— Его королевское высочество наследный принц Данияр Раманский со спутницей — очаровательной дочерью герцога Роксвела Эндервуда из Фаргоса!

Гости зааплодировали, а шторы распахнулись, являя крутую лестницу и зал, утопающий в блеске. Я оглянулась на Трея и тот… подмигнул мне. Мне было страшно. Казалось, от этого шага зависела моя жизнь, но мне пришлось его сделать, пришлось ступить на лестницу, залитую светом.

Я понимала, почему не назвали моего имени… Яр не хотел приклеивать ко мне чужое, но и свое собственное я пока огласить не могла. Сначала предстоит встретиться с родителями.

— Не бойся, я с тобой, — шепнул Яр.

Я кивнула, немного щурясь. Золоченые стены отражали свет хрустальных люстр, создавая впечатление, будто мы находились внутри огромного драгоценного камня. Ароматы роз и жасмина смешивались с легким запахом сандала, исходящим от подвешенных в воздухе саше.

Гости старались превзойти друг друга в изысканности нарядов. Женщины в платьях, расшитых жемчугами и драгоценными камнями, мужчины в камзолах, украшенных фамильными гербами. Военные щеголяли орденами, а дамы побогаче — внушительными бриллиантовыми колье, свидетельствовавшими о знатности и богатстве их родов. Легкий шепот проносился по залу и становился все отчетливее, пока мы с Яром спускались вниз.

Музыканты, расположившиеся на балконе, играли приятную мелодию. Я бросила взгляд на тронное возвышение. Король с королевой, величественные и невозмутимые, наблюдали за происходящим, обмениваясь короткими репликами и при этом неотрывно глядя на нас с Данияром.

Если с его величеством я уже была знакома, то её величество видела впервые. Невысокая, стройная женщина со светлыми волосами, уложенными в сложную прическу, смотрела добродушно и даже ласково. Я хорошо представила её любящей матерью, и от этого сердце защемило — я никогда не знала материнской любви.

Но у меня всегда была тетушка, которая дарила мне больше тепла и заботы, чем получали дети во многих полных семьях.

— Её королевское высочество Аэнрика Раманская! — после стука посохом о пол, принцесса начала спускаться, как раз когда мы преодолели последнюю лестницу и направились к королевской чете.

Мы склонились перед тронным возвышением. Я заметно нервничала, но родители Яра просто окинули нас нечитаемыми взорами и позволили подняться, после чего принц увлек меня в сторону, не заняв трон наследника, но стоя неподалёку.

— Об этом будут шептаться, — заметила я.

— Это нам и нужно, — наклонившись ко мне, отозвался Яр. — Газеты пишут, что я совсем потерял голову от любви, что выкрал наследницу герцога… не станем разочаровывать писак?

Я хихикнула, кивнув, и зааплодировала вместе с залом, когда объявили:

— Его королевское высочество наследный принц Авероса Янар Вантегрос!

Трей шел величественно. В светло-голубом камзоле, с зачесанными назад темными волосами, он окидывал зал взглядом обольстительного ловеласа. Пока не наткнулся на меня. Тогда в его глазах что-то заклубилось, а на губах заиграла предвкушающая улыбка. Я вдруг подумала, что Трей не так прост, как может показаться с первого взгляда.

Вечер обещал быть долгим и полным сюрпризов, ведь в королевском дворце никогда не знаешь, что преподнесет следующий час.

Трей прошел к стоящему для него трону, предварительно поклонившись его величеству Максимилиану Раманскому. Стэгги ластился к хозяину, и я испытала нерациональную ревность — все-таки за неделю я привязалась к саламандренку.

Яр остался на месте, аплодируя и никак не выказывая неприязни, что еще недавно излучал в антикамере. Он идеально умеет транслировать эмоции, которые необходимы, и скрывать те, что мешают.

На меня оглядывались, обо мне шептались. Я чувствовала себя неуютно, но рядом с Яром неуверенность становилась меньше, словно дракс, посаженный в клетку. Вырвется — и берегись, но пока он внутри — точнее, пока Яр рядом — мне нечего опасаться.

По залу пронесся перезвон колокольчиков, и его величество Максимилиан поднял, подав руку своей супруге. Трей тоже встал и слегка развернулся, чтобы видеть короля. Монарх поднял бокал с игристым. Лакеи старательно разносили фужеры тем, кто еще не взял напитки — в том числе и нам с Данияром.

— Рад приветствовать наших друзей из Авероса! — прокатился по залу уверенный и вместе с тем мягкий голос его величества. — Этот день — один из многих, в который мы укрепляем мосты, связывающие наши народы узами сотрудничества и взаимопонимания. Рамания всегда верила в силу единства. Под крышей своего дома я всегда рад видеть послов соседних королевств. Мудрые советы и неустанные усилия помогают нам строить будущее, где процветание и мир — не просто слова, а реальность для каждого жителя Райвима. В последние десятилетия мы достигли значительных успехов в торговле, обмене знаниями и культурном обогащении. Наши маги совместно разрабатывают новые заклинания, артефакторы делятся секретами мастерства, а музыканты и художники радуют своими творениями, стирая границы между королевствами. За Аверос! За дружбу, поддерживаемую годами!

— За Аверос! — вторили гости, поднимая бокалы. — За дружбу, поддерживаемую годами!

— Да начнется бал! — возвестил король и нашел взглядом нас с Яром. — И первый танец…

— Ваше величество, позволите мне, как почетному гостю, начать бал? — спросил Трей, проявляя невероятное невежество и вместе с тем смелость.

Король смерил его предостерегающим взглядом, но прилюдно отказать — это все равно, что высмеять собственные слова, сказанные недавно. Сердце забилось быстрее. Казалось, что Трей выберет меня. И ведь я не смогу ему отказать, помня об обещании. Тогда это казалось шуткой, а сейчас…

— Аверосский вальс сегодня открывающий, полагаю, что вы покажете нам, насколько виртуозно может его исполнять наследник.

— Благодарю, ваше величество, — Трей низко поклонился, словно извиняясь за своеволие.

Руки Яра сжалась на моей талии. Он неотрывно смотрел на Янара, стремительно приближающегося к нам.

— Не ходи, — шепнул Яр. — Аверосский вальс — самый откровенный из всех. А ты к тому же не умеешь танцевать.

— Спасибо, что напомнил, но я не могу, — откликнулась я, закусывая губу и уже заранее зная свой ответ.

Дополнить не успела — принц уже был на расстоянии двух шагов и застыл напротив нас.

— Ваше высочество, — Трей учтиво склонил голову перед Данияром, — позвольте украсть вашу спутницу на этот танец.

Желваки заходили на лице наследника Рамании несмотря на то, что на губах сияла учтивая улыбка. Но глаза… глаза все-таки выдавали гнев. Моя грудь высоко вздымалась от волнения, но я смогла сделать шаг вперед и присела в реверансе.

— Почту за честь, ваше высочество.

Напоминать о том, что я совершенно не умею танцевать, не стала. Надеюсь, он не забыл. Впрочем, отдавленные мыски напомнят ему об этом в случае провалов в памяти.

Он сжал мои пальцы в своей ладони. Не смотрел больше ни на кого, только на меня — упрямо, уверенно. Я боялась оглядываться на Яра. Боялась показывать свою растерянность, ведь за нами наблюдали. Если я буду выглядеть жалко, люди могут подумать, что между принцами конфликт, а мне нельзя этого допустить. Все должно выглядеть дружеским жестом. Не более.

Мы прошли в центр зала. Трей расположил ладонь на моей талии и притянул меня к себе слишком резко, что наверняка не укрылось от внимания зевак. Когда я положила ладони ему на плечи, слегка стукнула его, чтобы привести в чувство, но на губах сохранила нежную улыбку.

Зазвучали первые ноты — громкие и достаточно тревожные, что напомнили мне о словах Яра: аверосский вальс — откровенный…

— Трей, что ты творишь? — прошипела, надеясь, что улыбка не сошла с лица.

От напряжения я с трудом чувствовала мышцы.

— Краду танец чужой негласной невесты? — весело уточнил он.

— Чего ты добиваешься? — устало спросила я.

— Тебя, — Заявил Трей самоуверенно и сделал первое движение, причем я последовала за ним без оглядки, догадавшись, что виной всему применение магии. Она подхватила меня чутко, бережно, подсказывая движения. — Я говорил тебе, что заставлю тебя влюбиться, значит, так и будет. Я весьма хорош.