— Воля — это искра. Знание — направление. А сердце… — он сжал ладонь, и свет погас, оставив послеобраз в глазах, — сердце — это то, что придает магии ее истинную силу. И ее величайшую опасность. Помните об этом.

Лекция продолжилась. Магистр рассказывал увлеченно, подробно, с примерами. Мы с Серафией только успевали делать заметки и списывать формулы с доски. К концу занятия моя голова дымилась от знаний, а запястье — болело. Мне хотелось просто рухнуть на парту и поспать.

Странное состояние. Может, я заболела? Следует зайти в лазарет. Только узнать бы, где он в этой академии.

Колокол вновь прозвенел. Студенты начали шумно собираться. Профессор Элвин кивнул аудитории.

— На следующей неделе мы поговорим о практическом применении этих законов в элементализме. Не опаздыв…

Преподаватель осекся. Нечеловеческий крик, полный боли и ужаса, раздался из коридора, пронзив всех нас липким чувством страха. Мы переглянулись. Преподаватель нахмурился. В аудиторию влетел студент, один из тех, кто покинул аудиторию первым:

— Кивен Янис мертв!

Кто это такой, я не знала, но стало плохо. Смерть в академии в первый день после нашего приезда? Не на такой сценарий я рассчитывала! Меня замутило. Студенты начали громко разговаривать, но их всех перебил зычный голос преподавателя.

— Успокойтесь! Не поддавайтесь панике. Не выходите из аудитории, — он начертил в воздухе руны-символы, запечатывая нас, — я скоро вернусь.

— Вот это да, — пробормотала Серафия, и я буквально рухнула за парту.

— Это раманцы принесли нам несчастье, — подала голос с первой парты Ловиса. — Очевидно, что их нужно спровадить обратно. Слишком много от них… проблем.

— Мы не выходили из аудитории, как и ты. Не думаешь же ты, что мы могли причинить кому-то вред дистанционно? — уточнила Серафия.

Никто в этот спор вмешиваться не стал, поэтому Ловиса сдулась и отвернулась. Преподаватель вернулся спустя десять минут, мрачный и хмурый.

— Студент Янис жив, но находится в нестабильном состоянии в лечебнице. О большем вам знать необязательно. По приказу ректора сегодня все свободны. В сопровождении преподавателей всем велено пройти в свои комнаты. Идемте.

Но разве есть более любопытный народ, чем студенты? Даже несмотря на то, что нас отправили в общежитие под неусыпный контроль дежуривших преподавателей. Едва я оказалась внутри, меня встретил Инвергард, схватив за руку и осмотрев.

— Ты в порядке? Не испугалась?

— Немного, — откликнулась я, пожав плечами. — Ты знаешь, что случилось?

Инвергард выглядел хмурым. Он всматривался в мое лицо, а выглядела я, скорее всего, ужасно: с синяками под глазами и бледная. Потому что чувствовала я себя примерно так, будто поднятое спустя неделю после похорон умертвие.

— Ты точно в порядке?

— Просто вчерашние события слишком вывели меня из равновесия. Так что с Янисом?

Инвергард ответил не сразу. Другие студенты обходили нас, спеша в свои комнаты. Серафия стояла рядом, заинтересованно посматривая на нас.

— Что? Сейчас самое безопасное место рядом с твоим северянином, — откликнулась она. — Уж он нас защитит.

— Он не мой, — прошипела я.

— Вот именно сейчас пусть лучше будет твоим, — хохотнула соседка. — Для нашей же безопасности.

Я бросила взор на Вейлана. Он слушал наш диалог без каких-либо эмоций, лишь продолжал всматриваться в меня, будто чувствовал мое состояние. Но не мог же! Мы ведь еще не связаны.

Будто мы вообще когда-нибудь будем связаны…

— С Янисом все плохо. Его обнаружили только утром, но попытка убийства, судя по всему, произошла до рассвета. На него напал какой-то монстр в подземельях. Он отбивался и под конец призвал родовую магию, которая поместила его внутрь стабилизирующего кокона. Только благодаря ему он остался жив. Сейчас проверяют все загоны в заповеднике, какой из зверей сбежал, но… говорят, Кивен выглядит ужасно.

— Кошмар, — пробормотала Серафия. — Так мы к тебе или ты к нам? Я от тебя ни на шаг, Инвергард, так и знай.

— Серафия, — прошипела я недовольно, но подруга лишь пожала плечами.

— К вам, — спокойно согласился Инвергард и вновь посмотрел на меня, а затем убрал прядь волос со лба. Нахмурился. — У тебя испарина и жар. Пуговка, ты простудилась? Я предполагал, что Стенфрид окажется для тебя опасным, но не думал, что опасаться тебе следует погодных явлений. Ты ведь огненная драконица.

— Я не заболела, — отмахнулась я. — Просто недосып. Хотя, — я прикусила губу, — это действительно странно. Но, думаю, в лазарете сейчас не до меня.

Вейлан вздохнул и… подхватил на руки. Я даже сопротивляться не собиралась. Лишь положила голову ему на плечо и… мгновенно провалилась в сон.

Веки открывать было тяжело. Но мне все-таки это удалось, пусть и со стоном. И сразу же я увидела Инвергарда рядом. Он держал меня за руку и неотрывно смотрел мне на ладонь. Теперь и я перевела взгляд — туда, где уже затянулась рана, но… на её месте был огненный герб. Знакомый. Вернее, тот самый, что я видела вчерашним вечером в подземельях.

— Р-р-рика! — рыкнул Вейлан и сжал зубы, выругавшись. — Как ты умудрилась вляпаться в такие неприятности в первые сутки пребывания в академии⁈

Я растерялась. Обычно со мной никто не разговаривал в таком тоне. А Инвергард был не на шутку зол. Зрачки затянуло льдом, сам он пытался восстановить эмоциональное равновесие с помощью дыхания, но удавалось едва ли.

— Почему ты кричишь на меня?

На меня смотрели так, словно ответ лежал на поверхности, но я проявляла себя как самая глупая студентка курса. Было обидно. Я недовольно запыхтела. Мне и так плохо, чтобы еще терпеть выпады Инвергарда.

Но он соизволил уточнить:

— А как быть спокойным, если ты выпустила Эрингского Монстра?

Что?..

— Кого?

Он вздохнул, сел рядом со мной на кровать, бесцеремонно подвинув мои ноги, и запрокинул голову, уперевшись в стенку. Мысленно он словно считал до ста, чтобы не прибить меня на месте.

— Я был уверен, что это всего лишь легенда. — признался Инвергард и потер глаза подушечками пальцев. — Я должен был это предвидеть, но совершенно не подумал об этом. Когда-то, около полутора тысяч лет назад, в Стенфридскую академию приезжали огненные драконы — для обмена опытом. Эринг Камая из Рамании что-то не поделил с одним из наших — Уле Торином. Лед и пламень… Уле проклял его. Эринг превратился в монстра. Чтобы замять скандал, его заперли в подземельях академии. А после о нем забыли.

Ничего себе новости! Дракон, который из-за проклятия стал монстром и… которого я выпустила⁈ А ведь именно герб Камаи я видела вчера. Все сходится. Но… я все равно не могла контролировать свою драконицу!

— С чего ты взял, что я его выпустила? Я действительно вчера бродила в подземельях, когда выбиралась из этого драксового посвящения, но там была пустая комната! Я упала, поранив руку…

— И ты напитала силой этого монстра, — простонал Инвергард. — Он черпает силу из тебя. Ты — огненная драконица, близкая ему по сути. Он звал тебя, и ты откликнулась. И он высосет твою жизненную энергию до капли, если связь не оборвать.

Ситуация была жуткая. Я открыла рот. Влипла так влипла!

— Надо предупреждать о таком! Мне сначала было любопытно, а потом я уже не могла остановиться. Это какая-то ментальная магия, притягивающая мою драконицу, и лишь отцовские браслеты, — я приподняла рукава, показав их, — защитили меня, и я смогла уйти. Но перед этим упала…

— Дракс, Аэнрика! Ты — сплошная заноза в драконьей лапе!

— Ну извини, — я развела руками, — до этого в вашей академии не появлялись огненные драконы?

— После того скандала — нет, — рыкнул он, — а тысячу лет назад, если ты забыла, драконы официально покинули наш мир. Стенфрид просто не знал, что кто-то еще остался.

— Мне правда жаль, — покаялась я. — Что теперь делать? И… почему меня не защитили твои заколки?

— Они защищают от разрушительной магии льда, а не от огненной, — рявкнул Вейлан. — Как же ты меня бесишь, Пуговка! Ну как ты могла так вляпаться?