Страж снова сместился. Его шаги гулко отдавались в стенах — будто ходила не тварь, а целая стихия в обличии монстра.

Он ударил тьмой. Сгусток чёрной энергии ударил в пол, и камень покрыли чернеющие трещины, будто туда залили кислоту.

Я едва успел уйти в сторону.

— Алексей… как его вообще убить?!

— Никак. Он не живой. Он — часть разлома. Мы можем только сломать его конструкцию.

Страж словно услышал. Все восемь глаз вспыхнули одновременно. И он пошёл в атаку всерьёз.

Первый настоящий удар я пропустил. Кулак земли, усиленный жизненной энергией, влетел мне в грудь — и я улетел в стену. Удар выбил воздух. Рука, на которую я попытался опереться, подломилась. Боль полоснула плечо.

— Кирилл! — Алексей попытался отвлечь монстра, подняв каменную колонну.

Страж ударил в неё огнём, потом водой, потом светом. Колонна исчезла за три секунды.

— Ты жив? — Алексей наклонился ко мне.

— Пока да… — я кашлянул. — А вот ребра, кажется, не все.

Страж шёл к нам.

Бесшумно. Медленно. Уверенно.

Все восемь глаз смотрели только на меня.

— Он выбрал меня, — сказал я.

— Универсалы ему опаснее, чем стихийники, а ты сильнее светишься, благодаря усилению — процедил Алексей. — Он тебя чувствует. Он знает, что ты можешь рано или поздно пройти дальше.

— Отлично, нашёл, на кого злиться, — я поднялся, сжимая руку. — Давай ему усложним остаток жизни.

Я шагнул вперёд. И ответил.

В этот момент я впервые попробовал не просто использовать стихии по очереди, а противопоставить их.

Страж шёл огнём? Я бросил в него воду.

Он швырнул воду? Я ударил воздухом, чтобы создать паровой взрыв.

Земля?

Я ответил вибрацией по ногам, использовав усиленную землю и воздух.

Воздух? Я прижал его тяжестью земли.

Получалось плохо. Но получалось.

Страж впервые остановился.

Алексей не терял времени. Он ударил комбинацией свет плюс земля — редкое сочетание в бою. Свет вспыхнул, ослепив монстра, камень треснул, поднимая осколки, и те вонзились в кожу Стража.

Тот впервые за бой издал звук. Нечто вроде рёва, но глухого, будто из глубины колодца.

И он ударил в ответ. Стихии хлынули одновременно.

Огонь — вода — земля — тьма — жизнь — смерть — ветер — свет.

Коктейль, способный разорвать мага на куски.

Я едва успел выставить земляной щит. Алексей — водный.

Удар отбросил нас обоих к стене. Зал буквально содрогнулся.

— Кирилл! Если у тебя есть хоть одна иде... — Алексей не успел договорить.

Страж прыгнул. И я инстинктивно выставил… то, чего делать не планировал.

Смешение воздуха и огня.

Пламя завихрилось и выстрелило в Стража так резко, что он даже на долю секунды отшатнулся. И этого оказалось достаточно.

— Сейчас! — рявкнул Алексей.

Он ударил светом. Я — воздухом и землёй одновременно.

Страж загудел. В прожилках на его груди, под рёбрами, что-то сверкнуло — маленький блестящий камень, идеально круглой формы.

Катализатор. Существо прикрыло его руками, но мы уже знали, куда бить.

— Кирилл! Сбей ему защиту!

— Да он мне сейчас голову снесёт!

— Быстрее!

Страж взревел — и влетел в меня всем телом.

Я успел ударить только раз. Силы было мало, но удар пришёлся точно.

Страж вскинул голову, открыл все восемь глаз — и в следующее мгновение Алексей ударил.

Свет.

Свет.

Свет.

Три вспышки в одну точку.

Страж дёрнулся, выгнулся дугой, и в груди разошлась трещина.

Катализатор выпал.

Алексей рванул вперёд, поймал его — и почти в ту же секунду Страж ударил тьмой, сбивая меня с ног.

Я лежал, пытаясь понять, где верх и низ. Руки дрожали. Грудь горела. Глаза слезились. Ноги еле держали.

Страж, лишённый катализатора, зашатался.

Алексей задыхался, но стоял.

— Кирилл... ядро! — выкрикнул он.

Я оглянулся. Там, где сидел Страж, в «троне», ярко мерцал сгусток энергии — голубовато-белый, пульсирующий.

Ядро.

Я шагнул к нему. И ударил.

Сначала тихо. Потом сильнее.

Потом всеми силами, что остались.

Мир взорвался светом.

Энергия прошла через меня, как поток кипящей воды. Внутреннее ядро завибрировало. Воздух исчез. Звук исчез. Всё исчезло.

Кроме одного.

Силы.

Она вливала в меня, наполняла, расширяла.

Я слышал, будто издалека, голос попугая:

— Двуногий… ты только что… перескочил на пятую ступень… Дурень… живой ли?..

И темнота. Сознание вернулось рывком — так, будто кто-то вытащил меня из глубокого колодца за шкирку. Первое, что я почувствовал — тепло. Оно собиралось внутри, в самых костях, переливалось, пульсировало… и ни на что не походило.

Я открыл глаза. Разлом дрожал. Стены переливались всеми восьмью стихиями, но уже вяло, как умирающий костёр. По камням ползли трещины из света, а воздух стал лёгким, как после грозы.

Алексей стоял над телом Стража — или тем, что от него осталось. Лёгкий дымок поднимался от груди чудовища, а в руке Алексея мерцало нечто… маленькое, но тяжёлое даже на вид. Сферический кристалл с клубящимися внутри оттенками всех стихий.

Катализатор.

— Живой? — спросил Алексей безрадостно, срывающимся голосом. — Если да, то поднимайся. Времени нет.

Я попытался ответить. Вместо слов вышел сип. Грудь сдавливало тяжестью, пульс отдавал в висках.

И тут я понял — всё тепло, что чувствовал… исходило из ядра внутри меня. Оно росло, распирало, как будто в нём кто-то развёл пожар.

Попугай спикировал мне на плечо и ткнул клювом в щёку.

— Эй, двуногий. Ты не собираешься умирать именно сейчас, да? Это будет крайне неловко для всех участников процесса.

— Не… планирую, — выдавил я.

Он прищурил глаз.

— Тогда самое время перестать светиться, как ёлка.

Я посмотрел себе на руки — и действительно увидел слабое свечение. Стихийная энергия собиралась под кожей, как будто кто-то засовывал под неё угольки.

— Алексей… со мной… что?

— То, что я и ожидал, — коротко бросил он. — Ты был близко был к ядру разлома, когда раскалывал его. Принял на себя куда больше энергии, чем должен был.

— Это плохо? — спросил я.

— Зависит от того, хочешь ли ты жить, — ответил Алексей. — Вставай. Сейчас разлом схлопнется.

Я кое-как поднялся, и в этот момент разлом содрогнулся так, будто по нему ударили башенным тараном. Камни пошли волной, воздух дрогнул, и в глубине коридора раздался грохот.

Я увидел обнаженное ядро разлома — не кристалл, не сферу, а огромную переплетённую массу стихий, похоже на клубок молний, воды, песка и пламени. Оно трескалось, словно перегретое стекло.

— Трещит, — выдохнул я.

— Быстрее, — сказал Алексей. — Уничтожить его сейчас — единственный шанс выйти живыми. Иначе нас похоронит внутри.