Не представляю, какой мастер создал это великолепие, но уверена, что стоит оно баснословно дорого. А ещё для обычного защитного артефакта кольцо слишком изящное и… дорогое. Очень дорогое.

Неужели именно так выглядит то самое помолвочное кольцо Раманских, которым хвасталась Эрелин? Но оно совсем не похоже на тот безвкусный булыжник…

— Яр, — позвала его и подняла взор, — это ведь не помолвочное кольцо твоей семьи?

— Думаешь, похоже? — вздёрнул он бровь и картинно нахмурился. — Да нет, такого не может быть, ты ведь ещё не ответила мне согласием.

— Яр…

Мне сейчас было не до шуток. Потому что если это то самое, то… у меня могут быть проблемы. Интуиция буквально кричала, что это кольцо несовместимо в бусинкой во мне.

— Не говори сейчас — я готов ждать. Хотя твои родители пытались надавить на моего отца, мол, я обязан жениться после всех этих слухов, и просили договор на имя Джесселин Дервуд, — хмыкнул Яр, — неужели они действительно думают, что все настолько глупы и не понимают их желания подменить дочерей?

— Они бывают напористыми, — сказала пересохшими губами. — Что сказал твой отец?

— Намекнул, что свяжется с их сюзереном — его величеством королём Хандербуга для заключения такой важной помолвки, ведь это касается отношений двух королевств, но тогда его придётся посвятить в тайну рождения близнецов, и… твои родители отступили. — Яр вздохнул. — Что ж, теперь ты в безопасности, и я могу идти. С собой тебя не беру — не хочу, чтобы ты приближалась к Фаргоским землям, куда некромант точно имеет доступ.

Я понимающе кивнула. Яр открыл портал, а я вновь взглянула на кольцо. Заметила блеск и чуть наклонилась, чтобы рассмотреть поближе. В этот момент виски взорвались такой болью, что я вскрикнула и буквально упала в объятия принца, теряя сознание.

— Джесс? Что с тобой? Джесси…

Последние его слова доносились словно через слой ваты, пока сознание не покинуло меня окончательно. Лишь всполохи огня стали последним, что я видела перед абсолютной темнотой.

— Здравствуй, милая.

Голос был мне почти знаком. Я его точно где-то слышала, но толком не могла понять, где именно. Всё вокруг было словно иллюзией — море, прибой, клёкот чаек. Но не было солёного запаха, совершенно.

Зато был привкус какой-то гнили. Я поморщилась, и мужчина усмехнулся. Я теперь сосредоточила на нём свой взгляд. Тот же, кого я видела на балу в раманском дворце. Только сейчас стоит напротив меня, и волны почти касаются его чёрных сапог.

— Это вы!..

— Я, моя дорогая. Джесселин, верно? Я успел наведаться к твоей тётушке и всё о тебе узнать…

На сердце похолодело.

— Что вы с ней сделали? — спросила хрипло. — Вы не причинили ей вреда?

Он не ответил, лишь тонко улыбнулся.

— Ты продолжаешь встречаться с раманским принцем? Через кулон я ощутил вибрацию другого сильного артефакта, предположительно помолвочного кольца. Ты ведь не думаешь его принять? С твоей стороны это было бы весьма опрометчивое решение, — хмыкнул он. — Тебе не суждено быть с этим мальчишкой. Ты станешь моей. Вместо твоей сообразительной сбежавшей сестры.

— Так вы тоже не знаете, где Эрелин, — сделала вывод я.

— Она отдала силу тебе — и в этот же момент стала мне неинтересна.

— Как быстро вы отказываетесь от любимых игрушек, — заметила я. — Она ведь была вашей игрушкой?

— А ты даже сообразительнее сестры, — восхитился мужчина и подошёл ко мне. Но не дотронулся. Это ещё один факт, который заставил меня увериться, что всё это — наведённый сон. — Я очень долго ждал, когда в твоей семье появится девочка. По какой-то несчастной случайности наследницы так и не рождались… Пока я не придумал план.

— План? — изумилась я.

— Это наш с твоей мамой секрет, — мужчина приложил палец к губам. — Жаль, что я не знал о том, что вас двое, а связываться после вашего рождения с твоей матерью было опасно… Она могла испугаться за дочь — пресловутый материнский инстинкт — и испортить всё. Поэтому я затаился. А когда Эрелин исполнилось восемнадцать — начал действовать.

— Очень мило посвятить меня в свои планы, — отозвалась я и поморщилась. — Но вы ведь не думаете, что я одобрю ваши методы?

— Нет, разумеется, но ты будешь вынуждена их принять, ведь отныне мы на одной стороне. Ты моя новая игрушка, Джесселин. Я целый год пытался подсадить в Эрелин чернь, но она никак не приживалась… Тогда я осознал, что единственный метод — зачатие новой жизни. Едва твоя сестра забеременела, мне удалось благодаря ребёнку с изначальным некромантским даром заразить источник твоей сестры чернью.

А наши источники, к несчастью, связаны…

— Зачем вам это?

— Земли, Джесселин. Они принадлежат твоему роду, и сколько бы я ни пытался подчинить населяющих их монстров — у меня не получается. Ты должна стать моей женой. Только для тёмного ритуала нужно, чтобы чернь полностью поглотила твой источник. Кулон — просто индикатор. Не бойся его. Он подаст мне сигнал, когда чернь полностью захватит тебя, тогда мы и проведём бракосочетание. Ах да, Джесселин, не пытайся его снять, иначе просто умрёшь. Не расстраивай ни меня, ни себя, ни этого чудесного мальчика-дракона. Семья Раманских действительно уникальна и удивительна… Не хотелось бы прерывать такой чудный род.

Я удивилась. Он говорил обо всём так, словно рассказывал о прописных истинах. Но я не знала, можно ли верить его словам? Зачем ему монстры… быть может, это не настоящая причина?

— Сколько вам лет?

— Много, девочка, — улыбнулся некромант. — Так мы друг друга услышали? Будь умницей. И никто не пострадает.

— Что будет, когда вы получите власть над Фаргосскими землями?

— Не всё сразу, девочка, — растянул губы в улыбке мужчина. — После заключения брака ты получишь ответы на все вопросы, а сейчас я и так рассказал тебе достаточно. Ты, конечно, всё это передашь своему принцу… Но для его же безопасности, постарайся быть благоразумной. Сейчас тебе уже пора. Прощай, радость моя.

Он резко подался вперёд, словно желая меня поцеловать. Но всё это — сон. Его губы оказались лишь вблизи моих, зато я явственно увидела, как его иссиня-чёрные зрачки вытягиваются…

Миг — и я просыпаюсь, тяжело дыша. На руках Яра. Мы куда-то идём, кажется, вокруг коридоры дворца.

— А-а, — от боли в голове я застонала и тут же почувствовала крепкое плечо.

— Тише-тише, ты со мной, всё хорошо, — прошептал Яр. — Джесселин, ты как?

— Что… что это было? Голова раскалывается…

— Так бывает от ментальных вмешательств. Они опасны и потому запрещены. Это был наведённый сон, Джесселин, но я вытащил тебя из него. Правда, только сегодня, а как будет завтра — я не могу предсказать, — отозвался Яр. — Что тебе снилось?

События быстро пронеслись в голове.

— Яр, тётушка Агнес! — воскликнула я и зачастила: — Некромант виделся с ней, она может быть в опасности! Уверена, она просто так бы не раскрыла подробностей моего проживания. Он добыл информацию либо силой, либо хитростью.

— Я понял, — кивнул Яр, нахмурившись. — Я отправлюсь в Фаргос и найду твою тётушку. Только успокойся, Джесси. Всё будет хорошо. Мы со всем справимся.

Слова Яра оказывали медитативный эффект. Я несколько раз кивнула, пытаясь восстановить на дыхание под обеспокоенным взглядом Данияра. Но всё равно не получилось — я вновь погрузилась в беспамятство.

Вокруг гомон голосов. Я не сразу различаю людей, всё ещё пытаясь свести реальность с вымыслом. Я лежала на кровати в уже знакомых мне королевских покоях. Рядом сидела королева, держа меня за руку, чуть в стороне — Данияр. Они с Треем о чём-то отрывисто спорили, но слов я не могла различить — голова по-прежнему гудела.

— Очнулась, — словно гром среди ясного неба прогремел голос мастера Айлока, и он тут же поднёс к моим губам какую-то чашу.