террианс. — А так… м-да, осеменитель теперь из него никакой. А такая была стать, такая порода!

— Так и у людей: внешне сильные, но слабые духовно, пасуют перед опасностью и сходят с ума от страха, — заметила мадам Ястер.

— Вы как? — обернулись к нам преподавательницы.

— Все из-за её саламандры! — рыкнул Корнуил, глядя на меня.

В этот момент к нам приблизился Яр, остановившись примерно в метрах пяти и прожигая меня нечитаемым взглядом.

— Или все из-за твоего распутного языка и шаловливых рук? — спросила я, намекая, как он трогал Стэгги.

Но в этот момент глаза его высочества недобро сузились — я заметила это и поутихла. Еще подумает чего недоброго…

— Ты!..

Он не договорил, так как в этот момент сотрудники заповедника начали расступаться, чтобы освободить дорогу ректору. Причем он шел так, что теперь я не сомневалась: он — оборотень. Быстро, напористо, он мгновенно преодолел разделяющее его и магистра Террианс расстояние и, схватив её за плечи, хорошенько встряхнул.

— Какого дракса ты сразу не вызвала подмогу⁈ Кэрри, ты могла пострадать! Что ты…

— На нас смотрят, — откинула его руки женщина, и я заметила легкий румянец на её щеках.

Лорд-ректор вовремя взял пришел в себя и наградил присутствующих рассерженным взглядом, словно каждый тут был виноват. Но, к сожалению, виновных он нашел быстро. Как нетрудно догадаться — нас.

Кажется, я разгадала план Трея, который оставил мне Стэгги: он хотел, чтобы меня побыстрее отчислили из академии!

И судя по взору магистра Эверуса, до осуществления этого плана осталось совсем недолго.

— Это целиком и полностью моя вина, — в который раз повторяла магистр Террианс, пока мы втроем стояли перед темными очами ректора.

В его уютном кабинете, под звуки закипающего чайника в приемной, хотя закипал не только он. Магистр Эверус тоже, при этом прожигая взглядом декана зоомагического факультета. Мы с Корнуилом стояли за её тонкой спиной с опущенными головами и самым раскаявшимся видом. Стэгги, сидящий на моем плече, тоже имел самый раскаянный вид, но его, к слову, винить никто не собирался. И уж тем более я.

— Может быть вы, магистр, принесли на занятие неуправляемую саламандру? А может быть именно вы в пылу ссоры не заметили, как отпустили весьма важные заклинания сдерживания омейского козла?

— Я недостаточно оценила обстановку, не придала значения важности отношений между студентами и приняла их конфликт за рядовой.

— Значит, все-таки не вы виновны в излишней эмоциональности некоторых студентов, — хмыкнул Эверус и наклонил голову набок, чтобы хорошо рассмотреть нас с Корнуилом. — Студентка Эндервуд, а ведь это уже третья наша встреча всего за три дня…

— Магистр, я бы тоже хотела видеть вас пореже, — сказала и осеклась, поняв, как грубо прозвучало. Поспешила исправиться: — Нет, конечно, с вами я бы хотела видеться чаще, но совершенно по иным поводам… — Осознав, что это прозвучало еще хуже, залилась краской под изумленным взглядом магистра Террианс, и посыпала голову пеплом. — В общем, я бы тоже не хотела здесь находиться… эээ… конкретно в этом кабинете, а не в академии в общем. Я хочу учиться!

Вздохнув, магистр потер лицо ладонью.

— Я полностью беру за себя ответственность за случившееся, — наклонившись к ректору и уперев руки в стол, заявила декан. — Они не виноваты…

— Идите, — махнул нам с Корнуилом ректор. И мы поспешили выскочить из кабинета, причем втроем, но в спину магистру Террианс донеслось: — А вас, магистр, я попрошу остаться!

Окинув преподавательницу сочувствующим взглядом, мы все-таки вышли.

— Как думаешь, её уволят? — спросил Корнуил.

Я пожала плечами, не желая вести диалог с однокурсником. Не знаю, какие у них отношения, но почти уверена, что у магистр Террианс есть рычаги давления на ректора. Просто на обычных преподавательниц не смотрят таким взглядом…

— Нужно спешить на занятие по травологии, — заметила я.

Корнуил одарил меня презрительным взором и зашагал первым, размашисто, так, что у меня не было возможности его догнать, если не срываться на бег. Поэтому в оранжерею я пришла с опозданием, к чему магистр Феодори отнеслась с пониманием.

На обеде мы встретились с Баженой. Стэгги ел свой сочный стейк и довольно облизывался, периодически стягивая у меня с тарелки кусочки курицы, подкладывая их под стейк — пол, кто видел кусочки, никто не видел, а значит — не было! Я смотрела на это сквозь пальцы, не желая оглашать Стэгги истину — я взяла себе побольше мяса, зная одного огнеупорного любителя поесть и что-нибудь стащить.

— Какой ужас тебе сегодня удалось пережить! — воскликнула Бажена, а затем достала лист и карандаш. — А ты можешь описать свои чувства? Каково это было столкнуться лицом к лицу с манкорой?

— Бажена, я не сталкивалась с ней лицом к лицу, я была за спинами оборотней и его высочества Данияра, наблюдая со стороны, — заметила я.

— Да-да, — кивнула гномка. — А чувства? Что ты испытывала? Страх? У тебя бежали мурашки по телу?

Вспомнился момент, когда увидела Яра и сердце едва не остановилось, насколько я переживала за принца. По моему взгляду Бажена уловила что-то интересное, но раскрывать ей свои чувства было несколько смущающе, поэтому я пожала плечами.

— Страшно. Очень. Особенно за Стэгги.

Саламандренок поднял свою мордочки, облизнулся и уставился на Бажену. Девушка вздохнула, подперев кулаком подбородок.

— А за принца?

— А что за него переживать? — пожала плечами, вновь чувствуя, как сердце пропустило удар — так бывает всякий раз, когда кто-то упоминает его высочество или я случайно вижу его в академии. — Уверена, у него все под контролем. Ты видела это дело с бугрящимися мышцами? Да скорее Раманские горы падут, чем его высочество проиграет.

— Я рад, что ты такого мнения обо мне, — раздался голос сверху и рядом опустился поднос.

Щеки покраснели, и я медленно развернулась к Данияру. Сразу вспомнилось прошедшее не по плану свидание, и я слегка отодвинулась. Яр заметил мой маневр — и придвинулся вновь.

Бажена, чьи глаза блестели от восторга, тут же начала что-то зарисовывать. Когда Яр вытянулся, чтобы посмотреть, девушка опомнилась и убрала записи в сумку.

— Это Бажена, — пояснила я. — Моя соседка по комнате и… председатель твоего фан-клуба.

— А такой есть? — выгнул бровь Яр.

— Только не говори, что ты не знаешь о его существовании, — изумилась я, приоткрыв рот. — Не верю!

— Откуда бы мне знать? — в свою очередь спросил Данияр. — Я с трудом нахожу время на сон в плотном графике обучения, а ты говоришь о клубах.

— То есть для тебя не обязательно вступление в какой-нибудь клуб? — поразилась я и тут же испытала укол зависти, ведь мне нужно срочно что-то подбирать, иначе ректор незамедлительно воспользуется шансом и отчислит меня.

— Золушка, я обучаюсь сразу по трем направлениям. Можно будет посчитать за клуб по интересам какое-нибудь одно из них? Например, зоомагию?

— Если ли что-то, в чем ты не хорош? — спросила пораженно. — Словесные баталии на пять с плюсом! Каждый раз удивляюсь, как ты ловко ставишь меня в тупик.

— Бытовое, — внезапно признался Яр. — По этой части моя младшая сестра. Почти вся магия досталась мне, а ей… что ж, у неё неплохо получается завивать волосы.

Причем сказано это было без надменности, а с какой-то особой любовью. Настолько нежно звучал его голос, что мне тут же захотелось познакомиться с его сестрой. Хотя, должно быть, она младше меня на пару лет, если я правильно помню генеалогическое древо Раманских.

— А я тоже с бытового, — смущенно вставила Бажена.