Пётр резко развернулся.

— Отходим! Быстро! В укрытие!

Я схватил Настю за руку и потащил за ближайшие камни. Сам встал впереди и выставил щит, усилив его, насколько смог.

Несколько секунд ничего не происходило.

Потом рвануло.

Ударная волна прошла по земле так, что камни под ногами дрогнули. Воздух сжался, потом резко ударил обратно. У меня сразу заложило уши, сверху посыпался песок.

В пустынной зоне поднялось огромное облако, которое взметнулось вверх и разлетелось во все стороны. Песок летел на десятки метров, и даже до нас долетели мелкие камни.

Я стиснул зубы, удерживая щит, пока всё не стихло.

Через несколько секунд стало тише.

Я осторожно выглянул из-за камня.

Центр пустынной зоны был разворочен, будто туда упал кусок горы. Песок разметало, вода исчезла, а на месте, где было ядро, теперь виднелась глубокая воронка.

Пётр стоял рядом, весь в пыли, и смотрел на результат с совершенно довольным лицом.

— Вот это сработало… — сказал он восхищённо.

Я посмотрел на него, потом на разрушенную локацию и покачал головой.

— Знаешь… с таким подходом тебе в разломах самое место. Нормальные люди так не делают.

Я остановился, прислушался ещё раз и нахмурился.

— Бред какой-то…

Настя подошла рядом.

— Что?

Я покачал головой.

— Ядра нет. И я не чувствовал, что оно разрушилось.

Пётр тоже подошёл ближе, щурясь в сторону воронки.

— Может ты пропустил? Там так рвануло, что половину разлома тряхнуло.

Настя кивнула.

— Да, там такой всплеск был, что ты мог просто не уловить.

Я медленно выдохнул и снова прислушался к энергии вокруг.

— Возможно… — сказал я. — Но мне не нравится. Когда ядро уничтожается, это чувствуется. Всегда. А сейчас… пусто.

Я посмотрел на развороченный песок.

— Мне кажется, оно повторило трюк первого.

Пётр удивлённо повернулся ко мне.

— В смысле?

— Исчезло. Ушло. Спряталось. Как угодно назови.

Он пару секунд молчал, потом неожиданно усмехнулся.

— Зато мы теперь знаем, где искать ядра.

Я посмотрел на него.

— И чем нам это поможет?

— Будем находить и бить по ним, — уверенно сказал он. — Разлом и так нестабильный. Рано или поздно он не выдержит.

Я скептически хмыкнул.

— То есть твой план — ломать всё подряд, пока оно само не развалится?

— Ну… да.

— Сомнительная стратегия, — сказал я. — Есть шанс, что он развалится с нами внутри.

Настя некоторое время молчала, глядя на воронку, потом тихо сказала:

— А если попробовать не ломать?

Мы оба посмотрели на неё.

— В смысле? — спросил я.

Она задумчиво провела рукой по воздуху, будто пытаясь почувствовать потоки энергии.

— Если ядро было одно… а теперь их несколько… значит разлом в неправильном состоянии.

Может их не нужно уничтожать.

Может их нужно… объединить.

Я несколько секунд смотрел на неё, потом медленно кивнул.

— Вернуть разлому исходное состояние?

Она посмотрела на меня.

— Да.

Я задумался, снова прислушался к пространству вокруг, к этим рваным потокам стихий, к ощущению, будто всё здесь тянет в разные стороны.

— А это… мысль, — сказал я.

Пётр удивлённо поднял брови.

— Серьёзно?

— Серьёзно. Если части не дают себя уничтожить по одной… значит они должны быть вместе.

Я ещё раз посмотрел на развороченную пустыню и усмехнулся.

— Проблема только в том, что я вообще не представляю, как провернуть это на практике.

Мы ещё некоторое время стояли у развороченной пустынной локации, пытаясь придумать хоть что-то внятное. Идея с объединением ядер звучала правильно, но как её провернуть — никто не понимал.

Я уже собирался предложить просто идти дальше и искать следующую часть, когда Пётр вдруг сказал:

— Я могу попробовать.

Я посмотрел на него с подозрением.

— Что именно попробовать?

Он почесал затылок, явно подбирая слова.

— Ну… работать с ядрами. У меня получается. Посох же я сам собирал. Там осколки ядер разломов, соединённые через обычную энергию. Принцип похожий.

Я прищурился.

— Поясни нормально.

— Если коротко, — сказал он, — мне нужен доступ к ядру. Без того, чтобы вокруг нас ползало полсотни монстров. И разрушать его нельзя. Надо… сдвинуть. Перенести.

Настя удивлённо посмотрела на него.

— Перенести? Куда?

— В другое место. Туда, где будут остальные части.

Я скрестил руки на груди.

— Это вообще возможно?

Пётр пожал плечами.

— Не знаю. Я такого не делал. Но этот разлом вообще ненормальный. Тут всё не по правилам.

Настя задумалась, потом сказала:

— Значит, мы переносим все ядра в одно место… и они объединяются?

Я усмехнулся.

— Будем надеяться, что разлому самому хочется стать нормальным.

Пётр кивнул.

— Других идей всё равно нет.

Я огляделся, вспоминая, что видел с холма.

— Тогда ищем дальше. Там была ещё одна странная зона… с туманом. Мне она сразу не понравилась.

Мы направились в ту сторону. Чем ближе подходили, тем гуще становился серый туман. Он висел клочьями, как будто его разорвали на куски и разбросали по всей округе.

Я остановился у границы и поднял руку, собирая свет.

— Сейчас попробуем немного разогнать.

Свет вспыхнул, и туман перед нами разошёлся, но всего на несколько метров. Дальше всё снова затягивало.

— Отлично… — пробормотал я. — Видимость как у крота.

— Может не стоит? — спросил Пётр.

— Стоит, — ответил я. — Если ядро где-то и прячется, то в такой дыре самое место.

Мы переступили границу.

Сразу стало хуже. Туман будто заглушал звук, и даже с магией света вокруг было видно всего на несколько шагов.

Я держал свет перед собой, Настя шла справа, Пётр — чуть позади.

— Не разбредаемся, — сказал я. — Потеряемся — потом дольше дркг друга искать будем.

Мы прошли несколько десятков шагов, когда из тумана раздался тяжёлый топот.

Я замер.

— Слышали?

Ответить никто не успел.

Из серой пелены прямо на нас вылетела огромная птица. Высокая, с длинной шеей, мощными лапами и клювом, в форме топора.

Я едва успел выставить щит.

Удар лапой пришёлся прямо по защите, и меня оттолкнуло на шаг назад.

— Это ещё что за…?!

Из тумана выбежала вторая. Потом третья.

Потом ещё.

— Да вы издеваетесь… — выдохнул я.

Птицы были огромные, быстрые и совершенно не собирались летать. Они носились по земле, били лапами, пытались клюнуть, заходили сбоку.

Я закрыл нас щитом.

— Держитесь ближе!

Настя метнула нож, попала одной прямо в шею, но тварь только взвизгнула и рванула дальше.

— Что это вообще такое?! — крикнул я.

— Я читала… — ответила она, уходя от удара. — Похоже на страусов!

— На что?!

— Страусы! Животные из нашего мира!

Я выругался.

— И из какого разлома они сюда приползли?!

Пётр отбил одного заклинанием и крикнул:

— Нам нужно их уничтожить!

Я посмотрел вокруг. Птиц становилось всё больше. Они выскакивали из тумана со всех сторон.

— Да мы их здесь до завтра резать будем! — сказал я. — Единственный вариант — короткие заходы. Забежали, выбили часть, отступили.

Настя резко повернулась ко мне.

— Опасная стратегия.

— Есть другие предложения?

Пётр поднял руку.

— Есть.

Мы с Настей одновременно посмотрели на него.

Она сразу прищурилась.

— Ты опять что-то взорвать хочешь?

Он немного подумал и честно сказал:

— Ну… да.

Я покачал головой.

— А про ядро ты забыл?

Пётр замер.

Потом медленно моргнул.

— Ах… да.

Он вздохнул.

— Не подумал.

Мы отошли от туманной зоны всего на пару десятков шагов и остановились перевести дух. Возвращаться обратно в обычные локации смысла не было — ядро почти наверняка находилось именно там. А значит, рано или поздно всё равно пришлось бы лезть в этот серый кошмар ещё раз.